- На самом деле, камеры разделены на сектора, каждый со своим хабом. Хабы – это вышки в океане за пределами периметра, установленные на платформах. Собственно, если ты выйдешь на берег у лагеря – увидишь вдали огонек одной из них. Таким образом, я предполагаю, что схема секторов будет похожа на разрезанную пиццу. Но внутри секторов система очень даже может быть. А вот без подхода к камерам мы обойдемся. Смотри, всякий участок Острова просматривается минимум с двух камер, а самые потенциально интересные места – с трех и более, обычно перекрестно. Если мы получаем снимки со всех камер в один момент времени – мы можем на многих определить их ориентацию в пространстве по теням. Что позволяет нам рассортировать камеры по направлениям. Далее, мы вручную сравниваем снимок с одной камеры со снимками всех камер других направлений, и если видим, что где-то одно и то же место – значит, эти камеры рядом. Далее, когда мы лучше поймем схему – я выработаю дополнительные алгоритмы.
- У твоего плана есть одно слабое место, - сказал Лейбер.
- Дай угадаю… Одномоментные снимки с неизвестно скольких десятков тысяч камер, да?
- Именно. Планшет слишком слаб для того, чтобы отправить запросы и принять данные в таком количестве.
Я ухмыльнулся:
- Разумеется, слаб. Нам нужно больше мощности.
Лейбер хлопнул себя по лбу:
- Я кретин. Распределенная атака! Нам просто надо больше планшетов и сбитых дронов!
- Не совсем. Планшеты слишком слабы для этого, потому получать данные мы будем с хабов. Хаб сам «отложит» для нас по кадру с каждого видеопотока, а мы будем их оттуда брать, насколько потянет железо. Правда, вначале мне придется этот самый хаб взломать и залить туда свой руткит.
Глава 16
В лице программиста-каннибала я нашел неожиданно полезного помощника, которому поручил различные рутинные задачи. Воспользовавшись еще парой бесхозных ПЦП, которые ранее принадлежали «апачу» и самоуверенному канадцу, я соорудил для Лейбера рабочее место, наладив локальную сеть между ними таким образом, что один выполняет роль рабочего компьютера и монитора, а на втором во весь экран клавиатура.
- Это просто гениально, - пробормотал Маркус, когда я вручил ему его новый «комп».
- Согласен, но только наполовину: это просто. Гениально будет, когда я положу нахрен все хабы и отберу суперадминские права у суперадминистратора Корпорации в самой Цитадели.
- В рот мне ноги… Ты действительно собрался это сделать?! Но как?!
- Пока не знаю, - признался я. – Но если бы я имел заранее готовое решение, то и гениальности не было бы. То есть, я даже не уверен, что мне это удастся… Но ты же понимаешь, я не могу не попытаться.
Мои отношения с Ильзой переросли в бурный роман с тайными совместными купаниями в сумерках и последующими развлечениями на теплом песке в укромном местечке между валунами.
- Слушай, Профессор, я немного запуталась, - сказала она как-то раз, когда мы отдыхали от весьма яростной скачки друг на друге. – Вначале ты приходишь и обещаешь поиметь Корпорацию. Потом внезапно выясняется, что ты Корпорации не враг, а даже друг. Переобулся на ходу?
Я в ответ улыбнулся:
- Только что мы с тобой поимели друг друга, и вроде как нам обоим это понравилось, не так ли? Понимаешь, когда я только пришел, надо мною висел дрон, и я должен был говорить то, что понравится зрителям. При этом я и не лукавил особо, просто нужно понимать тонкие нюансы. Начнем с того, что Корпорация и Игра – не суть одно и то же. Игра – это Игра, да, она начата с подачи Корпорации, но ведет ее межгосударственная исполнительная служба. При этом Корпорация абсолютно не против, если я поимею Игру – ей-то какое дело? Да, правила написаны Корпорацией, и они таковы, что победить почти невозможно. Но будь предложенные правила мягче – никто бы не согласился начинать Игру. Кому хочется, чтобы убийцы, осужденные на казнь или пожизненное, возвращались обратно в социум? Никому. Потому запустить Игру было возможно только при условии, что пользу она принесет огромную, в виде колоссальных налогов для бюджета, экономии средств на содержание преступников, зрелищ для народа, а шанс выпустить преступника минимален. Но теперь Корпорация совершенно не против, если кто-то поимеет Игру и выиграет, ей это даже на руку. А насчет поиметь саму Корпорацию – и ее поимею. Но тут дело такое, если она не будет сопротивляться, а послушно примет позу, какую я велю – ей даже понравится… может быть.