Cпециалист по опорным конструкциям
Дано: известный пермский бизнесмен и политик Павел Анохин несколько лет в порядке благотворительности поддерживал своими деньгами правоохранительные органы Прикамья, о чем с удовольствием оповещал избирателей. Сегодня он поменял свою позицию, и те же самые правоохранительные органы теперь обвиняет в мздоимстве и прочих смертных грехах.
Вопрос: в чем причины такого неожиданного «прозрения» Анохина?
Возможных ответов три. От первого — неосведомленность — мы откажемся сразу же: служба безопасности компании ДАН, учредителем которой является Павел Анохин, укомплектована толковыми «разведчиками», всегда получавшими самую достоверную информацию о положении дел в области. Поэтому незнание ситуации — это вряд ли…
Второй возможный ответ: в декабре Павел Анохин хочет сместить с губернаторского кресла Геннадия Игумнова, для чего и открыл огонь по штабам противника, демонстрируя избирателям свой новый наряд «непримиримого борца с коррупцией».
Эта версия более правдоподобна, но и она с изъяном: для того, чтобы воздействовать на избирателей, Анохину надо публиковать свои разоблачения не в столичной, а в местной прессе. На худой конец, он должен был, в соответствии с правилами политтехнологии, завалить все Прикамье сотнями тысяч разоблачительных листовок, а не заниматься «мелким стуком» в газетах, включая те, о названии которых многие пермяки даже и не слышали. Третий ответ на поставленный вопрос заслуживает более детального анализа.
Анохин и его досье. Анохину 38 лет. В 1985 году окончил стройфак Пермского политеха, преподавал на кафедре стройконструкций, защитил кандидатскую диссертацию. С 1992 года он на пару со своим старым другом и однокашником Михаилом Деменевым вполне удачно занимался торгово-посредническим бизнесом. К началу 2000 года являлся учредителем пяти различных предприятий, главное из которых — ЗАО «Финансово-промышленная группа ДАН».
Достоверных данных о размахе ДАН-овского бизнеса у нас нет. Доподлинно известно только то, что в 1996 году месячный оборот ДАНа составил 200 миллиардов неденоминированных рублей — при численности персонала компании всего пятнадцать человек. В некоторых респектабельных московских изданиях указывалась общая стоимость активов ДАНа — 250 миллионов долларов. Косвенно эту цифру в одном из прошлогодних интервью подтвердил и сам Анохин.
В декабре 1997 года бизнесмен Анохин пошел в политику: был избран депутатом областного Законодательного Собрания по Кунгурскому округу. Через два года он повторил свой успех на выборах в Госдуму, но уже по новому — Ленинскому – избирательному округу. В Думу Анохин пробивался под личной опекой одного из создателей движения «Единство», в то время — первого замглавы президентской администрации Игоря Шабдурасулова. Понятно, что, оказавшись в парламенте, Павел Викторович вошел сначала во фракцию «Единство», а затем — и в политсовет одноименного общественно-политического движения.
Что же заставило этого известного, богатого и удачливого бизнесмена объявить войну всем правоохранительным органам Пермской области?
Наш ответ таков — страх. Именно из-за страха, а не каких-либо иных «возвышенных» мотивов Павел Анохин расстреливает правоохрану Прикамья из стволов московских СМИ.
<…> И все же — почему Павел Анохин так невзлюбил высшее руководство пермских правоохранительных органов?
Про сомнительный бизнес Анохина, поднявшийся на связях с чеченским криминалом, знают многие, но доказать это могут только вышеупомянутые органы. И только они представляют реальную угрозу политической карьере «специалиста по опорным конструкциям в строительстве». Например, местные сыщики могут свидетельствовать о широко известном в Прикамье факте, что чеченский бизнес ДАНа начался после успешных переговоров Павла Анохина с идеологом чеченских сепаратистов Мовлади Удуговым.
Посредником и покровителем пермского бизнесмена на этих переговорах был якобы Борис Березовский, и это весьма похоже на правду. По крайней мере, только БАБ, имеющий самые обширные и небескорыстные связи с чеченским руководством, мог гарантировать новичку процветание в весьма щекотливом бизнесе с криминальным режимом. Только БАБ — не закон! мог гарантировать выполнение многомиллионных контрактов. И контракты действительно выполнялись, причем безукоризненно: несколько лет с подконтрольного сепаратистам Грозненского нефтеперегонного завода в адрес ДАНа отправлялись сотни цистерн с нефтепродуктами.