– Нам не стоило покупать все это оборудование для продажи бензина. Мы, все равно не продадим его много. Я подумала, что если мы уволим Тима, то с колонкой я управлюсь сама.
– Ты? Еще чего не хватало! Твое дело кухня и хозяйство. И, потом, мне придет в голову идея, обязательно придет...
– Какая?
– Не знаю. Я еще думаю.
– Ты действительно не хочешь, чтобы я носила эти брюки? Их еще можно носить, а чулки они мне отлично спасают.
Я совсем не слушал ее. Может ли Глория помочь? Она может познакомить меня с нужными людьми.
– Гарри!
– Чего тебе? – я нахмурился.
– Она хорошенькая, эта Селби?
Она посмотрела на меня в упор, и я отвернулся.
– Я ее не очень хорошо рассмотрел.
У Анни вдруг опустились плечи.
– Я пойду наверх готовить ужин. Я смотрел, как она поднимается, слышал, как скрипят ступени, глядел на свои стиснутые кулаки и ненавидел себя.
Глава 3
На следующее утро, подогревая воду для бритья, я молча злился.
Вчера, после того, как я закрыл гараж, явился Билл и принес два фунта сосисок, рыбы, жареной картошки и две пинты пива. Он хотел отметить свое повышение. А я знал, что Анни злится на меня за то, что сравнение ее с Глорией оказалось не в ее пользу, и я этого не мог скрыть. Конечно, будь у нее красивые ноги, она выглядела бы достойнее, но смотреть на ее вымазанный содой подбородок после того, как я нагляделся на аккуратные нейлоновые чулочки, было выше моих сил.
Ради Билла мы притворялись веселыми, но я все время думал о долгах, Глории, Анни и нашей ссоре. Я не мог себя заставить развеселиться ни за какие деньги. Анни, которая также расстроилась, притворялась куда лучше меня. Наконец Билл ушел домой, довольный ужином и повышением. Он, очевидно, не заметил нашего унылого настроения.
Закрыв за ним двери, я поднялся в спальню и увидел, что жена повернулась к стене и притворилась спящей. Я молча улегся рядом и тоже старательно притворился спящим, и мы лежали, злясь друг на друга. Я думал, что мы, как старые супруги, покончим с этим, занявшись любовью, но жена не поворачивалась ко мне, как будто мы находились друг от друга за сотню миль. Утром я проснулся первым и стал греть воду для бритья.
Затем я спустился вниз и расчистил место для «ягуара» Глории. Я решил все же оставить его в гараже. Ведь я взял деньги и оставил ей квитанцию. И, потом, я был уверен, что эта девица поможет мне выбраться из долгов. Здравый смысл подсказывал мне обратное, но на одном здравом смысле далеко не уедешь. Она – моя главная надежда, говорил я себе, но понимал, что не договаривал главного: я хотел ее. Шел дождик, нудный и унылый. Когда Тим вошел в гараж, толкая свой велосипед, волосы у него стояли дыбом и были мокрыми. Он сразу заметил пустое место, которое я приготовил для «ягуара».
– Подмети здесь, Тим. Я подготовил место для машины мисс Селби.
Его совиные глаза вспыхнули.
– Той, что была здесь вчера?
– Да. И поторопись.
Запах кофе напомнил мне, что я еще не завтракал. Жена уже встала. Старые джинсы по-прежнему висели мешком, но волосы были перевязаны красной ленточкой. У нее была все-таки прелестная фигурка.
– Привет, малышка!
Она обжаривала рыбу и даже не обернулась.
– У нас в доме запахло вкусным.
– Да, дорогой. Ты хорошо выспался? Я обнял ее, усадив на колени.
– Не обижайся, киска, и забудем вчерашнее, хорошо? Нам просто не надо ссориться.
– Но я хочу быть уверена, что нужна тебе. Не сейчас, а вообще. А если мы перестанем доверять друг другу, то... А эта девица с ее нарядами только добавила масла в огонь. Ты уверен, что она не заставит тебя потерять голову? И потом, если мы разоримся, то что мы будем делать дальше? Что с нами будет? А если мы вместе будем работать, то все будет хорошо. Но только пока мы вместе. И, потом, я же могу пойти работать. Ешь завтрак, а не то все остынет.
Мои мысли вновь вернулись к Глории.
– Подожди, дорогая, может быть, я что-нибудь придумаю. «Славная девочка Анни, не знаю, что бы я без тебя делал». Я спустился вниз и увидел Билла.
– Гарри. Мне надо сказать тебе пару слов. Как Анни?
– Спасибо, нормально. Нам было здорово весело вчера, ты хорошо придумал отметить это повышение с нами.
– Вы – это моя семья.
Мы замолчали. Он посмотрел на свои ноги и как-то замялся. Лицо у него покраснело.
– Может быть, это и не мое дело, приятель, но у вас неприятности. Правда?
– Ну, тебе нечего об этом думать.
– Разве? Мы друзья или нет? Ведь, если бы у меня были неприятности, ты бы мне помог, так ведь? Вот и я. Пятьдесят фунтов тебя выручат, парень?
– В этом месяце да, а что потом?
– О, потом и будем думать потом.
– Но когда я смогу вернуть тебе деньги, если приходится экономить даже на воде?
– Бери деньги и никаких разговоров. Я ведь тоже экономил, и накопил сто пятьдесят фунтов. Мне не на что их тратить. Ну, хватит пыжиться, бери деньги и закончим на этом разговор.