— Для тебя берег, — хмыкнул парень.
— Какая честь. Знаешь, я с удовольствием отплачу тебе тем же, — встав, Аня отвесила ему поклон и направилась к стеллажам с учебниками. «Черт, где же это…», — сканируя взглядом полки, бормотала Аня. Она искала какой-нибудь учебник по алгебре за 10 класс, надеясь хоть там найти что-нибудь полезное. Увидев, наконец, свою цель, девушка удрученно вздохнула: книжка покоилась чуть ли не на верхней полке. Руками ее достать было совершенно невозможно, поэтому Аня решила осторожно забраться на нижнюю полку стеллажа, чтобы хоть как-то дотянуться до вожделенного объекта. Девушка уже готова была поставить ногу на полку, как вдруг почувствовала у себя на талии чьи-то руки.
— С ума сошла? — риторически поинтересовался Дима, спуская брюнетку на пол и без особых проблем снимая с полки книгу. — Могла бы просто попросить, раз не хватило ума взять табуретку.
— Мне не нужна твоя помощь, — отрезала Аня, пытаясь забрать учебник у парня, который держал его слишком крепко одной рукой. Другая его рука до сих пор находилась у девушки на талии.
— Как оказалось, нужна, — невозмутимо ответил Дима, не принимая во внимание ее попытки забрать учебник.
— Убери руку, — процедила Аня сквозь зубы.
— Не то что? — склонившись, прошептал он девушке на ухо. Бросив учебник на стол, освобождая тем самым вторую руку, Дима поднес ее к лицу Ани и провел большим пальцем по скуле. Девушка молча следила за его действиями, дыша чаще, чем обычно. Дима, заправив за ухо выбившуюся из хвоста прядь каштановых волос, слегка приподнял лицо Ани. Прищурившись, он внимательно на нее посмотрел, изучая нос, глаза, губы. Затем мягко коснулся губ девушки своими, перемещая вторую руку ей на талию и притягивая ближе к себе, почти вплотную. Аня невольно подчинялась его действиям, не контролируя свое тело и разум. Вот уже ее руки лежат на его руках, плечах. Вот он целует ее более настойчиво, более проникновенно и своенравно. Когда Ане, наконец, удается разорвать контакт, она прижимается щекой к его щеке и шепчет на ухо: «Вообще-то, мы в библиотеке…» Так же шепотом он отвечает ей: «Я знаю». Затем парень ослабляет хватку, выпуская девушку из своих объятий.
— Прости. Этого больше не повторится.
— Я знаю.
Strange how
you control my every little move now;
Hanging from your strings is all I know,
starring in your puppet show.
Never let me go… *
Комментарий к Глава 10. Работа над ошибками.
* Koop — Strange Love
========== Глава 11. Music of my soul. ==========
Музыка — единственный всемирный язык,
его не надо переводить, на нем душа говорит с душою.
(Бертольд Авербах)
Что от страсти к тебе я, страдая, вкусил?
Днем и ночью я боль и несчастье сносил,
Мое сердце в крови, и душа исстрадалась,
И глаза мои влажны, а сам я — без сил.
(Омар Хайям)
— Напоминаю вам, что до конца урока осталось двадцать минут.
Татьяна Викторовна ходила между рядами, заглядывая в тетрадь чуть ли не к каждому. Вот она остановилась возле парты, за которой сидел Петя Синицын, известный «знаток» немецкого. Обухова склонилась над его записями и через секунду нахмурилась так, что очки чуть не слетели с переносицы. Покачав головой и фыркнув, преподавательница оставила бедного парня в покое и продолжила совершать обход. Синицын вцепился пальцами в рыжие волосы, вырвал из тетради полностью исписанный формулами и цифрами листок и лихорадочно принялся переписывать все заново.
Сидевшая рядом с ним Марго шумно вздохнула и, поставив локоть на парту, подперла ладонью щеку, что-то нехотя царапая карандашом. Вероятно, девушка думала, что сесть с Петей была не самая лучшая идея, ведь в математике он понимал ровно столько же, сколько и в немецком.
Леша сидел, облокотившись на спинку стула и вытянув ноги под партой. Сложив руки на груди, парень мечтательно уставился на доску, похоже, даже не думая о том, чтобы написать хоть что-то. Светловолосый Игорь рядом с ним что-то строчил с безумным видом, изредка толкая друга в бок, когда тот наваливался на него. Света и Софи, севшие сегодня вместе, о чем-то тихо переговаривались. Удивительно, что Обухова этого до сих пор не заметила — или сделала вид, что не заметила. Буквально пять минут назад она выгнала из кабинета двоих ребят, заочно поставив им «двойки», за болтовню.
Аня, оглядев класс, опустила взгляд в тетрадь. Из 7 заданий она кое-как сделала 3, и не факт, что правильно. Но пытаться сделать что-то еще просто выходило за рамки ее возможностей, поэтому девушка не нашла более интересного занятия, чем наблюдать за одноклассниками, большинство из которых трудились над тестом в поте лица. Сидящий рядом с брюнеткой Дима спокойно заполнял клеточки тетрадного листа цифрами и буквами, иногда бросая взгляд на наручные часы.
Вчера вечером Ане так и не удалось подготовиться. И причиной этому послужил ее сегодняшний сосед по парте. После неудачной попытки найти учебник для 10 класса, которая обернулась внеплановым поцелуем, девушка вынуждена была уйти из библиотеки как можно скорее.
— До конца урока пятнадцать минут! — громогласно возвестила Обухова, внезапно оказавшись прямо возле Аниной парты. Бросив взгляд в тетрадь Димы, Татьяна Викторовна удовлетворительно кивнула головой и даже изобразила подобие улыбки, затем подошла к Кате Ивановой, которая подняла руку, подзывая преподавательницу к себе.
— Дай мне свою тетрадь. Быстро, — прошипел Дима, наблюдая за Обуховой, которая сейчас как раз стояла спиной к ним.
— Что? — не поняла Аня. — Зачем?
— Просто дай мне свою тетрадь, — процедил парень сквозь зубы и быстрым движением забрал у удивленной девушки ее тетрадь, отдавая взамен свою. Вовремя — в следующий миг Обухова повернулась и ястребиным взглядом обвела класс. Убедившись, что порядок никто не нарушает, учительница вернулась обратно к Кате, что-то шепотом ей втолковывая.
Аня покосилась на соседа, который уже некоторое время заполнял ее тетрадь, решая ее примеры.
— Что ты делаешь? — удостоверившись, что Обухова по-прежнему стоит спиной к ним, спросила девушка.
— Не знал, что у тебя плохое зрение.
— Теперь знаешь, — огрызнулась брюнетка. — Я серьезно. Зачем это?
— Может, хочешь решить сама? Я вижу, у тебя хорошо получается, — фыркнул Дима, указывая взглядом на зачеркнутые строчки выше.
— Я бы обошлась и без твоей помощи.
— Никто не спорит, — снисходительным тоном ответил парень, продолжая вычислять производную. — Но я чувствую себя виноватым.
— За что же, интересно?
— Из-за меня ты вчера так ничего и не сделала, — ухмыльнулся парень.
— Не льсти себе, — фыркнула Аня, краем глаза наблюдая за преподавательницей, которая уже успела отойти от Кати и теперь зачем-то принялась переставлять цветы с подоконника к себе на стол. — У меня были другие дела.
— Какие, не скажешь? — Дима откровенно веселился.
— И не подумаю.
— Время вышло! Прошу сдать ваши тетради, — провозгласила Обухова более торжественно, чем следовало бы. В ответ на ее реплику класс лихорадочно начал царапать ручками по бумаге, а некоторые нервно выдохнули. Софи, как обычно, первая сдала работу и уже ждала друзей на выходе. Леша проследовал за ней, затем подтянулись Света с Игорем. Последний вопросительно покосился на Аню. Девушка молча показала ему два пальца, сообщая, что подойдет через пару минут.
— Я закончил, — тихо сказал Дима, меняясь тетрадями обратно. — Можешь не благодарить.
— Я и не собиралась, — пожала плечами Аня. — В конце концов, ты же признал себя виноватым.
— Так, все-таки, я виноват? — прищурился парень, улыбаясь уголками губ.
— Да ну тебя, — фыркнула девушка, протискиваясь между Димой и стулом. Сдав работу, Аня поспешила к друзьям, которые над чем-то смеялись возле кабинета. Проходя на обратном пути мимо парня, брюнетка воспылала желанием стереть с его лица эту дурацкую ухмылку.
***
— Теперь делаем двадцать приседаний. Девочки — тридцать. Вольф, не сачкуем! — физрук свистнул прямо в ухо девушке, отчего та поморщилась.
— Есть, Олег Юрьевич, — с неприязнью ответила та. Уроки физкультуры были, пожалуй, самыми нелюбимыми. Мало того, что девочкам вообще пощады не было, так еще каждый раз приходилось терпеть шутки и подколы со стороны Степанова. Особенно часто эти шуточки отпускались в сторону Ани, которую после того первого урока физрук особенно невзлюбил.