– Снижаю стимуляцию токами на десять процентов, – для протокола сообщила Милана Денисовна и потянула виртуальный рычажок вниз.– Давид, ты что-нибудь видишь?
– Вииии-жуууу… Плооооо-хоооо, – ответил страшно скрипучим голосом новый речевой аппарат Давида.
– Ой, прости. Сейчас расставлю твои глаза для правильного фокуса, да и голос подправлю, а то как-то жутко становиться от звука такого тембра.
Обмазанными защитным гелем пальцами Милана Денисовна стала вращать на посудине глазные яблоки, посматривая на экран, чтобы зрительный фокус киберглаз сошёлся именно на ней. Пока зрительные органы не установлены в глазницы черепной коробки, управлять зрачками довольно сложно, даже используя соответствующую программу. А вот отрегулировать их вручную, направив на определённый объект, получалось несколько легче. Установив зрительный фокус киберглаз, Милана Денисовна принялась смазывать связки искусственной гортани жидкостью, которая находилась на дне ёмкости.
– Так лучше? – спросила она.
– Д-да. Лучше, – медленно, но более мягким голосом отвечал Давид.
– Отлично! Как себя чувствуешь, Давид?
– Не знаю, – монотонно мямлил голос из искусственного рта.
– Ничего, дружок. Пока у тебя только мозг, который не испытывает боли, но скоро ты получишь возможность получить весь спектр чувств, присущих человеку.
– Разве я не человек? – медленно, но уже чётче произнёс Давид.
– Хм, как бы тебе это сказать?.., – задумалась Милана Денисовна. – Ты был человеком, а сейчас..., – замялась она.
– Твоё лицо мне знакомо.
– Ты всё-таки меня видишь, Давид? – обрадовалась она.
– Да. А разве ты не похожа на мою маму?
– Хе-хе, не знаю, – усмехнулась Милана Денисовна. – Но если учитывать твой год рождения, то ты сам мне годишься в дедушки.
– А когда я родился?
– В девяносто втором... Прошлого века.
– Какой сейчас год? – всё тем же монотонным голосом, будто робот, спрашивал Давид.
– Две тысячи девяносто четвёртый.
– Сколько же мне тогда лет?
– Календарно – сто два года, но биологически... Биологически тебе тридцать лет, если в твоём случае применима подобная категория.
– У меня особый случай?
– О, ещё какой особый! Разве ты ничего не помнишь из своего прошлого?
– Нет. У меня было прошлое?
– Да, Давид, у тебя была прекрасная жизнь.
– Меня зовут Давид?
– Да. А фамилия твоя – Бежевич.
– Красиво звучит. А как тебя зовут?
– Ой, прости, я забыла представиться. Меня зовут Милана Денисовна, и я старший специалист отдела геронтологии. Наш отдел занимается проблемами старения биологического материала.
– Хм, я не знаю, что это такое.
– У тебя ещё будет время узнать лучше об этом.
– Милана Денисовна...
– Да, Давид.
– А ты довольно симпатичная женщина, – Давид сделал комплимент монотонным голосом.
– Ой. Ты смотри на него – ожил, – улыбнулась зрелая, но всё ещё привлекательная Милана Денисовна, поправив свои длинные рыжие волосы.
– А я красивый?
– Э-э... Так... Давай я покажу твоё фото, – Милана Денисовна открыла новое окно на экране, потом потянула его и установила на уровне своего лица.
– Видно тебе?
– Это я? – глазные яблоки зашевелились на посудине.
– Ого, ты уже научился управлять своим зрением, – улыбнулась Милана Денисовна. – Давид, на снимке ты запечатлён в двадцать первом году.
– Неплохо я выглядел в том году.
Глазные яблоки стали медленно вращаться в ёмкости, то напрягая, то расслабляя сухожильную перепонку – так Давид пытался дистанционно управлять киберглазами, чтобы рассмотреть помещение, в котором находился.
– Где это мы, Милана Денисовна? – спросил он.