Утро ворвалось в спальню яркими лучами, проникая сквозь щели темных штор, шаловливо скользя по подушке, оглушая птичьим гомоном и предчувствием радостных событий. Девушка проснулась первая и улыбнулась, вспоминая прошлый день.
- Теперь мне ничего не страшно: Юнги знает про ребенка и спокойно принял эту новость, мои подруги оказались девушками парней из BTS, с работой все в относительном порядке. Жизнь прекрасна, особенно когда под рукой бьется сердце любимого мужчины.
Она аккуратно повернула голову, разглядывая того, с кем так долго мечтала быть рядом: - У него такие длинные темные ресницы, что мне завидно становится, яркие брови и красивые губы, которые я так люблю целовать.
Пальцы девушки мягко скользили по лицу.
- Такое утро всегда доброе, - тихо раздалось прямо над ухом. Замечтавшаяся Марина вздрогнула, поймав взгляд карих глаз. – Это самое прекрасное пробуждение, не останавливайся, прошу.
- Я лежу и тихо завидую нашему ребенку, которому достанутся твои черты, - прошептала она. – Доброе утро, любимый. Мне пора вставать, работа ждет. Прости, что разбудила.
- Нари, подумай о том, что сейчас нужно особенно беречь себя, ведь стрессы и нагрузка могут навредить вам обоим. Без денег мы не останемся, я заработаю, - Юнги был серьезен. – Согласна?
- Да, конечно, я уже думала об этом, но мне нужно будет еще раз слетать в Россию по делам в ближайшее время. Фирма тоже будет работать, так что проблем с финансами я не вижу.
- Зачем опять улетать? У тебя проблемы? Долги? Нужны деньги, чем помочь? – музыкант буквально навис над любимой. – Ответь, не молчи. Может, тебя кто-то ждет в России? Мужчина?
- Юнги, успокойся, – Марина ласково провела рукой по его лицу. – Проблем для беспокойства нет, с деньгами все в порядке, появился новый инвестор, с которым я подписала очень выгодный договор. В России у меня есть друзья и родители, а мой мужчина – здесь, в Южной Корее, сейчас рядом со мной. Почему ты так волнуешься? Мне нужно оформить последние бумаги, чтобы передать отдел снабжения в руки нового управляющего и убедиться, что все в порядке. Кстати, напомни вернуть твою банковскую карту, она до сих пор в сумочке лежит. Как я и говорила, деньги не понадобились.
Девушке хотелось поблагодарить музыканта за финансовую поддержку ее бизнеса, но обещала Чонгуку молчать, что знает о новом инвесторе, а сдерживать благодарность было очень трудно.
- Пусть там и лежит на всякий случай, мне спокойнее будет, - мужчина откинулся на подушку. - До сих пор не могу привыкнуть к мысли, что ты никуда не исчезнешь по воле Богов или по собственному желанию, боюсь тебя потерять.
- Не потеряешь, - их пальцы сплелись. – Никто и ничто не заставит меня отказаться от жизни рядом с тобой. Однако, пора начинать рабочий день.
- Ну уж нет. Сначала разберемся с самым важным, – мужчина крепче прижал девушку, что-то нашаривая рукой на тумбочке. – Все должно было быть не так, но выбирать не приходится. Выходи за меня замуж. В прошлой жизни я не успел произнести эти слова, а сейчас не хочу откладывать их ни на день.
В руке музыканта лежала маленькая красная коробочка, которая открылась с легким щелчком, и Марина увидела…
- Солнце, золотое солнышко, твоя печать из прошлого, – слезы сами побежали по ее щекам. – Оно очень красивое.
- Надеюсь, эти слезы тоже от радости, – тихо сказал музыкант. – Ты примешь предложение, станешь моей женой?
Девушка молча кивнула и протянула ему руку. Юнги надел кольцо в виде солнца с тонкими лучами на ее палец: - Я купил его в тот день, когда ты улетела в Россию. Как только увидел, сразу понял, что это солнце должно быть на твоей руке. Пора сказать родителям, что мы женимся и ждем ребенка, уверен, что они порадуются за нас. Не возражаешь?
Марина закрыла глаза, стараясь представить себе реакцию ее новых родственников: - Может, немного позже?
- Почему? Ты можешь передумать?
- Боюсь, твой папа не будет в восторге от такой новости, - прошептала она. – Я не возражаю, говори.
- Запомни раз и навсегда: я никуда не отпущу тебя, даже если весь мир будет против. Слышишь? Папа спрашивал про детей, так что, полагаю, он будет рад услышать, что скоро станет дедушкой, - хмыкнул Юнги.