Всё еще стоящий в боевой стойке Джеки Чан наконец разжал кулаки. С его плеч будто свалился огромный груз, который давил на него все это время. Он смог. Каким-то непостижимым образом, будучи практически побежденным, он все-таки сумел одержать победу. Он устало улыбнулся, наблюдая, как меняются в лице Арья с Сансой. Они не могли поверить своим ушам. Санса с открытым ртом уставилась на сестру, не в силах проронить ни слова.
- И как вам не стыдно! Леди не подобает ходить с открытым ртом, - насмешливо произнесла Арья, качая головой, и затем добавила уже серьезно. - Я же говорила, что он справится.
Глядя, на то, как они счастливы, Джеки забывал о боли и тяжести, что он испытывал в те секунды, и просто радовался вместе с ними. За последние месяцы у него было слишком мало поводов для хорошего настроения. С тех пор, как он попал на эти земли, окружающий мир только и делал, что изо всех сил пытался остановить его, сломать, уничтожить как нечто опасное и противоестественное, мешающее обычному порядку вещей. Он жил сквозь невероятное сопротивление. Но в тот день чаша весов вопреки всему, впервые склонилась в его сторону.
«Значит, еще не все потеряно», - подумал Джеки Чан, - «значит, всё не зря».
- Джеки, сзади! – взволнованно крикнула Арья, указывая на кого-то за его спиной.
- Ах ты, мразь… … - услышал он над ухом чье-то шипение.
Почувствовав движение позади, Джеки только успел повернуть голову, как в ту же секунду его грудь пронзило острие копья. Жгучая боль волной прокатилась по всему телу, пронзая каждую мышцу.
Он увидел собственную кровь на блестящем отполированном наконечнике, и сознание его помутилось. Кровь была ярко-алой. Крупные красные капли сверкали на солнце и, скатываясь с острия, падали на землю. Он попытался схватить древко, но оно выскользнуло из ослабевших пальцев, и Джеки почувствовал, как копье с силой вытащили из него. Из открывшейся раны хлынул поток крови.
- О господи! Нет! Нет! – донеслись до него крики Арьи. Они звучали чуть приглушенно, будто откуда-то издалека. Толпа вокруг зашумела, и все эти звуки смешались у него в голове в бессвязную кашу.
Он без сил упал на колени. Грудную клетку разрывало от дикой боли. Кто-то обошел его и встал напротив, заслонив солнце. Джеки зажал кровоточащую рану и с трудом поднял голову. Перед ним стояла чья-то ухмыляющаяся фигура. Он не сразу узнал человека с копьем. Пока тот не заговорил.
- Помнишь меня?.. – еле сдерживая ликование, проговорил тот.
Это был тот самый стражник Железных ворот, что когда-то преградил Джеки путь в Королевскую Гавань, когда он впервые пытался попасть в город.
- Я так долго этого ждал… - было видно, как его трясло от возбуждения. Его налитые кровью глаза готовы были вылезти из орбит. – И кто теперь слабак, а? Кто теперь проиграл?
Стражник злобно расхохотался, глядя на истекающего кровью человека, стоящего перед ним на коленях.
Джеки стало трудно дышать, у него не хватало сил вдохнуть воздух. Во рту ощущался металлический привкус крови. Он увидел остолбеневшую Арью, из глаз которой катились слезы. Санса, закрыв лицо руками, сквозь пальцы с ужасом глядела на развернувшуюся сцену.
Джеки Чан почувствовал, как все его чувства, вся боль, всё напряжение, все мысли и эмоции уносятся от него, растворяясь где-то во мраке. Он силился ухватить их, хотел сохранить хоть что-то, но чем больше он пытался, тем быстрее всё его естество ускользало от него, словно песок, утекавший сквозь пальцы.
Его тело вдруг стало невыносимо тяжелым. Он попытался вдохнуть, но не смог и, покачнувшись, ничком упал на пыльную землю.
- Да! Я убил его, убил!!! Убил мятежника! – как ошпаренный, завопил стражник, потрясая в воздухе окровавленным копьем. – Вы же все этого хотели?! И я сделал это! Сделал то, что никто не смог! – от восторга его трясло мелкой дрожью.
- Всё для вас, мой король, - раболепно добавил он, и преклонил колено перед растерянным Джоффри.
Арья, зарыдав, бросилась к телу Джеки Чана и, положив Юаня рядом на землю, принялась изо всех сил тормошить его.
- Ты не можешь умереть, только не сейчас! – причитала она, сотрясаясь всем телом. За прошедшие сутки успели погибнуть два человека, что были ей очень дороги: Сирио Форель и её отец. После гибели Эддарда произошло так много событий, что они на время вытеснили скорбь из её души, но сейчас, когда на её глазах погиб еще один небезразличный ей человек, все эмоции нахлынули с новой, сокрушительной силой.
Юань подполз к Джеки, стал лизать ему руку. Пёс чувствовал, что с хозяином случилась беда, но не знал, как помочь.