– Лаааднн..., – звук из кибергортани замедлился, будто «зажевало» старую магнитную плёнку.
«Светлячки» электрических импульсов немного потускнели на складках мозга Давида, но количество их возросло многократно, перемещаясь уже не хаотично, а упорядочено вперёд и назад.
– Вспоминай, Давид. Вспоминай, милый, – прошептала Милана Денисовна, после чего вместе с Олегом Ивановичем вышла из лаборатории.
Глава 2
Ближе к полуночи импульсы над корой головного мозга Давида потеряли упорядоченность и снова стали перемещаться по разнообразным непрямолинейным траекториям. К Давиду Бежевичу постепенно возвращалась память, и одно из последних событий его жизни предстало яркой картиной в сознании...
Действие происходило в конце апреля 2022 года. Давид находился в арендованной квартире на юге Испании, и сидя на большом роскошном диване с дистанционным пультом в руке, смотрел видеоролик на плазменном экране.
«Фатальная инсомния или, проще говоря, фатальная семейная бессонница среди людей встречается крайне редко. Всего известно около четырёх десятков семей во всём мире, поражённых этой болезнью...» – Давид поставил видеоролик на паузу, чтобы взять пончики со стола. Он знал, что «быстрые» углеводы способствуют возникновению сонливости, поэтому решил подвинуть свои принципы здорового питания и насладиться несколькими пончиками в сахарной пудре. Надежда на то, что у него получится уснуть этой ночью оставалась призрачной, но всё-таки присутствовала. Что только он не пробовал в последние три недели для того, чтобы его мозг выключился и хоть немного отдохнул – никакие действия, а также бездействие не приносили желаемого результата. Изнурение себя в тренажёрном зале, дыхательная гимнастика и вечерние прогулки по пляжам Торревьехи – всё это только усугубляло общее состояние Давида.
Зажав зубами пончик и удерживая рукой бумажный пакет с остальной выпечкой, Давид нажал на кнопку пульта от огромной «плазмы», чтобы продолжить просмотр видеоролика.
– Чёрт! – выругался Давид, когда увидел, что на пульте остался маслянистый след с частичками сахарной пудры.
«В настоящее время нет какого-либо лечения от этой редкой болезни», – продолжил повествовать рассказчик из видеоролика, – «но медицина прогрессирует высокими темпами, и возможно, в будущем, скажем так – лет через двадцать или тридцать, человечество найдёт решение, как избавить несчастных от этого недуга...».
– Двадцать или тридцать?! – воскликнул Давид, и тут же склонил голову, зажмурив глаза от внезапной боли в висках. – Ребятки, ну, это совсем...совсем не скоро, – негромко произнёс Давид, потирая свои местами поседевшие виски.
Уже двадцать суток толком не спал успешный предприниматель по имени Давид Бежевич, и с каждым днём всё глубже впадал в депрессию. Высокий сезон продаж маркетплейса Амазон, на котором у него зарегистрирован собственный бренд, не приносил ожидаемого удовлетворения даже при установившемся месячном обороте в двести пятьдесят тысяч евро. Ещё и года не прошло, как тридцатилетний Давид переехал из индустриального пыльного Харькова в испанский курортный город Торревьеха. Благоприятный климат, триста двадцать солнечных дней в году и тёплое море, казалось бы, должны способствовать дальнейшей счастливой жизни молодого миллионера. Так оно и получалось на первых порах. Удалённая работа без привязки к офисам, команда помощников, которые довели до автоматизма ведение бизнеса на самой крупной в мире торговой площадке, неограниченное время для проведения досуга на пляжах, в барах, ночных клубах и, наконец, привлекательная русскоговорящая девушка модельной внешности по имени Виктория. Эти и другие обстоятельства сулили Давиду жизнь полную удовольствий. Но все его надежды на то, чтобы продолжать такую радостную и беззаботную жизнь рухнули после посещения своего лечащего врача. И вообще шансы продолжать какую-либо жизнь сводились к нулю, после вердикта доктора, который в мягкой такой форме объявил, что наблюдать этот мир у Давида останутся считанные месяцы, а то и недели! Проведя множество исследований и анализов, у врачей уже не оставалось сомнений, что у экспата Давида Бежевича крайне редкая болезнь – фатальная инсомния, при которой человек теряет способность спать. Обычно эта болезнь является наследственной, но в случае Давида было сложно утверждать подобное, так как с рождения он не знал ни своих родителей, ни каких-либо иных родственников. Причину того, почему никому не известно о его родителях, Давид назвать не мог, но с уверенностью сказал бы, что он был счастлив в приёмной семье, которая, по сути, и стала ему самой родной на свете. Детство его проходило, как и у большинства детей среднего класса – недостатка в чём-то не было, но и роскошью Давида не баловали. С восьми лет он занимался плаванием, а с четырнадцати регулярно посещал секцию джиу-джитсу. Андрей Евгеньевич – приёмный отец Давида, увлёк его радиоэлектроникой, а позже сам Давид стал изучать основы кибербезопасности в институте, который окончил с «красным» дипломом. Потом мытарства по фирмам в качестве младшего и среднего специалиста с довольно неплохой зарплатой для среднестатистического работника. Но молодому смазливому парню с красивыми тёмно-русыми волосами было этого мало, и он решил построить свой бизнес в уже набиравшей популярность электронной коммерции. В течение нескольких лет были незначительные взлёты, а иногда и почти фатальные падения. Но, после того как Давид прошёл дополнительные курсы у компетентных специалистов в области электронной коммерции, дела пошли в гору. Получив ценные знания, он почти полтора года работал и днём, и ночью, чтобы поднять свой бизнес на несколько уровней, а потом и стабилизировать такой рост, используя электронные сервисы в качестве инструментария. И только когда Давид выставил свой амазоновский бизнес на аутсорсинг, перепоручив собранной им команде из восьми человек ведение дел, он смог наконец-то выдохнуть с облегчением и заняться собой. Ещё никогда в жизни ему не приходилось так много отдыхать, да ещё и с такой завидной регулярностью, что иногда это даже и надоедало. Давиду стали приходить мысли об открытии нового бизнеса – например, в сфере криптовалют. Хотя устоявшийся чистый доход в тридцать-пятьдесят тысяч евро в месяц вполне удовлетворял все его потребности, а курортная жизнь не располагала к форсированному старту в новом виде деятельности.