Шовин выглядел, мягко говоря, не лучшим образом, и я начал всерьез опасаться, что он запорет нам всю затею, облажавшись.
- На самом деле, шансы есть, если все сделать грамотно, - сказал я. – План такой: мы подрываем дымовые шашки в лагере, ты бросаешь одну шашку вперед. В тридцати метрах впереди есть небольшой камень, за которым можно залечь. Дальше есть другие камни. Самое главное – аккуратно выглянь через щель в бревнах и запомни расположение камней. Дымовая завеса непроницаема для взгляда издали, но внутри дыма есть ограниченная видимость, с десяти метров ты будешь видеть эти камни. Второй момент – перезарядка. Большая группа людей, которая стреляет, не сговариваясь, начинает стрелять примерно одновременно и потому перезарядка будет тоже примерно в одно и то же время. Суть в том, чтобы вскакивать и бежать дальше в тот момент, когда огонь утихает. Схему бросков Джейсон тебе расписал, дополню только, что бросать надо как можно дальше. Больше площадь дыма – меньше плотность огня на единицу пространства. И автомат оставь, он тебя только замедлит, стрелять в ответ смысла нет, да еще и вспышка в дыму тебя демаскирует.
Блекджек дал отсчет, по цепочке пошли команды «Дым!» и «Отход!», центр и западную часть поселка начало затягивать дымом, при этом бойцы в восточной части поспешно покинули свои позиции и скрылись в дыму, после чего начали скрытно возвращаться на заранее подготовленные места.
Сам факт постановки дымовой завесы, как я и предсказал, спровоцировал противника на открытие огня: дымовую завесу ставят тогда, когда хотят пересечь место, других укрытий не имеющее. Пули еще раз слегка перепахали площадь и часть улицы, не причинив вреда. Затем Шовин, стоя за крайней хибарой, бросил вперед первую шашку. Снова просвистели пули, перепахав песок, и как только стрельба стихла, Шовин рванул вперед во всю прыть.
Он пробежал метров тридцать, до первого камня, вообще без единого выстрела по нему, так как враг пока еще не понимал нашего плана и прекратил стрелять в дым. С разбегу метнул вперед вторую дымовую гранату и плюхнулся за камень.
«Апачи», заметив, что дымзавеса начинает тянуться вдоль берега, открыли ураганный огонь, я даже слышал, как пуля щелкнула по камню, за которым залег Шовин – но всего одна. Остальные перепахивали песок, и примерно пятнадцать-двадцать стволов – это не очень много в пересчете на скрытую дымом площадь. Разумеется, если бы там бежала толпа людей – треть была бы убита как пить дать.
Затем стрельба утихла, Шовин вскочил и побежал дальше, окончательно скрывшись в дыму.
В этот момент Маргарет, сидя в безопасном месте, передала слова Ильзы:
- Длина дымовой стены – сто метров!
Огонь со стороны противника возобновился, при этом стреляли и с холма на северо-западе, и с севера, хотя самые удаленные стрелки находились от дымзавесы в добром километре, и у них, теоретически, был бы только небольшой шанс случайно попасть в кого-то, если б мы бежали через дым всей толпой.
- Кажется, твой план сработал, - сказал мне Блекджек, - я теперь дую на восточную сторону, встречать гостей, если те рискнут.
Стрельба стихла секунд через тридцать, а еще через пятнадцать секунд от Ильзы пришло сообщение, что дымовая завеса протянулась на триста метров. Благо Ильза сидит у самого моря почти и потому стену дыма видит не в торец, как я, а чуть сбоку.
«Апачи» стреляли долго и ожесточенно, несмотря на это, вскоре дым добрался аж до кромки леса, и тогда мы услышали разрывы ручных гранат: западная позиция, вообразив, что на них из дыма вот-вот вывалится толпа «пиратов», пустила в ход все, что у них было, даже самый редкий ресурс – гранаты. Бухали дробовики, лаяли автоматы, а пистолеты-пулеметы стучат просто непрерывно.
И я поймал себя на мысли, что мне хочется, чтобы Шовин выжил. Да, он мудак, а верней, просто кусок дерьма, но вместе с тем ему пришлось оказаться в очень опасной ситуации в роли практически беззащитной жертвы, а потому я все же немного ему сочувствую. Почему-то, глядя передачу, где хищник охотится на свою добычу, мне всегда хотелось, чтобы заяц увернулся от орла, а тушканчик ускакал от змеи.
А еще он замечательно исполнил мой план.
И в этот момент с востока раздался буквально громогласный залп длинных очередей.
Глава 26
Меня пробрала дрожь: как ни крути, но одно дело, когда ты находишься в центре осажденной крепости, не принимая участия в непосредственной обороне, и совсем другое – когда начинается полномасштабный решительный штурм. Тут уже не очень важно, на краю я или в тылу: если оборона провалится, я встречусь лицом к лицу с последствиями своих ошибок.