— Да что, чёрт возьми, происходит? Кто ты? Чего тебе надо?! — прокричал я.
Ответом была очередная попытка вломиться внутрь, но безрезультатно. Кто бы ни сколотил эту дверь, он, безусловно, руководствовался правилом: «строй на все времена».
— Какие мысли? — обратился я к Левзее.
— Не знаю. Здесь не так много места для битвы, если эта тварь ворвётся, скорее всего, она быстро с нами расправится. У тебя есть ещё что-нибудь кроме каменной волны?
— Каменных Шипов, — поправил я её, — нет, увы, больше фолиантов не попадалось.
— Тихо, — прошептала она.
Снаружи донеслись отдалённо знакомые звуки. Я попытался вспомнить, где и когда их слышал. Не то, не то, точно! Такой же звук был, когда Колин бульдог пытался копать керамическую плитку на кухне, царапая её когтями, в желании спрятать недоеденную сосиску.
— Он пытается вскарабкаться по стене! — осенило меня. — Бегом наверх, надо ему помешать!
Мы молнией метнулись на второй этаж по изрядно намокшей лестнице. Лишь чудом я удержался и не грохнулся головой об каменный пол, как только моя нога поехала по мокрой деревянной ступеньке. Непроглядный мрак. Достал фонарь и начал светить по сторонам.
— Видишь его? — спросил я.
— Нет.
Карабканья послышались с тыльной стороны башни. Я моментально подбежал и посветил фонарём, давая лучнице возможность видеть свою цель и атаковать, но никого не было. Затем звуки послышались с другой стороны. Мы перебежали туда, но и там никого не обнаружили.
— Он слишком быстр. Мы не успеваем.
— И что ты предлагаешь?
— Не знаю.
Я прошёлся по кругу, освещая все места, где неведомый враг пытался взобраться. Следы от его когтей, едва ли добирались до четырёх метров, что составляло максимум половину высоты разрушенной башни. И если стены первого этажа были выстроены из неровного и плохо обработанного булыжника, то при строительстве второго яруса использовался более гладкий и аккуратный камень.
— Стены мокрые, да ещё и поросшие мхом. Эта тварь не сможет по ним взобраться. Слишком скользко. Иначе давно бы уже пировала нами, — огласил я свои выводы.
— Надеюсь, ты прав, — немного успокоившись, произнесла Левзея.
— Пойдём вниз, надо обсохнуть и лучше укрепить дверь. Это единственное уязвимое место в башне.
— Хорошо, идём.
Монстр ещё около часа не оставлял попыток попасть внутрь. Выходя из себя от неудачных попыток залезть по стене, он то и дело вопил во всё горло. Страх, который он произвёл изначально, постепенно отступал. Я забаррикадировал дверь всем, чем только можно. Даже сковороду умудрился пристроить. Пришлось разобрать несколько ступенек лестницы, так как все брёвна и поленья ушли на укрепление двери, а поддерживать костёр — надо. Теперь я понимал, почему в башне отсутствовала какая-либо мебель.
Признаки незваного ночного гостя больше не проявлялись. Никто не карабкался по стенам и не ломился через парадный вход.
«Боги, дайте здоровья тому, кто смастерил эту дверь! Если бы не он…» — подумал я, подходя к очагу.
— Ты чего? — спросила Левзея, глядя, как я опустился на спальник и прилёг.
— Что значит чего? Собираюсь спать. Монстр затих, видимо, устал, а всё, что было в наших силах — мы сделали.
— А если он всё же проникнет внутрь?
— А вот если он проникнет, то, учитывая его скорость, у нас нет против него никаких шансов. Так почему мы должны в таком случае жертвовать сном?
— Хм, может, ты и прав.
Она поправила свою постель и, присев, обняла подошедшего Каску.
— Испугался, мой милый? Ничего, я рядышком, тебя больше никто не напугает. Ты самый сильный, самый храбрый.
— Левзея, — негромко произнёс я, отвернувшись от лучницы на другой бок.
— Что?
— Нормальная реакция, когда тебе дарят цветы, это принять их и поблагодарить, а не корчить рожу и ругаться.
Лучница замолчала и ничего не ответила, но я прям чувствовал нависшее эмоциональное напряжение. Даже представил её гневную гримасу от услышанного. На моём лице мелькнула блаженная улыбка и я прикрыл глаза.
Левзея проснулась раньше меня, о чём свидетельствовала утренняя возня, заслышав которую больше не мог спокойно дремать.
— Проснулся?
— Скорее разбудили, — приподнимаясь и протирая глаза, ответил я.
— Я проверила округу со второго этажа. Вроде бы никого.
— Вроде бы?
— Чтобы ответить уверенно, надо провести разведку. Каска успокоился, ведёт себя спокойно, значит, недруга поблизости нет.
— Если ты помнишь, вчера его тоже не было.
— Вчера шёл дождь, он мог смыть все запахи и следы.
— Ладно, сейчас перекусим и подумаем, как быть дальше.
Бурдюк не подвёл, вода за ночь восполнилась по самый край. Приготовив чай с печеньем, подошёл к баррикаде и начал постепенно её разбирать. Когда закончил, подошёл к уминающей печенье лучнице.
— Значит, смотри, как мы поступим. Ты заберёшься на второй этаж и займёшь удобную позицию для стрельбы из лука, а я с Каской выйду через дверь. Если всё будет тихо, то можешь спускаться, если нет, то навяжем бой.
— Поняла, — кое-как ответила Левзея, засовывая крайний птифур себе в рот, не прожевав предыдущий.
Выбив последнее полено, я крикнул Левзее:
— Как обстановка?
— Никого нет.
Открыв дверь, мы с Каской осторожно вышли наружу. Ничего, кроме пасмурной погоды, в глаза не бросалось.
— Видишь кого-нибудь?
— Нет, — ответила Левзея, — в ближайших трёхстах шагах никого нет.
— Ясно, тогда спускайся, внизу тоже никого.
Через минуту мы с лучницей осматривали следы когтей и лап, оставленные ночным гостем у двери.
— Ну и что это за зверь?
— А мне почём знать? Ты же будущая охотница, вот и скажи.
— Вообще-то, я только собираюсь ей стать, и если ты помнишь, то раньше занималась совершенно другим ремеслом и не хвасталась познаниями о населяющих здешнюю местность монстрах, в отличие от некоторых.
— Что это значит? По-твоему, я должен знать всех врагов в округе? Ничего, что я в этом мире всего двадцать дней?
— Да, но ты же всё это время был рядом с Бреоксой, мог бы и изучить местность.
— Какая же ты…
— Какая?! — перебила она, укоризненно смотря в мои глаза.
— Слушай, — произнёс еле сдерживаясь, — давай прекратим ссориться и покинем это место. Не хватало, чтобы нас услышала та тварь.
— Хорошо, я согласна.
Да что с ней не так? Иногда я совсем не понимал, что творится в голове у Левзеи. Сначала она нормальная, а потом раз и злая как мегера. Неужели все девушки Авриет такие взбалмошные? Ответа я не знал.
Продолжив путь к Кряжистому утёсу, мы наткнулись на следы крови, приведшие нас к месту побоища. Мёртвые, распотрошённые животные валялись то тут, то там. Причём убийца не намеривался использовать их как пищу, а просто издевался над трупами. Каким-то он оторвал конечности, а другим вспорол брюхо когтями, высвободив внутренности наружу. Я прикрыл нос, чтобы меня не стошнило.
— Судя по всему, здесь было то же существо, что и у башни. Дальше оно ушло в ту сторону, — Левзея посмотрела налево, где на горизонте виднелся лиственный лес.
— Только не говори, что нам тоже туда.
— Нет, нам в другую сторону.
— Слава богу, а то после такой жуткой картины, мне совершенно не хочется узнавать, кто это был.
— Мне тоже. Идём, пока оно не решило вернуться.
Спустя несколько часов пути зелёные луга сменились на засушливые степи. Левзея остановилась и сверилась с картой.
— Давай передохнём чутка. Я всё никак не привыкну к таким долгим переходам, — недовольно простонал я.
— Хорошо, я не против.
Я присел на небольшой камень, достал бурдюк и начал утолять жажду. В этот момент ко мне приблизилась смущённая Левзея и, начав уже было говорить, передумала и отошла. Затем снова подошла и очень неуверенно начала разговор.
— Послушай. Никто и никогда не дарил мне цветов, а ещё ты странно на меня смотришь. Внутри всё крутится и вертится, я не знаю, как на это реагировать, поэтому иногда срываюсь. Прости, если доставляю тебе столько неудобств, я не со зла, правда, и постараюсь себя сдерживать.