Трант инстинктивно обернулся, и в этот момент Арья плавно выскользнула из его хватки. Он бросился за ней, но Сирио и Джеки преградили ему путь. Трант отступил.
- Вы поплатитесь за это!
– Конечно, поплатимся. Беги к своему хозяину и расскажи ему, как тебе помешали учитель танцев и местный сумасшедший, – усмехнулся Сирио.
Будучи вне себя Меррин Трант, забыв обо всём, бросился на них. Он в ярости кидался то на одного, то на другого, но громоздкие доспехи сковывали его, не давая развернуться. Противники были гораздо ловчее. Сирио грациозно кружил вокруг, нанося хлесткие удары своей палкой, которые, попадая по доспехам, не причиняли никакого вреда рыцарю. Джеки топором как мог, отражал удары его длинного меча. Несмотря на неповоротливость, Трант был опасным противником. Из-за лат, защищающих все части его тела, достать его было практически невозможно. Он резко подался вперед и одним ударом перерубил деревянный меч Сирио. Еще секунда, и он проткнул бы фехтовальщика насквозь, но в это мгновение земля ушла у него из-под ног. В последний момент Джеки успел сделать подсечку, и рыцарь тяжело грохнулся на пол, гремя доспехами. Последнее, что увидел Меррин Трант перед тем, как потерять сознание, это занесенный над его головой обрубок деревянного меча Сирио. Его отряд был разбит полностью. Кто-то успел сбежать, но большинство лежало тут же, кто в сознании, а кто нет.
-Отличная техника, незнакомец, – снисходительно промолвил Сирио Форель, подбирая остатки своего меча. - Поначалу я действительно принял тебя за обычного пьянчугу.
- Благодарю. Честно говоря, я и правда выпил пару кружек эля из бочек в коридоре перед тем, как зайти сюда.
- Но зачем?! – недоуменно воскликнул Сирио.
- Стиль Пьяного мастера так лучше работает. Кстати, ты тоже неплохо справился. Хотя боюсь, что без моей помощи ты был бы уже мертв.
- Не переоценивай себя, – усмехнулся Сирио.
- Что им было от меня нужно? Что происходит? - Арья беспокойно оглядывалась по сторонам.
- Я не знаю, но снаружи много убитых. Происходит что-то скверное, – Джеки внимательно посмотрел на девочку. Он уже догадался кто она.
– Ты ведь Арья Старк, не так ли?
Та кивнула.
– Нужно уходить. Скоро их будет больше. Я знаю путь, по которому можно выбраться из замка незамеченными.
- Почему ты нам помогаешь? – Сирио пристально смотрел на нового союзника.
- Даже не знаю, - Джеки слегка растерялся. – Мне показалось, что вам нужна помощь…
Сирио всё еще недоверчиво поглядывал на него.
- А вообще, наверное, просто выпил лишнего, вот и взбрело в голову геройствовать.
Спешно покинув Малый зал, Арья Старк и Сирио Форель во главе с Джеки Чаном проникли в катакомбы под Красным замком, держа курс в сторону Блошиного дна.
Глава 3
С момента ареста Эддарда Старка прошло несколько дней, и вести о скоропостижной кончине короля и аресте десницы быстро разлетелись по столице. Догадки одна глупее другой передавались из уст в уста, пороча доброе имя Старка.
Кто-то, к примеру, всерьез утверждал, что десница специально выдрессировал кабана, чтобы тот распорол Роберту брюхо на охоте. А кто-то был уверен, что Роберт и не умер вовсе, а просто впал в спячку. Но самым популярным было мнение о том, что десница лично убил короля, чтобы совершить государственный переворот.
Слухами полнилась земля, но правда же была такова, что король, так или иначе, был мертв, а Эддарк Старк находился под стражей, будучи виновным лишь в собственной чрезмерной принципиальности.
Чан и компания в это время скрывались в Блошином конце. Они нашли свое пристанище в той захудалой ночлежке в самой гуще района, где в свое время жил и сам Джеки Чан. Затеряться в толпе и скрыться от посторонних глаз в подобном месте было проще простого. Они занимали одну тесную комнатку в большом старом доме, где кроме них жило и много других бедняков.
Троице приходилось практически безвылазно сидеть в доме. Днем улицы патрулировали отряды Золотых плащей, а ночью в Блошином конце делать было уж совершенно нечего, поэтому ночью они тоже никуда не выходили.
Дни тянулись медленно. Тягостная неопределенность, нависшая над ними, отразилась на настроении всех, кроме Сирио. Браавосиец проявлял исключительное самообладание. Он мог часами недвижимо сидеть на полу с закрытыми глазами и, не реагируя ни на какие раздражители, предаваться каким-то только ему известным мыслям. Настроение его всегда было ровным, и складывалось впечатление, что та непростая ситуация, в которой они оказались, совершенно его не беспокоит.