– Мы с Китти очень быстро поняли, что моя пенсия не так велика, как хотелось бы. В Англии все ужасно дорого. Налоги… Мы решили продать дом, хотя только что его купили и родные Китти живут рядом. И… я подумал… может быть, сумею вместо дома продать письмо.
– И вместо денег получили угрозы, – заметил я.
– Да. Понимаете, само письмо мне подсказало идею… – Он пожевал усы.
– А сейчас письма у вас нет. – Я не спрашивал, а констатировал факт, словно точно знал, а не просто догадался. – Когда первый раз вам угрожали по телефону, вы считали, что еще сможете продать письмо, если агентство Рэднора обеспечит вашу безопасность. Но потом вас сильно запугали, и вы отдали письмо. После этого вы отказались от телохранителя, потому что угрозы прекратились.
– Я отдал им письмо, – кивнул он, – потому что стреляли в человека. Я никогда не думал, что такое может случиться. Я был в ужасе. Какой-то кошмар. Я не понимал, что это так опасно. Всего лишь продать письмо… Господи, лучше бы я никогда не находил его. Лучше бы Уильям никогда не писал его.
То же самое подумал и я, вспоминая, как пуля Эндрюса продырявила мне живот.
– О чем шла речь в письме? – спросил я.
– Опять начнутся неприятности. – Мистер Бринтон испуганно и нерешительно смотрел на меня. – Они снова придут сюда.
– Они же не узнают, что вы рассказали мне, – успокоил я его. – Никто им не скажет.
– Да, надеюсь, не узнают.
Он смотрел на меня, раздумывая, рассказать или нет. Быть маленьким не всегда плохо, есть и преимущество: никто тебя не боится. Если бы я был крупным властным человеком, он бы никогда не рискнул. Мистер Бринтон смотрел на меня, и понемногу лицо его смягчилось, он расслабился и отбросил последние сомнения.
– Я знаю письмо наизусть, – сказал он. – Если хотите, я напишу. Это легче, чем пересказывать.
Я сидел и ждал, пока он, достав старомодную самопишущую ручку и большой блокнот, старательно выполнял свою задачу. Письмо брата словно лежало перед ним на столе, и он смотрел на невидимые строчки с заметным волнением, но было ли оно вызвано страхом, угрызениями совести или печалью, трудно сказать. Исписав целую страницу, он оторвал листок и трясущейся рукой протянул мне.
Я прочел написанное, потом перечитал еще раз. «Из-за этих коротких отчаянных фраз, – подумал я, – я чуть было не познакомился со святым Петром».
– Прекрасно. Большое спасибо.
– Лучше бы я никогда не находил это письмо, – снова повторил мистер Бринтон. – Бедный Уильям.
– Вы видели этого человека? – Я показал на письмо, вкладывая его в бумажник.
– Нет, я написал ему… Его нетрудно было найти.
– И сколько вы просили за письмо?
– Пять тысяч фунтов, – пробормотал он, вспыхнув от стыда.
Пять тысяч фунтов стерлингов! В этом была его ошибка. Если бы он запросил пятьдесят тысяч, у него был бы шанс. Но пять тысяч фунтов сразу сбросили его вниз, показали, что он не принадлежит к большим и сильным. Мистер Бринтон этой суммой раскрыл свою посредственность. Неудивительно, что его так быстро растоптали.
– Что произошло потом? – спросил я.
– Часа в четыре за письмом пришел здоровенный парень. Это было ужасно. Я спросил о деньгах, а он расхохотался мне в лицо и толкнул в кресло. Никаких денег, заявил он, а если я не отдам сейчас это письмо, он… проучит меня. Он так и сказал, что проучит меня. Я объяснил, что письмо в сейфе в банке и что банк сейчас закрыт. Поэтому я не могу взять его до завтрашнего утра. Он сказал, что придет завтра утром и пойдет со мной в банк. Потом он ушел…
– А вы сейчас же позвонили в агентство, да? Почему вы выбрали Ханта Рэднора?
– Он единственный, о ком я знал, – удивился он. – А разве есть другие? По-моему, большинство моих знакомых слышали только о Ханте Рэдноре.
– Понимаю. Значит, Хант Рэднор прислал телохранителя, но тот парень не отставал от вас.
– Он продолжал звонить… Тогда ваш сотрудник предложил устроить в своем офисе засаду, и в конце концов я согласился. Ох, не стоило соглашаться, но я был таким дураком. Ведь я с самого начала знал, кто угрожает мне, но не мог сказать вашему агентству, потому что тогда мне пришлось бы признаться, что я хотел получить деньги… незаконным путем.
– А как выглядел тот парень, который приходил за письмом и угрожал вам?
– Очень сильный. – Бринтону неприятно было даже вспоминать о нем. – Стальные мышцы. Когда он толкнул меня, я будто стукнулся о стену. Я не… Я имею в виду, что никогда не умел работать кулаками. Если бы он начал бить меня, я бы не сумел защититься…
– Я не собираюсь упрекать вас, что вы не сопротивлялись, – объяснил я. – Мне просто хочется знать, как он выглядит.