Около обеда я встала. Было одно дело, которые необходимо было сделать. Самой. Я взяла на руки тушку кошки, и пошла прочь от моря. Надо похоронить. Пусть и прожила немного со мной, но мне было ее жаль. Я люблю представителей кошачьих и давно мечтала о кошке. Терпя боль, я копала яму. В какой-то момент мое более-менее спокойное состояние перешло в истерику. В нее смешалось все: и переживания о том, что едва не погибла, о раскрывшейся правде, и реакция на поведение Рея. Такое ощущение, что я его совсем не узнала за те пару лет во дворце.
Я ревела и копала дальше яму. Лицо, наверное, было все грязное от земли. Такую меня и застал Рей.
– С ума сошла?! Что ты творишь? Попросила бы! Швы же разойдутся!
Истерика не думала отступать. Это понял и Рейдан. Мужчина притянул меня к себе и крепко обнял.
– Тш-ш-ш. успокойся. Все в порядке.
– Нет, не в порядке! Я тебя ненавижу! Ненавижу себя, свои чувства к тебе, орден, Лисиана. Ненавижу! Ненавижу…
Больше я не кричала, только всхлипывала. А потом пошел дождь. Первый за полтора месяца.
Кошку мы все же похоронили. Насквозь промокшие, мы вошли в дом. После долгих уговоров Рей осмотрел рану и просто перевязал ее, после чего я легла спать. Но уснуть так и не смогла. К ночи голова начала пухнуть от мыслей. Встав, подошла к окну. На темном небе взошла луна. Здесь темнеет быстро. Минуту ни о чем не думая и смотря на ночное светило, поняла – я сделала выбор.
– Что ты от меня хочешь? – почувствовав присутствие Рея, спросила его. – Я не о том, чтобы я вернулась с тобой во дворец.
Едва слышные приближающиеся шаги. Недолгое молчание.
– Тебя. Хочу попытаться создать с тобой семью, – серьезно сказал он и усмехнулся. – Браком мы уже связаны.
– Если все получится, наше счастье не продлится долго.
– Вместе мы преодолеем все трудности.
Я на миг прикрыла глаза. Он готов поспорить с богом? Посмотрим. Вздохнув, но так и не повернувшись к Рею лицом, ответила:
– Хорошо. Завтра отправляемся.
Глава 18
Год спустя…
Мы действительно попытались. Попытались быть настоящими мужем и женой. Мы часто ругаемся, продолжаем узнавать друг друга, вместе спим и не только.
Чувства были такими яркими, что пугали. Я боялась, что они только усилятся. Ведь, если я не смогу уговорить Лисиана оставить меня здесь, чувства тоски, боли просто убьют меня. Мне было очень страшно. Я звала этого авантюрного бога, но он не откликался. Это действует на меня угнетающе, и очень часто доводит до истерики. Иногда я очень сильно жалею, что выбрала этот путь, зная, что в конце будет больно.
Мое состояние мимо Рея не прошло незамеченным. Он пытался выяснить причину, но я молчала. И это причина большинства наших ссор.
За время моего отсутствия Кир тоже ушел. Но не как я. Он просто почувствовал, что ему здесь делать больше нечего. Связи с ним я не налаживала. Но слышала, что он нашел девушку. Говоря о связях… С Женей тоже никак не общалась. Ни он, ни я не пытались написать или съездить. Мы все трое дружно шли по своей дороге, мало замечая друг друга, как до нашего появления здесь, в Мидэ.
Пусть и я не уезжала за границу Касоры, новости до меня почти не доходили. А изменилось не мало. Киаран изменил некоторые законы, ввел новые. Некоторые мои советы все же нашли свое применение. Мое возвращение он принял холодно. А вот высшая знать наоборот – горячо. Гадюки тут же начали распускать грязные слухи. Это тоже угнетало, хотя по большей части мне было все равно, что обо мне говорится.
Я сидела в библиотеке и лила слезы из-за «несправедливости жизни» и своей дурости. Чуть меньше двух лет осталось здесь быть. Рейдан об этом не знает. Никто не знает, кроме ребят, но с ними это не обсудить. Что они думают об этом? Хочется ли им покинуть этот мир и ввернуться в родной? Лисиан не отзывается. Внутри меня все болезненно сжимается.
– Оди? Что случилось?
– Ничего, просто…
– Не ври, пожалуйста. Я что-то сделал не так?
– Нет!
– Из-за слухов?
– Нет.
– Тогда, что? Я тебя не понимаю… Я знаю, что ты что-то скрываешь.
– Я не могу об этом говорить.
– Конечно! Ты о многом не можешь говорить. У тебя кто-то появился? Кто такой Лисиан? Я много раз слышал это имя – когда ты спала, когда просто звала его. Кто он?
Я открыла рот, чтобы ответить, но так и не издала ни звука. Не могу сказать… Я не готова рассказать ему правду. О, Господи…