Пригибаясь к земле, я побежал к своей хибаре, по пути проверяя, есть ли патрон в стволе пистолета. Да, мой косяк, что за все это время я и не подумал разжиться стволом побольше. С другой стороны, если он мне понадобится – значит, я уже проиграл.
Из прохода между халупами появился Макс с винтовкой за спиной и автоматом в руках.
- Профессор, то, что на востоке – это по плану?
- Их атака – по плану. Вопрос лишь в том, удастся ли отбиться Шрайверу.
- Залезь сюда и сиди тихо, а я проверю.
И тут стрельба стихла почти так же моментально, как и началась.
- Отбились, - сказал Макс.
С учетом того, что мы видим спины нескольких наших бойцов – так оно, видимо, и есть.
Не прошло и пятнадцати секунд, как в поле моего зрения появился сам Блекджек. Увидев меня, он выразительно показал мне большой палец.
Попытка штурма стала самой большой ошибкой «апачей». Старший «восточного рубежа», увидев дым и услышав отчаянную пальбу, неизбежно сделал именно тот вывод, который предсказали мы с Блекджеком. Успех или провал нашей задумки теперь зависел от того, есть ли у «старшего» достаточно крепкие яйца.
К несчастью для «апачей», лидером этой части оцепления был назначен человек, обладавший решительностью и отвагой. Он стянул к себе все свои отделения и пошел в атаку, рассчитывая занять пустой лагерь, а затем выйти врагу, то есть нам, в тыл, пока мы увязнем в бою с западным оцеплением.
Почти тридцать человек бегом устремились к нашему лагерю.
Жизнь показала, что моя ставка на Блекджека не подвела. Он блестяще сыграл свою роль, и как наставник, и как лидер, привив своим бойцам дисциплину и выставив на восточный рубеж лучших из лучших. «Пираты» не открыли беспорядочный огонь при первом появлении врага, как сделали бы более трусливые и менее дисциплинированные бойцы, а выждали, пока противник не преодолеет триста метров из пятисот, и только затем встретили наступающих.
Дистанция – двести метров. У нас сорок человек, стреляющих из окон и из-за углов. «Апачи», числом как раз тридцать человек ровно – по крайней мере, столько трупов мы потом насчитали – оказались застигнуты посреди песчаного пляжа, не имея ни укрытий, ни малейшего шанса сбежать, и в короткой перестрелке погибли в полном составе. Нам это стоило еще двоих бойцов, но исход осады уже был решен.
Через камеры я наблюдал, как «апачи» покидают свои «лисьи норы» и окопчики и уходят восвояси: при том, что их была почти сотня, может, даже полные сто человек, потеря тридцати пяти бойцов – это потеря более чем трети личного состава. И теперь у них уже нет ни численного преимущества, ибо нас теперь столько же, сколько и их, ни тактического, поскольку кольцо разорвано.
В дополнение ко всему, мы получили в качестве трофеев почти тридцать автоматических стволов и изрядное количество боеприпасов: восточная сторона не принимала участия в первоначальном огневом налете, надеясь выманить нас на засаду, и потому при трупах мы нашли почти полный боезапас.
Нам это стоило девяти человек из шестидесяти девяти, даже если считать Маркуса за бойца, которым он, в общем-то, не был, то есть, цена оказалась умеренной.
Правда, в конце выяснилось, что случайной жертвой нападения стала также и Райли. Когда начался обстрел, они с Ким бросились на пол, но Ким хватило ума залечь прямо под западным окном, то есть в мертвой зоне. В то же время Райли залегла под восточным, а стреляли с запада, причем пули летели не параллельно земле, а сверху вниз, будучи на последнем участке своей траектории. Иными словами, Райли залегла буквально в прямой видимости стрелявших, и хотя ее в полумраке хижины увидеть было нельзя, случайная пуля настигла и ее.
Это последнее открытие сильно изменило настроение «пиратов»: шутка ли, было всего две «общие» телки – и то одну убили.
- Самое время нанести ответный удар, - сказал я Шрайверу.
- Без подготовки, разведки, планирования?
Я хмыкнул.
- Ну вот «апачи» подготовились, разведали и спланировали – сильно это им помогло? Я не преуменьшаю их усилия и качество подготовки – но понимаешь, они многого не учли. Даже без этой смертельной ошибки со штурмом они были практически обречены на провал, ибо дождь, разница в положении и прочее. Просто историческая реальность: для осады крепости нужно иметь в пять-десять раз больше солдат, чем у гарнизона. При разнице в треть… Кончилось, чем кончилось. «Апачи» не захотели день за днем драться с нами на нейтральных территориях и решили осадить нас на нашей же базе. Это и есть их самая большая ошибка.