- Как дошел, Карл? - вот за что уважал тюремщик своего хозяина, так это за заботу и простоту. Севериан никогда не чурался его, не ставил себя выше кого-либо. А уж после всех невзгод так особенно. Всегда спрашивал что да как. И если мог помочь то никогда не умалчивал о своих возможностях. И потому Карл никогда не думал о бароне как о бывшем хозяине. Для него он был хозяином всегда.
- Все чисто, Ваше Сиятельство. Десятина у нас есть.
- Что, опять Гиго неймется? - усмехнулся Севериан Стариен и поморщился. Все же кулак у младшего брата тяжеловат. Вырос парень, однако. Нападает. Но... сейчас главное другое. Там, двумя ярусами ниже находится та, которая своей кротостью и ласковым взглядом покорила его сердце. Та, чья чистота восхитила его отчаявшуюся душу. И он должен спасти ее из этого кошмара.
- Да еще как, у него теперь только и забота, что за мной следить, - отмахнулся мужчина, - что мне делать, хозяин?
- Твоя задача пока следить, чтобы княгиня ни в чем не нуждалась. Ее надо кормить получше, очень скоро силы понадобятся маленькой госпоже. Даст Светлый сил и мы вытащим ее.
Карл слушал внимательно. В его глазах не промелькнуло ни единой эмоции, не дрогнул ни один мускул на лице. А Севериан продожал.
- Мне надо дня три на подготовку. Я дам знать как улажу все дела. И никого к ней не подпускай. Никого! Никаких допросов и свиданий. Это прямой приказ Ее Величества. Исключений нет. Только ты, я и она сама. Деймона я уговорил.
- То есть он в курсе? - удивился тюремщик.
- Ни в коей мере. Подставлять Ее Величество нельзя. Никто не должен знать. Карл, умри, но ни слова о королеве, - последние слова барон практически шептал, - это пока все. Ну, иди. И да поможет нам Единый.
Мужчина по дружески похлопал слугу по плечу и бесшумно растаял в лабиринте коридоров и переходов подземной части тюрьмы. Сам тюремщик не торопился. Он не торопясь прошел десятка три шагов в сторону, противоположную той, куда удалился хозяин. Там обнаружился выход в другой коридор. Пустынный и мрачный. Карл быстренько прошел его, поплутал минуты три и наконец вышел в основную часть тюрьмы. Там он быстренько шмыгнул в один их углов. И опустился на кривой ящик. Мужчина прикрыл и глаза и расслабился. Рука машинально стала растирать левое бедро.
Пальцы разминали затвердевшие мышцы. Сам же Карл не издал ни звука. Со стороны могло показаться, что он был в легкой дреме, на самом же деле тюремщик ждал. Легкие шаги ищущего его Гиго были услышаны им еще до того как тот нашел объект своего преследования. Карл сидел в очень удобном месте и парень его не видел. Зато тюремщик подмечал кажде его движение. Как только преследователь ушел мужчина встал и как можно неслышно проследовал за ним.
Гиго шел и озирался. Это Карла не радовало. Значит следили за ним осознанно, по наводке. Ему важно было только одно, чтобы парень не обнаружил заветный проход, его место встречи с хозяином. Ну и еще, чтобы не обнаружил слежки. Но ни того, ни другого не случилось. Это, конечно, радовало и мужчина оставил парня дальше искать себя в нижних уровнях. сам же подялся наверх и быстро разнес ужин и стал возмущаться длительным отсутствием некоторых нерадивых молодых тюремщиков. Работы было много, платили за нее неплохо, но и ответственность была велика. Потому никто не церемонился с провинившимися. А Карл без зазрения совести постарался, чтобы отсутствие Гиго заметили. Так что когда тот, уставший и обозленный наконец объявился, то ему было сделано хорошее предложение - катиться туда, откуда пришел. А точнее, его просто выставили со службы.
Сам Карл Гиго не жалел. О том, что юноша с гнильцой поговаривали все. А за пять месяцев, которые тот проработал со службы уволили трех честных тюремщиков. На их место пришли другие, но новенькие были какие-то мутные, не внушающие доверия. Кстати, тюремщик, который обидел Амадину, тоже был из числа новеньких. Долго он не продержался. Его выгнали со службы через месяц после Гиго.