Девушка уже отвернулась от него и направилась было в библиотеку, как вдруг услышала тихий голос парня, разрывающий тишину напополам.
— Я запомню наш танец.
Аня не смогла сдержать улыбки.
***
Вернувшись в библиотеку и подходя к своему столу в углу зала, девушка отметила про себя, что Дима выглядит спокойным. Слегка приободрившись, Аня села с ним рядом и неспешно открыла тетради, собираясь с духом, чтобы напомнить парню о первоначальной цели визита сюда. Но не успела девушка открыть рот…
— Никогда так больше не делай, — голос Димы был будто насквозь пропитан ядом, который, казалось, так и норовит отравить любого, попавшего в зону поражения.
— Ты о чем? — недоуменно переспросила Аня.
— Если я сказал что-то не делать, значит, так и должно случиться. Я не люблю, когда меня не слушают, — тон голоса не изменился, но напряженная челюсть и сжатые в кулаки руки выдавали истинное настроение говорившего.
— А я не люблю, когда мной командуют. И ты это знаешь. Тогда почему каждый раз наступаешь на одни и те же грабли?
— Ты не любишь, когда тобой командуют? — усмехнулся парень. — Да ты только и ждешь того, кто скажет тебе, что делать. Ты ведь сама ничего не можешь.
— Я прекрасно обходилась и без твоих советов, — огрызнулась Аня. Опять между ними начал завязываться конфликт. А так все хорошо начиналось…
— Ну и позволь узнать, о чем вы с ним говорили? — переменил тему парень. — Надеюсь, ты хотя бы на этот раз поступила по-умному и послала его куда подальше?
«Да. Да. Да. Скажи „да“, Аня. Не начинай войну снова».
— Вообще-то, я его простила.
Пластмассовая ручка полетела на пол. Колпачок разбился на несколько частей; корпус раскололся пополам, оттуда вылетели стержень и пружинка. Чертова китайская подделка.
— Повтори.
Ох уж этот провокационно-спокойный тон… Из Димы бы получился хороший актер.
— Ты слышал, что я сказала. Я простила его, — повторила Аня, пытаясь выдать свой голос за такой же спокойный. Ничего не вышло — связки предательски дрожали, а гланды будто перекрывали горло, не давая доступ кислороду.
Дима сидел, не двигаясь, напряженно всматриваясь в каракули, нацарапанные неуверенной рукой шестиклассника на старом деревянном столе. Аня ждала бури, как милости Божьей. Пусть, пусть он на нее накричит. Прямо здесь, прямо сейчас. Плевать на остальных. Пусть он ее пошлет, обматерит, да что угодно — лишь бы не сидел так.
— Я переломаю ему все кости, — прохрипел Дима, упираясь руками в стол и отодвигая задней частью ног несчастный стул, звучно скрипящий по полу.
— Перестань, — Аня в ужасе вцепилась ему в руку, взглядом умоляя остаться на месте. — Дим, сядь. Пожалуйста. Он этого не стоит.
— Ты права. Ему этого мало будет, — процедил брюнет сквозь зубы. На лбу у него выступили капельки пота, но он, казалось, не замечал этого. — Отпусти. Рано или поздно это должно было случиться. У меня с ним давние счеты. Он ответит за все.
— Ты ничего этим не добьешься! — воскликнула Аня, преграждая ему путь. В их сторону уже давно были направлены заинтересованные взгляды, но девушку это больше не волновало. — У тебя уже есть все. У тебя есть я, — прошептала девушка. Дима посмотрел на нее. — Я стою сейчас здесь, в библиотеке. В воскресенье. С тобой. Что тебе еще нужно? — она дотронулась до его руки в надежде, что еще может все исправить. Дима изучал ее пустым взглядом.
— Прости, но мир не вертится вокруг тебя, — никак не отреагировав на ее прикосновение, парень развернулся и вылетел из читального зала.
Аня обессилено опустилась на стул, сгорбив спину, и провела рукой по горячему лбу.
— Что я наделала…
***
Решив, что сидеть вот так и ничего не предпринимать — бесполезная трата времени, девушка отправилась на поиски парня. Им нужно было поговорить, уже давно нужно было. Вряд ли он сейчас захочет ее слушать, но Аня просто обязана была попытаться.
Показав на выходе читательский билет, девушка покинула читальный зал и прошлась по коридорам первого этажа, заглянув во все свободные кабинеты. Его нигде не было, и брюнетка не представляла, куда Дима мог отправиться в таком состоянии.
— Frau Wolf, подождите, — к девушке спешил Герман Шварц, на ходу поправляя пиджак. Аня обернулась, кротко кивнув учителю в качестве приветствия. — Вы не могли бы зайти в мой кабинет? На пару слов.
— Это очень срочно?
— Думаю, да. Прошу Вас, — немец учтиво открыл дверь аудитории, пропуская девушку внутрь. Ане ничего не оставалось, кроме как послушаться.
Шварц проследовал к учительскому столу, кивнув девушке на свободный стул прямо перед ним. Расположившись на своем месте, Герман начал перебирать какие-то папки.
— Это по поводу контрольной? Я в чем-то ошиблась? — поинтересовалась Аня, опускаясь на край стула. На прошлой неделе они писали большую работу, последнюю серьезную контрольную перед аттестацией. Брюнетка была уверена, что сделала правильно практически все, потому что до этого всю ночь провела за учебниками и конспектами.
Немец поднял на девушку темно-серые глаза, на секунду нахмурившись. Затем его лицо приобрело более расслабленный вид, будто он наконец что-то вспомнил, и его губы тронула тень улыбки.
— Нет, Frau Wolf. Ваша работа — одна из лучших в классе. Речь не об этом.
Учитель порылся в папке, выудив оттуда пожелтевший лист плотной бумаги, и положил его перед Аней. Это оказалась черно-белая фотография, на которой были изображены двое мужчин в форменных костюмах с эмблемой. Их можно было бы даже принять за братьев, если бы не пепельно-белые волосы одного и иссиня-черные другого. Мужчины стояли, положив руки на плечи друг друга. Улыбались. У одного из них (со светлыми волосами) на груди красовались какие-то награды. В углу фото черной ручкой была написана дата — 1986 год. Девушка удивленно посмотрела на Шварца, чье лицо вновь выглядело напряженно-задумчивым.
— Как ты думаешь, кто эти люди? — немец внезапно перешел на «ты», хотя, насколько Аня знала, он не позволял себе таких вольностей ни с одним из учеников.
— Наверное, один из них — Вы? — предположила брюнетка, внезапно угадав в светловолосом черты лица учителя. Тот удовлетворенно кивнул. — Кто второй, я не знаю, — пожала плечами Аня.
Шварц настолько долго и внимательно изучал лицо студентки, что ей стало неловко, и она поспешила отвести глаза. Суть происходящего ей была непонятна, однако девушка с каким-то особым торжеством ждала слов Германа, подсознательно чувствуя, что не просто так он все это затеял. И интуиция не подвела Аню.
— Рядом со мной стоит человек, который одно время был моим лучшим другом. Его имя — Павел Вольф.
***
Аня ошарашено вскинула голову и уставилась на учителя. Не может быть. Она не ослышалась.?
— Так получилось, Аня, что я знаю — знал — твоих родителей, — следующая фраза Шварца развеяла все сомнения. Девушка впала в ступор. По хребту прошел холодок, вызвав мурашки.
— Ты удивлена, я понимаю. И я также пойму, если ты захочешь сейчас уйти и обдумать все это. Но если ты готова слушать, я могу все рассказать. С самого начала.
Аня молчала, опустив глаза на свои руки. Пальцами левой она отдирала кожу с уже кровоточащего большого пальца правой. Дурацкая привычка. Девушка думала, что уже избавилась от нее, однако слова немца вернули ее к старым порокам. Хочет ли она услышать, что он скажет? Сможет ли она пережить все это снова? Воспоминания внезапно зароились в голове, словно пчелы в улье. Аня поняла, что ничего практически не знает о молодости родителей, об их жизни в Германии, студенчестве. А это был реальный шанс.
— Я Вас слушаю, — выдавила, наконец, она.
— Gut, — Шварц кивнул. — Не знаю толком, с чего начать, так что не обессудь, если рассказ получится слишком сумбурным. Если захочешь, чтобы я остановился — скажи. Или просто подними руку. Договорились?
Кивок.
— Итак. Догадываться обо всем я начал где-то через месяц после нашего знакомства. Мне изначально больно знакомыми показались черты твоего лица. Ты — просто копия отца, тебе говорили? Да еще и фамилия эта… Но я не придал этому особого значения, списав все на усталость.