- Что ты со мной сделала?, - слишком сладким тоном спросил, наконец, он.
Я молчала, парализовання страхом. Боялась что-то говорить, чтобы не спровоцировать его. Но он бесился от ожидания, и снова повторил свой вопрос, только уже разгневанно:
- Что ты со мной сделала, ведьма?!
У меня в голове промелькнул чуть ли не весь школьный курс ОБЖ и все, что успела изучить с экстремальной психологии. Пыталась вспомнить, как вести себя в таких ситуациях, но ничего толкового не придумала. Там что-то было про собак. Если нападает злая собака, надо смотреть ей в глаза. Хотя Д. не слишком напоминал собаку, но я надеялась, что смогу как-то убежать, если не делать резких движений и не показывать ему, что боюсь. Надо только заговорить его.
- Я ничего не делала с тобой, - овладев собой, с радостью осознала, что от страха не разучилась говорить. - Не понимаю, что ты имеешь в виду.
- Все ты прекрасно понимаешь!, - начал кричать он. - Я дурею от тебя! Не могу нормально думать, потому что в голове постоянно только ты! Ты специально это делаешь?! Признайся, что ты специально доводишь меня до бешенства!
- Нет, не специально, - начала медленно подниматься с пола, но он заметил, что я хочу уйти, резко поднялся и схватил меня за горло.
- Не понимаю, что в тебе такого особенного, - говорил он почти мне на ухо, сжимая хватку на моей шее все сильнее, от чего становилось все труднее дышать, но от паники я не могла пошевелиться. - Еще никто не вызывал во мне столько желаний одновременно! Черт побери, как же сильно я тебя хочу!
Он убрал руку от моей шеи и начал страстно меня целовать. Я все еще не могла двигаться, но даже несмотря на это почувствовала невероятное возбуждение. Но я не хотела, чтобы все было так. Только не так! Надо дать ему отпор, надо чтобы он пришел в себя. Собрав всю свою силу воли, я отвернулась и толкнула его.
- Сука!, - отчаянно завопил он и залепил мне такую оплеуху, что я упала, не удержав равновесия.
В ушах угрожающе зазвенело. Я не могла встать, лежала на животе, переводя дыхание, ошарашена и шокирована тем, что он только что сделал. Он меня ударил. И мир перевернулся.
Я практически ничего не слышала, но знала, что он собирается сделать, и уже не сопротивлялась. Почувствовала, как он стянул с меня трусики, и резко у меня вошел. Мне не было больно. Несмотря на осознание того, что он сейчас под кайфом, и трахается со мной без моего согласия, я чувствовала возбуждение. Кусала и сжимала губы, изо всех сил, чтобы только не застонать.
Толчок, еще один, и еще один, и еще ... И я почувствовала такой бешеный оргазм, что не сдержалась и закричала. Покусанные губы онемели от напряжения. Д. кончил почти одновременно со мной и сел на пол, переводя дыхание, а я так и лежала лицом вниз, чтобы он не заметил, как я плачу.
Хотела только лежать так вечно и умереть прямо здесь, в эту же минуту. Просто титаническим усилиям заставила себя встать, потому что от оргазма тело все еще дергалось. Д. сидел неподвижно, уставившись в меня шокированным взглядом. Вероятно, заметил, что я плачу, и потянул ко мне руку, но я отшатнулась.
- Не прикасайся ко мне!, - гневно прошипела на него, уже не сдерживая истерических всхлипов.
Я не стала ждать, пока он что-то ответит. Подорвалась с пола, как ошпаренная, схватила свои вещи и выбежала из квартиры. Я еще долго бежала без оглядки, босиком по холодному асфальту. Разодрала чулки в хлам, но боялась даже на секунду остановиться, чтобы обуться. Тем более даже не представляла, как буду бежать на каблуках. Боялась, что он бежит за мной.
Когда, наконец, почувствовала себя в безопасности, плюхнулась на какую-то лавочку в каком-то незнакомом мне дворе и дрожащими руками натянула куртку, хотя очень сомневалась, что дрожу именно от холода.
Я еще плакала, переваривая все, что произошло в его квартире. Он меня изнасиловал. Но хуже всего было то, что мне это понравилось. Я должна была биться и кричать в предсмертных конвульсиях от боли, а взамен испытала оргазм.
Немного успокоившись, подожгла дрожащими руками сигарету. Щека все еще горела от пощечины, а нижняя губа горела, искусанная до крови. Мне было стыдно, хотя я и понимала, что это была просто реакция организма, который уже четыре месяца подряд доводят до предела.
Но больше всего меня поразило то, что несмотря на всю его сегодняшнюю жестокость, я не чувствовала себя униженной. И осознала наконец так ясно, будто знала всю жизнь, что люблю его.