- Ого !, - удивился Д. - Похоже, я произвел даже большее впечатление на тебя, чем ожидал.
- Или же, - садясь на свое место, спокойно ответила я, - здесь слишком медленные официанты. Я уже устала ждать чего-то холодненького в 40-градусную жару, - и уже мысленно добавила: «Самовлюбленный индюк!».
Ему принесли пиво. Это было подло и не очень своевременно, так как между нами снова повисло страдальческое молчание. Страдальческое, потому что мне надо было говорить. Говорить с ним, чтобы не поддаваться фантазии и желанию, которое все еще отдавалось в моем паху, хотя уже и не так остро.
Я понимала, что вариантов у меня не много: либо я сегодня с ним пересплю и, скорее всего, уже никогда его не увижу, или я ему откажу. Во втором случае, возможно, будет еще одно-два свидания, а потом я сдамся, и все равно больше его не увижу. За то недолгое время, что мы с ним общаемся, не трудно было сделать вывод, что от женщин ему нужен только секс. И чем больше - тем лучше. Причем, как секса, так и женщин.
Д. все так же молчал. Чтобы привлечь его внимание, я вытащила из стакана с коктейлем кусочек льда и начала медленно водить им по шее, потом по части груди, которая виглядывала с майки, при этом громко постанывая. Д. завороженно на меня смотрел.
- Перспектива отвести тебя в туалет кажется мне все более привлекательной, - положив палец на губы, сказал он.
- Ты специально выводишь меня своим молчанием? - спросила я. - Что-то я раньше не замечала за тобой такой застенчивости. Это какая-то игра, что ли?
- Что ли. Зато так сразу видно, насколько шальные у тебя гормоны, - он сиял от удовольствия.
- И как результат?, - немного резко поинтересовалась я. - Я оправдала твои ожидания?
- Вполне, - спокойно ответил он, и я была рада, что на этот раз он по крайней мере не сиял своей идиотской улыбкой на все 32 зуба.
- Отлично!, - воскликнула я. - Жаль, что у меня уже закончилось мохито, потому что на твоем лице вот прямо так и не хватает кусочков мяты!
В каком-то приступе бешенства, я сорвалась с места и выпалила почти на одном дыхании:
- Спасибо за прекрасный вечер. Вычтешь коктейль из моей зарплаты.
Последнее, что кроме его ошалелых феромонов я уловила перед выходом, это его удивленный взгляд.
Он не побежал за мной. Хотя я мало на это рассчитывала после такого провального свидания. И что я себе вообще думала? Вела себя, как ребенок, которому не купили леденец. Теперь, видимо, придется уволиться с работы раньше, чем я планировала. Или вообще уехать из города.
Хоть сквозь землю провались от стыда!
***
С тяжелыми мыслями я медленно добрела домой.
Эту убитую двухкомнатную квартирку в богом забытом и не слишком безопасном районе города я, с тремя своими подругами, арендовала у старой придурковатой бабули, которую мы ласково называли Валюхой. Она сдала нам свою хату со всеми пожитками, и теперь каждый день бродила и все вынюхивала, не устраиваем ли мы, случайно, оргий и шумных вечеринок. Но в действительности это был лишь повод сесть нам на уши и рассказывать занудные истории о двух своих внуках-красавцах. Думаю, она тайно надеялась засватать их кому-то из нас.
Ее ежедневное присутствие в квартире сделало нас с девочками невротичкамы. Каждый свой приход она ознаменововала какими-то новыми глупыми правилами: стиральную машину сами не включайте, потому что сломаете; к стенам не прислоняйтесь, потому что следы останутся; двери в ванную не закрывайте, потому что штукатурка осыпется; книги в серванте не трогайте, потому что это пра-пра-прабабино; трусы сушить на батарее не вешайте, потому что обои натянутся влагой и отвалятся; на подоконниках не сидите - примета плохая, счастья в жизни не будет и т.д. Но в глубине души она была хорошей бабулей. Иногда приносила нам что-то вкусненькое. А еще брала с нас за квартиру мизерные деньги, и за это мы ей все прощали.
Квартира имела две отдельные комнаты, полностью загроможденные мебелью, от чего свободного места практически не было. Я делила комнату с Лерой - маленькой девочкой с большим сердцем. Ей редко кто давал больше 16 лет, хотя она моя ровесница. А все потому, что роста в ней наберется может от силы 160 сантиметров, и то вместе с шапкой. Она такая миниатюрная и красивая, что ее все время хочется обнять. Лера не любит много говорить, и когда на меня перед сном нападает философское бормотание о строении вселенной и смысле жизни, всегда надо мной смеется, но добросовестно слушает, полностью погруженная в какой-то очередной любовный роман, которые она постоянно читает.