– Стреляли не снайперы. Те, кто его подставил, ждали внизу.
Никита перезарядил пистолет.
– Сколько их?
– Трое. – Артём прикрыл глаза, восстанавливая картину. – Два снегохода, но один глушитель сломан – слышно дребезжание. Третий идёт пешком, правее, метрах в ста.
Елизавета впервые за всё время испугалась – не за себя, а за него. Это был не ребёнок. Это был продукт системы, которую создал Сазонов.
05:30. Контрнаступление
Они ползли по скалам, используя ветер как прикрытие. Артём вёл их – не по следам, а по отсутствию следов.
– Здесь снег плотнее. Они не ходили.
Никита кивнул, сбрасывая гранату вниз. Взрыв осветил долину, и на секунду стало видно троих мужчин в белых маскхалатах.
– Не наши… – прошептал Никита.
– Наёмники. – Артём прищурился. – У одного на шее цепочка с православным крестом. Русские.
Елизавета почувствовала ледяной укол в груди.
– Сазонов нанял их через свои старые связи.
06:15. Кровь на снегу
Они убили двоих. Третий, раненый, пытался доползти до снегохода. Никита приставил ствол к его виску.
– Кто вас прислал?
Мужчина хрипел, но не отвечал.
Артём подошёл, посмотрел на его ботинки.
– Он из Москвы. Спецназ ГРУ.
– Откуда ты…
– Грязь на подошве. – Мальчик показал на коричневые разводы. – Такой состав глины только в Подмосковье, около базы в Кубинке.
Наёмник закашлялся кровью.
– Чёртов вундеркинд…
Выстрел Никиты поставил точку.
07:50. Последний рывок
Добравшись до хижины, они нашли там мёртвого проводника – его горло перерезали до их встречи.
– Они подстроили всё. Знали, что мы пойдём сюда.
– Не совсем. – Артём открыл карту. – Они ждали нас здесь, потому что это единственный путь к перевалу. Но есть другой маршрут.
Он провёл пальцем по старой тропе контрабандистов – через ледник.
– Она опаснее, но короче. И Сазонов её не контролирует.
– Почему?
– Потому что он боится гор. – Артём посмотрел на Елизавету. – Настоящий Виктор Громов любил альпинизм. А Сазонов – нет. Он никогда не полезет туда сам.
09:00. Поезд в Санкт-Мориц
Они сели в пустой вагон, едва успев на последний состав. Артём, наконец, дрожал – не от страха, а от переохлаждения.
– Ты как это делаешь? – спросила Елизавета, укутывая его пледом.
– Отец учил. – Он закрыл глаза. – Говорил, что мир – это уравнение. Нужно просто видеть переменные.
Никита молча достал пистолет, проверил обойму.
– А что будет, когда мы найдём Железного Орла?
Артём не ответил. Но Елизавета знала.
Они шли не за документами.
Они шли за оружием, которое уничтожит Сазонова.
И оно было спрятано в памяти мальчика.
Глава 16: Железный Орёл
Швейцарские Альпы, окрестности Санкт-Морица. 21 октября 1996 года. 14:30.
Ледяной ветер свистел в расщелинах скал, когда они подошли к заснеженному склону. Ангар «Железный Орёл» не просто прятался в горах – он был частью горы. Только при ближайшем рассмотрении можно было заметить неестественно ровные контуры скальной породы, искусно замаскированные под естественный рельеф.
– Военная маскировка уровня "Объект-825", – пробормотал Никита, проводя рукой по шву между скалой и металлом. – Такие бункеры строили для хранения ядерных боеголовок.
Его пальцы нащупали скрытую панель. Артём, не дожидаясь подсказки, набрал код: 1-7-3-4-8-9.
– Как ты...
– Папа говорил, что важные цифры нужно запоминать как даты, – мальчик пожал плечами. – 17 марта 1989 года — последний день, когда мы были вместе.
Глухой щелчок раздался из толщи бетона.
15:00. Вход в бункер
Дверь открылась с шипящим звуком разгерметизации. В нос ударил запах:
Старого металла.
Смазочного масла.
И чего-то сладковато-медицинского.
Автоматические фонари зажглись с характерным потрескиванием, освещая коридор с камерами наблюдения образца 1980-х.
– Система всё ещё работает, – Никита проверил датчики на стене. – Автономное питание от изотопных генераторов. Значит, здесь что-то действительно важное.
Артём двинулся первым, его крошечная фигура терялась в гигантском коридоре. Он шёл уверенно, будто вспоминал дорогу.
– Слева архив. Справа – лабораторный блок.
Елизавета заглянула в ближайший проём.
– О Боже…
15:17. Лаборатория
Комната напоминала кадры из фантастических фильмов:
Стеклянные боксы с остатками питательных сред.
Автоклавы с треснувшими стеклами.