"Ты уверен, что это правильный выбор?" – спросила она, не отрывая взгляда от взлетно-посадочной полосы, где приземлялся очередной аэробус.
Он открыл глаза. Радужки, обычно такие живые, сейчас казались потухшими – серо-стальными, как остывший пепел. Но сомнений в них не было.
"Нет. Но это наш выбор."
За последние 72 часа они проделали колоссальную работу:
1. Смена внешности.
1.1. Преображение Лизы.
Безопасная квартира в Берне. Ванная комната с зеркалом во всю стену. На мраморной столешнице разложены инструменты её нового лица:
Краска для волос ("Schwarzkopf Igora Royal", оттенок 4.0 – тёмный каштан).
Процесс был болезненным, будто она стирала саму себя. Сначала проявитель – двадцать минут жжения на корнях. Затем краситель, растекающийся по прядям, как чернильная река. Она смывала его трижды, пока вода не стала прозрачной, а в раковине не осталось следов прежней жизни.
Контактные линзы ("Acuvue Define", карие с золотистыми вкраплениями).
Она вставляла их, морщась от непривычного ощущения. Зелёные глаза – её визитная карточка – теперь скрыты под чужим оттенком. В зеркале смотрела на неё незнакомка.
Макияж (набор "MAC", техника "старения").
Лёгкие морщинки у глаз, нарисованные карандашом "NYX". Контурная пудра, утяжеляющая овал лица. Искусственные веснушки – крошечные коричневые точки, словно следы солнца, которого она не видела месяцами.
1.2. Метаморфоза Никиты.
Спальня той же квартиры. Он работал над собой с холодной точностью хирурга:
Седые пряди.
Перекись водорода выжгла отдельные участки чёрных волос. Затем тонирование – пепельные оттенки, добавляющие ему лет десять. Текстурирующий воск завершил образ: теперь он выглядел как уставший бизнесмен, а не беглый спецназовец.
Фальшивый шрам.
Обезжиренная кожа, коллодий, образующий неровную плёнку, красно-коричневая краска для реалистичности. Он прикоснулся к "шраму" – тот выглядел как старый, почти заживший. Идеальная легенда: "бывший военный, неудачная операция".
Очки с диоптриями.
Настоящие, не бутафорские. +1.5 – достаточно, чтобы глаза слезились от напряжения. Он моргнул, привыкая к искажённому миру.
Новая походка.
Вкладки в обувь разной высоты. Болеутоляющие, чтобы хромота выглядела естественно. Двенадцать часов перед зеркалом – пока каждый шаг не стал частью роли.
2. Уничтожение следов.
2.1. Ликвидация телефонов.
Кухня. Микроволновка гудела, прожигая чипы памяти.
Разобранные аппараты.
Отвёртки, пинцеты, аккуратно снятые корпуса. Чипы – в микроволновку (три минуты на максимальной мощности, пока не поплыла плата). Корпуса – раздроблены молотком. Аккумуляторы — утоплены в солёной воде. Остатки выброшены в семь разных мусорных баков по всему городу.
2.2. Утилизация вещей.
Одежда.
Разрезана на лоскуты, замочена в отбеливателе. Выброшена у госпиталя – там, где окровавленные бинты никого не удивят.
Обувь.
Подошвы сожжены в камине. Верхняя часть – выброшена в Люцерне, в мусорке у вокзала.
Аксессуары.
Часы раздавлены гидравлическим прессом. Ремни – сожжены дотла.
2.3. Удаление отпечатков.
Два дня боли.
Ванночки для рук (10% раствор соляной кислоты).
Кожа краснела, слезала пластами. Новые узоры борозд – нанесённые скальпелем, чтобы даже биометрические системы не узнали их.
3. Дезинформация.
3.1. Ложные билеты.
Через даркнет.
Поддельные паспорта (два, имена – вымышленные, но с историей).
Билеты в Сидней (оплата биткоинами через миксер).
Распечатки оставлены в хостеле Женевы – нарочито небрежно, будто их забыли в спешке.
3.2. Гостиничная бронь.
Фейковые профили.
Номер в Токио (через подставное агентство).
Оплата подставной картой (сожжена сразу после транзакции).
"Личные вещи" в номере – расчёска с волосами (не их), зубная щётка (использованная), флакон духов (дешёвый, масс-маркет).
3.3. Подделка видеозаписей.
Работа профессионалов.
Взлом системы видеонаблюдения вокзала.
CGI-дублёры в реальных записях – их цифровые копии садятся на поезд в Цюрихе.
Жёсткие диски физически заменены – оригиналы сожжены в печи.
Но главное - они оставили Аллу один на один с хаосом, который сами же создали. И теперь наблюдали первые результаты.