— Тебе десять плетей, — бросил он садовнику. А у меня ёкнуло сердце. Ни за что ведь попадёт. — А ты ко мне в кабинет, — бросил он и зашёл в дом. Я посмотрела на садовника виноватым взглядом и пошла вслед за хозяином.
На шум вышли некоторые слуги и очень удивлённо взирали на то, что происходило. Анна ойкнула и прикрыла рот рукой, я подошла к ней, и она шепнула, что зря мы с Энтоном это удумали, за такое можно и на улицу вылететь.
В кабинете было светло, повсюду были канделябры со свечами. Инквизитор сел за свой дубовый стол и уставился на меня взглядом, требующим объяснений. У меня же в голове происходил быстрый мысленный процесс по тому, как спастись самой и вытащить парнишку, который получит десть плетей ни за что.
— Ну, Лея, я жду. Что вы делали в саду ночью? — его взгляд был колкий, он уже всё решил, и мои объяснения, по сути, ему не нужны. Если бы не задание, я бы и не стала ничего объяснять, но если я не объясню, меня никогда не подпустят близко, а значит, шансы раздобыть информацию резко уменьшаются.
— Ваше Сиятельство, пожалуйста, простите, я не виновата, — я упала на колени и стала плакать. Вот что-что, а плакать я всегда умела красиво и по заказу, видно, во мне погибает актриса. — Я не виновата. И он не виноват, — я глотала слёзы, которые текли из распахнутых зелёных глаз.
Ко мне подошли, подняли на ноги, я неловко покачнулась и упала прямиком в его объятия и зарыдала ещё пуще, иногда бормоча про то, что не виновата, так получилось. Как я рассчитывала, долго оставаться каменной статуей без чувств, когда к тебе прижимается рыдающая красивая девушка, просто невозможно.
Меня аккуратно довели до диванчика, который стоял возле окна. Усадили и пытливо посмотрели в глаза, я знаю, что он увидел: предельно расстроенная, рыдающая девушка.
— Успокойся и объясни всё по порядку, — пробормотал мужчина и отошёл от меня, чтобы налить стакан воды, который он протянул мне. Взяв стакан дрожащей рукой, припала к нему, как к источнику жизни.
— Господин, поймите, Энтон не виноват, — быстро начала я, комкая ночную сорочку в руках. — У меня заболела голова, и я решила прогуляться по саду и случайно встретила его. Он не виноват, если кому и нужны плети, так это мне, только не выгоняйте, мне нужна эта работа, — к концу я говорила уже совсем тихо.
Граф смотрел на меня, не отрываясь, я поняла, что я на грани, если хоть в чём-то ошибусь — он поймёт, что это спектакль. И что-то мне подсказывало, что он не очень этому обрадуется.
Но я продолжила свою игру, опустила глаза, заставила себя покраснеть, это должно было добить инквизитора. Всё случилось так, как я и предполагала. Он сел рядом со мной и приобнял меня.
— Я не буду тебя наказывать и выгонять тоже не стану.
Я приподняла голову и посмотрела на инквизитора широко распахнутыми глазами, полными надежды и, как я надеюсь, собачьей преданности.
— А Энтон? — тихо спросила я и услышала, как скрипнул зубами мой собеседник.
— Его тоже трогать не буду.
Я улыбнулась самой преданной улыбкой, на какую только была способна.
— У тебя сегодня выходной.
От неожиданности я уронила свой стакан, и вода пролилась на мягкий и очень дорогой ковёр. Подскочила, залепетала извинения. Артур взял меня за руку и отвёл к себе в комнату, когда дверь за ним закрылась, я легла на кровать и улыбнулась. Мой план удался, я избежала последствий, но мне не нравится, что нужно ходить по лезвию ножа.
Не успела я заснуть, как в мою комнату вломилась не кто иная, как Жаклин. Не сказать, что я сильно удивлена, но я думала, она повременит с личным визитом, а нет, решила, чем быстрее, тем лучше.
— Ах ты дрянь! — заорала девушка и кинулась на меня, но не на ту напала. Я быстро скатилась с кровати на пол и закричала что есть мочи. — Я же тебе сказала, даже не смей смотреть в его сторону! — в её руках мелькнули ножницы, и тут я реально испугалась: одно дело, когда тебя за волосы потягают, а совсем другое — когда тебе лицо в лоскуты изрежут.
Я заголосила что есть силы и толкнула девушку ногой в живот. Пока та отходила, я рванула на выход и прямо на пороге врезалась в кого-то. По запаху хвои, что шёл от одежды, я поняла, кто это, и, сильнее прижавшись, зарыдала. Эти слёзы были настоящими, я действительно испугалась.
— Энтон, забери Жаклин и отведи в подвал, пусть там пока посидит, — услышала я отрывистый приказ хозяина дома.