— Это глупо.
— Неужели ты думала, что при открывшихся обстоятельствах я оставлю тебя одну? Ты плохо меня знаешь, Вольф.
— Все равно я остаюсь здесь. Ничего не случится.
— Не случится, если я буду рядом.
— Я не нуждаюсь в твоей опеке, — огрызнулась девушка.
— Врешь, — отрезал Дима.
— Нет.
— Тогда посмотри мне в глаза и скажи то же самое. Скажи, что я тебе не нужен. И я уеду.
Аня нервно сглотнула и нехотя подняла глаза, которыми до этого сверлила стену. Дима выжидающе смотрел на нее, и все его существо говорило о том, что он знает, что ответит девушка. Он лишь самодовольно ухмылялся, наблюдая за попытками Ани обмануть его и себя, которые пока не увенчались успехом. Брюнетка знала, что не сможет сказать. Гораздо легче врать, когда никто не смотрит на тебя вот так. Так, как мог смотреть только он, и он был единственным, кому она это позволяла безнаказанно. Девушка обреченно вздохнула, в очередной раз осознавая свою беспомощность, и опустила голову, принимая поражение в этой негласной войне.
Дима настойчиво приподнял голову девушки за подбородок, буквально заставляя смотреть ему в глаза.
— Я тоже соврал, — тихо сказал он. — Я бы не уехал, даже если бы ты послала меня ко всем чертям. Ты нужна мне. Сейчас и всегда.
— Почему? Я не понимаю.
— Я тоже. Но, черт возьми, если бы ты уехала…
— Не уеду, — перебила его Аня, подходя вплотную. — Теперь точно нет, — тихо прошептала она, кладя ладони ему на плечи и слегка касаясь губами кожи.
***
К концу декабря завершились, наконец, все аттестации. К счастью, досрочно никого в этом году не отчислили, что не преминул отметить директор на завершающем всеобщем собрании в актовом зале в пятницу, 28 декабря. Это официально был последний день учебы перед каникулами, и некоторые ученики уже сегодня уезжали домой, получив свои полугодовые табели. Аня, неимоверно довольная собой, гордо любовалась на оценку «5» напротив истории. Ночи подготовки явно не прошли даром, и теперь девушка с чистой совестью могла устроить себе заслуженный отпуск. Хотя отпуском ее предстоящие каникулы можно было назвать чисто номинально — все равно из пансиона она никуда не уедет, а отдохнуть в должной мере здесь едва ли получится. Но друзья преподнесли ей неожиданный подарок — все без исключения решили на каникулы остаться в школе и сдали билеты. Удивило девушку то, что идею эту предложил не кто иной, как Леша, который больше всех хотел поехать в Австрию и первое время даже не разговаривал с Аней из-за того, что она отказалась, а Диме вообще объявил бойкот (хотя последний не особо переживал по поводу этого). Данный поступок очень растрогал Аню, которая и представить не могла, что ребята пойдут на это, мотивировав тем, что без них с Димой «их компания будет неполноценной», а Леша лично пообещал устроить всем незабываемые каникулы.
Ученики пансиона потихоньку разъезжались, и общая гостиная постепенно пустела все больше. Но были и те, кто, как и друзья, оставались до следующего семестра в пансионе. В основном это были ученики младших классов, родители которых работали, а одни они уехать никуда не могли; но была парочка человек и из девятых-десятых классов. Одноклассники Ани уже почти все уехали, а те, кто еще был в пансионе, сейчас лихорадочно собирали вещи, дожидаясь родителей. Девушка с удовольствием наблюдала за этой предновогодней суматохой и суетой, стараясь не думать о том, что это будет первый Новый год, который она встречает не дома. Тут в голову девушке прилетел бумажный самолетик, больно ударив по затылку «носом». Аня недовольно обернулась.
— Прости, Вольф, — прогрохотал Леша, появляясь сзади и выхватывая из рук девушки слегка мятый самолет, опасаясь, что та может его выкинуть. — Не рассчитал.
— Удивительно, как у тебя вышла «5» по физике, — проворчала брюнетка.
— Ты перестанешь удивляться, когда посмотришь на стену, возле которой стоит моя парта, — заржал парень в ответ. — Кстати, надо бы там все стереть, а то мало ли… — он задумчиво почесал голову.
— Чего и стоило ожидать, — закатила глаза Аня. — Почему тогда у тебя 3 по математике?
— Так там стены рядом не было, — пожал плечами Леша.
— Безобразие, — заключила девушка, и Леша громогласно рассмеялся.
— Ну ты прикинь! Мы им, значит, деньги платим, а они стену лишнюю построить не могут… — запричитал парень и, махнув рукой, отправился устранять улики.
Аня невольно усмехнулась и вернулась было к книге, которую читала до этого, как вдруг ей в голову опять что-то попало.
— Крымов, я сейчас лишу тебя доступа к бумаге, — воскликнула девушка, оборачиваясь. Сзади никого не было. Аня удивленно поморгала и, пожав плечами, вернулась в исходное положение. На диване рядом с собой девушка увидела скомканный листок бумаги. Это оказалась записка, адресованная ей.
«Аня, нам нужно поговорить. Приходи ко мне в комнату, как только сможешь. И не говори никому об этом. Это очень важно. Саша»
Девушка перечитала записку еще раз. Почерк, действительно, был похож на Сашин. Но с чего бы ему писать ей подобного рода сообщение? Почему бы не отправить СМС? И что за конспирация? Так и не придумав ответы на эти вопросы, Аня решила задать их напрямую автору таинственной записки, а потому, повинуясь указаниям Саши, направилась в его комнату.
Два раза постучав и дождавшись приглушенного «Войдите», Аня осторожно отворила дверь. Саша стоял спиной к ней, упершись руками в стол и слегка согнув корпус. Девушка подошла к нему и легко дотронулась до плеча парня.
— Ты быстро, — заметил он.
— Да. Ты меня заинтриговал. О чем ты хотел поговорить? И к чему такая срочность?
— Я уезжаю, — ответил парень. И Аня только сейчас заметила, что все его вещи собраны в две большие сумки, которые сейчас стояли возле кровати.
— Сегодня? Ну что же, хороших каникул тебе. Но зачем…
— Ты не поняла, — перебил девушку Саша, повернувшись, наконец, к ней лицом. — Я уезжаю навсегда.
— То есть, ты…
— Да. Я не вернусь сюда в следующем году.
— Почему так? — Аня удивленно подняла глаза на парня. — Что случилось?
— Я не могу сюда вернуться, — сдавленно проговорил Саша, смотря сквозь девушку. — Но это не важно, черт.
— Саш… — брюнетка осторожно дотронулась до его руки. — Скажи, что случилось. Я же вижу, что что-то не так. Расскажи мне. Пожалуйста.
Парень отдернул руку, как ошпаренный.
— Нет. Я не могу. Ты не должна знать… Не сейчас.
— Я хочу тебе помочь.
— Ты не можешь. И никто не сможет.
— Неужели я не могу сделать хоть что-нибудь? — с легким отчаянием в голосе спросила Аня.
Саша некоторое время задумчиво смотрел на нее, затем его глаза потемнели.
— Можешь, вообще-то.
Он за талию притянул девушку к себе и коснулся губами ее губ. Его поцелуи были настойчивыми, отчаянными, жадными. Он будто боялся, что сейчас все закончится, а потому старался взять сполна. Аня не сопротивлялась. Если это то, что ему было нужно, и если это единственное, что она может сделать для него…
Рука парня переместилась на грудь девушки, намереваясь расстегнуть пуговицы на рубашке. Аня разорвала контакт и накрыла своей ладонью его пальцы, которые уже успели расправиться с первой петлей.
— Не надо. Это лишнее, — покачала головой девушка, смотря Саше прямо в глаза. Тот зажмурился и отстранился от брюнетки.
— Прости. Прости, — Саша провел рукой по лицу. — Я опять наступаю на те же грабли.
— Не извиняйся. Я все понимаю.
Наступила тишина, так и норовящая разорвать барабанные перепонки.
— Куда ты едешь? — спросила наконец Аня.
— Я не могу тебе сказать.
— Но мы же еще увидимся?
— Нет, — после минутной паузы ответил Саша. — Подожди, у меня есть кое-что для тебя, — он порылся в сумке, извлекая оттуда небольшую прямоугольную коробочку.
— Что это?
— Прощальный подарок. Только прошу, открой после Нового года. Это важно. Обещаешь?
— Клянусь, — кивнула Аня. — А у меня для тебя ничего нет…
— Ты уже дала мне все, что нужно.
— Саш… — девушка с надеждой посмотрела на него, — может, передумаешь? Ну зачем тебе уезжать?