- Нет-нет, все хорошо, - соврала я. - Слушай, я хотела сказать, что увольняюсь. Это не будет для тебя большой проблемой? Сможешь быстро найти мне замену, чтобы я уже не выходила на работу завтра?
- Раз тебе надо, то ничего страшного, - успокоил он. - Не переживай, можешь завтра уже не выходить. Сейчас дам тебе Машу, договоритесь, когда ты сможешь забрать расчет.
Плюс неофициального оформления был в том, что мне не надо было подписывать никаких документов после увольнения и отрабатывать две недели, поэтому в забегаловке больше ноги моей не будет. С Машей я договорилась встретиться на выходных на нейтральной территории, чтобы забрать свои деньги. Нам обоим так было удобнее.
Все, я больше его не увижу! Пусть пихает свой член в кого-то другого!
28 июля
Почти весь день я спала. Меня разбудили бесконечные звонки телефона почти в пять вечера. Ужасно болела голова. Даже не одеваясь, заковыляла на кухню за обезболивающим. Посмотрела на мобильный. Там было несколько десятков пропущенных от Светы и от Д. Видимо, я вызвала переполох, не явившись сегодня на работу. Но мне было плевать. Пусть помучаются, твари оба.
У меня уже так давно не было выходного, что я даже забыла, как убивают время люди, когда им не надо никуда идти. Я убралась в квартире, это всегда отвлекало меня от проблем. Тем более, что уже и не помнила, когда здесь кто-то убирал. А Валюха же не спит, она все видит. Только я о ней подумала, как она действительно пришла. Вспомни, называется. Она принесла мне свежих пирожков с яблоками, и я за это была безмерно благодарна. Заметив, что у меня нет особого желания говорить о политике, да и вообще о чем-либо другом, Валюха пошла искать себе других собеседников.
Я пропылесосила, помыла полы, даже сложила все вещи в шкафу, позвонила домой, а прошло всего три часа. Еще несколько таких дней и я, наверное, одичаю.
Отвыкла от одиночества. Впервые за много дней включила телевизор, уплетая Валюхины пирожки. Перещелкала 120 каналов, но так и не нашла, что посмотреть.
Едва дождавшись темноты, я, наконец, устроилась на балконе с ноутбуком, холодным чаем и сигаретами. После того, как я последний раз смотрела на телефон, он пополнился еще с десятком пропущенных от Д. Неужели он думает, что после знакомства с его женой я еще когда-то буду с ним разговаривать?
Телефон позвонил снова. Я сбросила вызов, после него еще один, и еще один. Когда уже перестала считать, Д. прислал сообщение: «Выйди, пожалуйста, на улицу».
У меня внутри все похолодело и оборвалось. Я осторожно выглянула с балкона. Д. сидел на лавочке у подъезда и курил. В голове пронеслось куча вопросов. Как он меня нашел? Что он здесь делает? Что он от меня хочет? Найти ответы можно было только одним способом, и я набрала его номер.
- Алло, - услышала в трубке почти сразу.
- Что ты там забыл ?, - спросила я его с претензией.
- Ты можешь выйти ?, - страдальчески спросил Д.
- А какой смысл? Что тебе надо?
- Тебя.
Слово, от которого моим телом снова прокатилась волна возбуждения, но я ее проигнорировала. И промолчала.
- Я буду сидеть здесь, пока ты не выйдешь, - продолжал издеваться надо мной он, - даже если придется спать на этой скамейке.
- Иди спать домой, я не выйду, - холодно отрезала я и выключила телефон.
Полчаса, час, два. Д. все так же сидел на той проклятой лавочке. Но я не сдавалась. Наконец, ему же надоест и он уйдет.
- Пожалуйста, уходи, - набрала я его снова. - Зачем ты меня мучаешь?
- Потому что ты мучаешь меня.
Чертов кретин! И когда он успел так глубоко влезть в мою душу? Я даже не заметила, как сильно заигралась. Надо заканчивать эти бессмысленные американские горки, пока не поздно.
Пока спускалась по лестнице, сердце неистово колотилось. Чем ближе я подходила Д., тем сильнее. И я поняла, что уже таки поздно. Я уже в него влюбилась.
Д. сидел неподвижно, уставившись в землю. Заметив меня, он поднял голову, и меня охватил ужас. Разбитая мной губа опухла и посинела, а все его лицо было издерто, словно на него напала стая разъяренных котов.
- Она тебя выгнала?, - спросила дрожащим голосом.
- Я сам ушел. Мне уже в печенках сидят ее истерики.
- Ее можно понять. Она беременна. А ты ей изменяешь.
- Она и до беременности такая была, - сказал Д. - Я потому и начал ей изменять.
Я села рядом с ним, достала сигарету и закурила. Когда я с ним, мне постоянно хочется курить. Будто добить себя, чтобы не было дисбаланса между дерьмовым состоянием души и тела. Пусть лучше все сгниет.
- Зачем ты пришел ?, - задала я ему вопрос, который мучил с тех пор, как увидела, что он здесь. - Хочешь, чтобы я тебя пожалела, бедненького? Иди домой, а то теперь одной разбитой губой не обойдешься. Нельзя сделать женщине ребенка, а затем спрятаться в кусты. Я не буду твоей любовницей.