Вместе с бесконечной жесткостью виконтессе было присуще еще и терпение. А это очень важно. Сколько планов и начинаний срывается, когда человек совершает одну очень большую ошибку - начинает суетиться и ускорять события. Нет, этого де Нарма себе не позволяла. Каждый ее шаг выверен. Каждое ее слово продумано. Второго шанса у нее не будет. План, который она начнет реализовывать этой ночью, должен поставить точку во всем. Закончить цепочку ее скитаний. У нее будет свой дом. Она получит доступ к родовым драгоценностям Фернских. И еще много, очень много планов и надежд. И самое главное, что все должны ей подчиняться.
Таланту внушения виконтессы можно было позавидовать. Она могла уговорить и самого Темного. Потому и неудивительно, что Рафаель верил ей безоговорочно и во всем. Да еще и темная магия в помощь. Еще ночью Шарли начала внушать мужчине, что пришло время избавиться от ненавистной супруги. Ее место во вдовьем приюте. Они просто заберут то, что принадлежит Рафаелю по праву. Наследство, дом, титул. Алеандра нет, Симон служит в Храме. А детям нужен присмотр. Кто, как не отец может это сделать лучше всего. И Шарли так любит его. Она поможет во всем. Она нашептывала мягко, ненавязчиво. Рафаель слушал и слова виконтессы принимал за чистую монету. А в голове уже рисовались картины их беззаботного совместного будущего. Он был согласен на все. А зря.
ГЛАВА 14
Осень была в самом разгаре. Шли частые дожди. Золото листвы сменило густую зелень и отцветали последние осенние цветы. Природа готовилась к предстоящей зиме. Снега еще не было. Но было ясно, что скоро зима вступит в свои права. Вечерело уже рано. Набежавшие тучи накрепко заволокли небо и к ночи заморосил противный мелкий дождь.
Наступившая ночь была темной и безлунной. Амадине не спалось. Хотя было уже далеко за полночь. На душе было как то неспокойно, а еще накатывало ощущение неприятного холода, от которого внутри все сжималось и время от времени начинало знобить. Это было странным, ведь горел камин и комната была протоплена как надобно.
Мысли Амдины лениво сменяли друг друга и в какой-то момент, устав от всего, она встала, накинула теплый домашний халат и покинула свою уютную комнату. Княгиня тихо прошла по коридору мимо детских спален, постояла у дверей, но заходить не стала. Детей она проведала еще перед сном и за них ее душа не болела. А вот старый князь был, откровенно говоря, плох. И именно на это княгиня и списывала свою тревогу. Она привыкла к Бернару, и ей нравилось даже то, с каким упоением тот ворчать. Амадина понимала, что старик любит ее как родную и отвечала ему взаимностью.
В комнате князя стоял густой полумрак. Мужчина спал. У камина, своим огнем согревавшего комнату, расположилась сиделка, которая, увидев хозяйку, сразу же встала и подошла. Женщины вышли в коридор и сиделка обстоятельно рассказала о состоянии князя. все было как как и всегда. На ночь Бернару давали несколько настоек, после которых он спокойно спал всю ночь и набирался сил. Все же состояние его было пока не стабильно. Потеря старшего сына подкосила его.
Поблагодарив женщину Амадина задумалась. Куда идти? Решение было только одно. За последние весны она так привыкла отвлекать себя от ненужных тревог стряпней, что и сейчас другой альтернативы ей в голову и не пришло. Конечно к Заре, на кухню.
За несколько лет, которые княгиня провела в поместье, она выучила каждый уголок своего дома. Женщина могла обойти его с закрытыми глазами, ни разу не споткнувшись. Амадина забывала порой и свечу то взять. Так и бегала в потемках к Заре. Страшно не было, в поместье она чувствовала себя удивительно как комфортно, еще невероятно защищенной. Поэтому и сейчас княгиня не изменила своей привычке и не взяла ни лампы, ни свечей.
Тоненькая и изящная маленькая хозяйка большого поместья шла по своим владениям практически бесшумно. И потому непонятный глухой стук, внезапно прозвучавший в абсолютной тишине, был неожиданным и заставил Амадину ускориться. Сначала ей показалось, что шум шел из кабинета, княгиня быстро скользнула к двери и открыла ее. Но в кабинете было пусто и темно. Все было так странно. Она вышла в коридор и закрыла дверь. Напряжение не уходило, тишина давила и преодолеть расстояние до лестницы было очень страшно.
Шаг за шагом, ступенька за ступенькой Амадина спускалась на первый этаж. И опять никого. Только темнота коридора и тусклые проемы окон. Неожиданно послышался новый шум и теперь было уже понятно, что идет он со стороны кухни. Почудились и голоса. Женщина забеспокоилась и в какой-то момент внутри даже что-то сжалось. Накатило дикое желание вернуться в комнату, но Амадина все же решила не отступать. Быстро прошла оставшееся расстояние, решительно она открыла дверь и вошла на кухню… А там…