– Биологическое бессмертие не является панацеей. Никто не застрахован от механического повреждения организма, которое приведёт к неизбежной смерти. А полноценно клонировать людей мы так и не научились. Поэтому, имея такой ценный дар, как бесконечное обновление клеток организма желающих рисковать своей жизнью останется всё меньше.
– В чём-то ты права, Мара. Но мне кажется, что не в этом предназначение человека.
– А чём?
– Пока не знаю. Но то, что ты мне рассказала, наводит на мысль, что в каждом индивидууме преобладает некий эгоизм. Будто человек ради вечной жизни готов не предоставлять шанс появлению новых поколений – вероятно, даже более совершенных.
– Давид, а ты можешь допустить, что нынешнее поколение уже является совершенным, и дальше нет смысла усовершенствоваться?
– Вероятно, конец не является совершенством. Поэтому, если что-то остановилось в своём развитии, то оно уже точно не совершенно.
– Для человека начала этого века ты слишком уж хорошо размышляешь, – с улыбкой сказала Мара.
– Сам не пойму, откуда это у меня взялось, – ответил улыбкой Давид.
На рукаве комбинезона Мары замигал и стал издавать короткие сигналы небольшой предмет овальной формы. Мара взяла этот предмет и поднесла ближе к губам.
– Да, Конор, – произнесла Мара.
– Принцесса, «Искромёт» готов к отлёту, – ответил голос «громилы» из овального передатчика.
– Хорошо, мы скоро будем, – Мара отпустила из рук передатчик, и он словно на резинке вернулся на прежнее место.
– Пойдём? – спросил Давид.
– Полетим, – ответила Мара и подошла к стоящему рядом летающему скутеру. – Садись сзади и держись покрепче, – предложила она Давиду, усаживаясь за руль.
Давид устроился позади и обнял Мару за талию.
– Да не бойся! Крепче! Крепче держись, а не то выпадешь! – кричала она, активируя запуск скутера.
– Что со мной станется в нереальном-то мире? – спросил Давид, но всё же крепче ухватился за Мару, когда скутер стал взмывать над головами снующих по ангару людей и роботов.
– При падении твой мозг получит сигнал о довольно неприятных ощущениях! Так что, тут всё приближенно к реальности, чтобы оставался эффект настоящего мира! – Мара старалась перекричать свист в ушах от нарастающей скорости скутера.
– Ах вот как! Тогда не буду пренебрегать правилами безопасности!
– То-то же! – Мара быстро повернулась, чтобы улыбнуться, и вернула голову в исходное положение.
Мара пронеслась несколько кругов по ангару, будто она хотела насладиться маневрами на скутере, а не спешила на звездолёт. Поозорничав вдоволь, Мара успокоилась и направила скутер к межзвёздному летательному аппарату, на котором ей с Давидом, а также Конором и остальной командой предстояло отправиться завоёвывать планету Андрилосс. Давиду казалось, что это будет обычным увеселительным путешествием к далёким мирам в идеально продуманной компьютерной графике. Как же всё-таки он тогда ошибался...
Глава 10
Давид ощутил приятное волнение перед своим первым полётом в космос. Пусть этот полёт всего лишь виртуальный, но его восприятие обещало быть абсолютно идентичным с реальным путешествием за пределы влияния Земли. В своё время он и мечтать не мог о подобном. Даже суборбитальный полёт в ракетоплане на высоту около ста километров было не так просто осуществить ввиду его дороговизны и многотысячной очереди. Но в 2094 году возможности гораздо выше. Теперь Давиду выпал шанс отправиться в далёкую галактику Чёрный Глаз, которая находится за восемнадцать миллионов световых лет от нашей планеты. Симуляция Мары являлась полноценной Вселенной с некоторыми корректировками в зависимости от её желаний. Законы, процессы, материя, энергия во Вселенной Мары соответствовали тому, что уже было научно исследовано и доказано в реальном мире. Но, конечно же, без некоторых изменений и подгонок личные миры оставались бы такими же сложными в управлении, как и необузданная природа реальности. Поэтому многие необъяснимые тайны Вселенной становились простыми и понятными в виртуальной симуляции.
Звездолёт, на котором Давиду предстояло совершить межгалактический перелёт, имел большой эллипсообразный салон. Мягкий молочный цвет интерьера плавно переходил в бежевый и серый. Приборов, рычагов управления, экранов, иллюминаторов или витражей нигде не наблюдалось, по крайней мере, пока космический корабль находился в состоянии покоя. Казалось, что находишься в яичной скорлупе – настолько гладко и плавно огибали салон линии переходов. В полуметре от пола зависли пассажирские кресла в виде лепестков. Давид насчитал ровно двадцать мест. Кресла расположились полукругом в один ряд.