Три человека. Вооружённые. Опытные.
Она закрыла глаза на секунду, позволяя памяти воссоздать картину:
Первый – высокий, широкоплечий, с характерной шаркающей походкой. Возможно, бывший военный.
Второй – ловкий, быстрый, с привычкой держать руку у пояса. Нож или пистолет.
Третий – хромал на левую ногу, но двигался удивительно бесшумно. Самый опасный.
В кармане зажужжал телефон. Одно сообщение:
"Церковь св. Николая. 5 минут. Ловушка – приманка. – N."
Лиза стиснула зубы. Год без единого слова, и вот – как будто ничего не изменилось. Она резко рванула вперёд, одновременно выдёргивая чеку из гранаты с усыпляющим газом. Белый дым заполнил переулок, а её силуэт уже растворялся в ночи.
00:03. Баррикады.
Массивные дубовые двери церкви св. Николая с глухим стуком захлопнулись за её спиной. Лиза мгновенно оценила обстановку:
1. Главный вход – двойные засовы, но петли старые. Минут десять, не больше.
2. Окна – высокие витражи, но узкие. Пролезть невозможно, зато удобно стрелять.
3. Алтарь – если верить старым городским легендам, где-то там должен быть вход в катакомбы.
Она перетащила несколько тяжёлых скамей к дверям, создав импровизированную баррикаду. Пальцы автоматически проверили магазин – шесть патронов. Мало, но для контроля ситуации хватит.
Снаружи раздался первый удар.
"Громова!" – хриплый голос прозвучал слишком близко. – "У нас приказ взять тебя живой. Но ничего не сказано про твоё состояние!"
Лиза не ответила. Вместо этого она быстро поднялась по узкой винтовой лестнице на хоры, где стоял старинный орган. Отсюда открывался идеальный обзор на весь неф. Она присела за массивной деревянной панелью, превратив музыкальный инструмент в стрелковый пункт.
00:17. Последний рубеж.
Двери трещали под ударами. Лиза заметила, как металлические петли начали поддаваться. Она прицелилась – первый, кто войдёт, получит пулю между глаз.
С грохотом дверь распахнулась.
Но вместо ожидаемых наёмников в проёме стояла...
...одинокая фигура.
Никита.
Он выглядел ужасно: лицо в кровоподтёках, левая рука неестественно свисала, а в правой он сжимал окровавленный нож. Его всегда ухоженные чёрные волосы были спутаны, и теперь в них явно проступали седые пряди. Но глаза... Эти глаза горели всё тем же холодным огнём.
"Ты..." – голос Лизы сорвался.
"Не сейчас", – он резко махнул рукой. – "Они уже обходят с тыла. Нам нужно в подвал."
00:22. Побег через ад.
Каменная лестница вела в кромешную тьму. Никита шёл первым, его шаги были неуверенными, но решительными. Лиза следовала за ним, отмечая, как он хромает — явно повреждена нога.
"Что случилось?" – не выдержала она.
"Позже", – он резко остановился перед развилкой. – "Направо – ловушка. Налево – в канализацию."
Туннели под церковью оказались настоящим лабиринтом. Сырость, плесень и запах столетий давили на лёгкие. Лиза споткнулась о что-то мягкое – при свете фонаря она разглядела крысиный труп. И ещё один. И ещё... Будто кто-то уже прошёл здесь до них, оставляя за собой мёртвых грызунов.
00:45. Передышка.
Они свернули в небольшую камеру – возможно, древнюю монашескую келью. Никита опустился на колени, его дыхание стало прерывистым.
"Дай посмотреть", – Лиза потянулась к его ранам.
Он отстранился:
"Не трать время. Они близко."
Достав флягу, он сделал большой глоток и протянул её Лизе. Та скривилась – запах дешёвого виски ударил в нос.
"Пей. Нужно продезинфицировать."
"Что?"
"Ты поранила руку. Не заметила?"
Действительно, на её ладони виднелся порез. Лиза брезгливо хлебнула, сдерживая кашель.
"Теперь говори. Почему ты здесь?"
Никита посмотрел на неё, и в его взгляде было что-то новое – что-то, чего она не видела раньше.
"Потому что ты – моя последняя точка отсчёта. Всё, что у меня осталось."
01:00. Признание.
Свет фонаря рисовал причудливые тени на стенах. Никита говорил тихо, но каждое слово било точно в цель:
"Год я искал способ уничтожить её. Всё это время Алла строила свою империю. Она восстановила связи, вернула старых союзников."
Он достал из внутреннего кармана фотографию. На снимке – Алла в окружении военных и политиков, на фоне знакомого здания.
"Объект 17. Она превратила его в штаб-квартиру. Через три дня там соберётся Совет – все, кто предал нас тогда."
Лиза сжала кулаки: