ГЛАВА 1-1
Солнце медленно спускалось к лесу, чтобы величесвтенно спрятаться от любопытных жаворонков, снующих над пшеничным полем. Еще пара пятидесятников и на поместье пятого князя Фернского Бернара де Леринье опустятся сумерки. Летний погожий день сменится звездной ночью и полуденную жару заменит легкий ветерок, предвестник ночи.
Сам хозяин стоял у окна в своем кабинете с бокалом коньяка и с улыбкой провожал уходящий день. На душе у него было покойно и светло. Оно и понятно. Его средний сын, его гордость в который раз доказал, что достоин быть наследником рода. Нет, не старший Алеандр, первенец, избалованный матерью, любитель серенад, балов и дамский угодник. Не младший Симон, с нежной душой и мягким сердцем. Глядя на них сердце старика сжималось от тоски и разочарования. А второй сын, Рафаэль, смог воплотить в себе все то, что так радовало князя.
Бернар де Леринье и сам был вторым сыном, но смог доказать своему родителю, что достоин быть наследником князей Фернских. Вот и Рафаэль пошел по его стопам, один в один повторяя его судьбу. Видимо и это так влияло на старого князя. Ему уже было за сто. Женился он достаточно поздно, когда ему было под семьдесят и он прожил фактически половину срока, который Единый обычно отпускает на долю человека. Сто сорок- сто пятьдесят, обычно это средний возраст до которого доживает человек. Нет, конечно есть и те, кому и под двести, но их немного и они поголовно все с магическим даром.
Магия была и у Рафаеля. Единый не обидел юношу. Пусть слабый уровень но он был. Пусть стихия воздух, но все же. Зато у будущей невестки магия земли и уровень средний, а значит и дети будут магически посильней. И кровь обновится. Все идет как надо.
Вечер окутывал пряным ароматом луговых трав и дарил умиротворение. Князь Бернар любовался видом, который открывался ему с высоты второго этажа. На первом этаже были по центру - бальная зала, В правом крыле большая и малая столовые, зимний сад. В левом крыле располагалась кухня, комнаты управляющего, экономки и дворецкого.
Второй был занят кабинетом хозяина, огромнейшей библиотекой, которая занимала все правое крыло. Она была воистину уникальной ибо каждый из князей пополнял ее как мог. Потому и содержала она столь много ценных и раритетных изданий, каких не было и у короля. Доступ к библиотеке строго регламентировался. Порядок поддерживался магически.
Левое крыло было занято гостевыми покоями. Все содержалось в идеальном порядке, достойном коронованных особ.
Третий этаж был отдан под покои хозяев, в правом крыле располагался сам князь, в левом сыновья.
Леринье знали толк в развлечениях и пока была жива супруга старого князя слыли гостеприимными хозяевами. Да и сейчас хоть и не устраивались приемы но двери поместья всегда были открыты припозднившемуся путнику или доброму другу.
ГЛАВА 1-2
Дверь приоткрылась практически бесшумно, но князь всегда отличался тонким слухом и потому развернулся к вошедшему моментально.
- Батюшка, вас не застать врасплох, - смех Рафаеля прозвучал в тишине весело и задорно.
- Само собой, сынок. Да, я стар, но умер же.
- Не приведи Единый. Кто же откроет двери моей жене и благословит наш брак? – укоризненно покачал головой наследник рода Фернских.
- Таких много. Каждый почтет за честь.
- Но небеса услышат лучше лишь пожелания любящих.
Слова сына животворящим бальзамом пролились на сердце Бернара. И потому в голосе у него было столь много тепла, сколько необъятно было небо и бескраен океан.
- Ну что, сын, готов ли ты к завтрашнему дню?
Молодой мужчина, тряхнул головой и тяжело вздохнул. Что ж, тут и слепцу видно, что Рафаэль переживает. Да и как не переживать ведь не абы кого вводит он в дом. Любимица света, юная герцогиня Амадина де Вариэй была юна, мила и покоряла сердца своей необычной красотой и живостью характера. Девушка была своеобразна, но не стеснялась своей немного смугловатой кожи и не отбеливала ее как все высокородные дамы. Она обожала солнце и оно отвечало юной прелестнице тем же. В ее глазах густого медового цвета проскакивали время от времени озорные искорки, а взгляд был живой и открытый. Немало опытных ловеласов утонули в глубине ее бездонных очей. Но ей было нипочем. Она жила каждый день как будто б заново открывая прелесть этого мира.
Соперницам юной герцогини не оставалось ничего иного, как вздыхать и кидать в ее сторону взгляды полные зависти и обиды. Все было при ней, и родовитость, и богатое приданое, и красота. И все завидные женихи Бренса. Но выбрала себе Амадина спутника сердцем. Герцоги Фернские не могли похвастаться богатством. Давно, ох, как давно приходилось им жить, затянув пояса. И Бернар, тот который не слыл особо так верующим, молился всем богам, каких знал, чтоб этот брак состоялся.