Квиберн осторожно поднес факел к кончику веревки, и она охотно занялась зеленым огоньком. Бриенна швырнула штуковину с такой силой, будто хотела добросить ее до корабля Эурона Грейджоя. Или хотела выкинуть вместе с ней свои робкие мечты о мужчине, который сейчас был так близко.
Страшной силы взрыв потряс ночной лес. В зеленом зареве все увидели, как вековой дуб вырвало с корнем и подбросило выше других деревьев. Посыпался град из обугленных щепок, обломков ветвей и комьев промерзшей земли.
— Седьмое пекло… — сказала Бриенна Тарт.
Эурон прохаживался по палубе перед капитанами, вытянувшимися перед ним по стойке “смирно”.
— Мы нашли их стоянку. Угли от костра еще тлели. Но там были следы лошадей. Не много. И они ушли дальше в горы. Без лошадей мы не сможем их догнать, государь!
— Их ждали лошади? Хм, а Дейнерис и ее друзья оказались умнее, чем я мог себе представить… Хорошо. Пусть один отряд идет по следам, несмотря ни на что. Капитан Халк, возьмите двадцать самых быстрых кораблей с абордажными командами и идите в залив Пасть. Они пойдут к Королевскому тракту навстречу дотракийской орде. Через Лунные горы к тракту ведет только одна дорога. Вы высадитесь на берегу у отрогов Лунных гор, перехватите ее и перебьете свиту королевы драконов. Бывшей королевы драконов, — он улыбнулся.
— И еще, Государь… — один из капитанов замялся. — В горах, под утро уже, был страшный грохот… Как будто скала рухнула. А еще разведчики говорят, что видели вспышку зеленого цвета.
— Грохот и вспышка зеленого цвета? Или ваши разведчики обосрались от темноты, или… Капитан Халк, посадите на свои корабли лучшие абордажные команды вдобавок к тем, кто у вас есть! Спустите на берег катапульты и “дикобразы”; они могут вам понадобиться! Выполняйте!
Тихо Несторис стоял у двери каюты и внимательно слушал разговор на палубе.
— Вспышка зеленого цвета? Что это может значить, Ваше Величество? — спросил он Эурона, как только тот закончил отдавать распоряжения.
— Если разведчикам не привиделось, то это может значить только одно: Дикий Огонь, — Грейджой с силой захлопнул дверь в каюту.
— Откуда Дикий Огонь может взяться в забытых богами горах?
— Квиберн. Квиберн исчез, когда умерла Серсея. Насколько я знаю, последнее время он проводил какие-то опыты с Диким Огнем. Что за опыты и чем они закончились — мне выяснить не удалось. Серсея никогда же мне не доверяла. Но пироманты сказали, что Квиберн забрал в свою лабораторию все запасы субстанции.
— Как он мог оказаться здесь?
— Понятия не имею. Могу только предположить, что он присоединился к братцу моей скончавшейся супруги и отправился с ним к Дейнерис, Я не знаю, как ему удалось вывезти из столицы целый караван повозок и как им удалось добраться с ними сюда… — Эурон склонился над картой, словно пытаясь найти дорогу, по которой шел Квиберн. — Впрочем, если леди Мелисандра окажется права, все это не будет иметь значения!
— Вы любите говорить загадками, Ваше Величество…
— Она утверждает, что с помощью старой валирийской трубы можно не только отпугнуть драконов, но и подчинить их себе!
— Вы ей верите, Эурон? — Несторис даже вытянулся от удивления.
— Несторис, вы читали послание из Ночного Дозора? Полчища мертвых идут на Вестерос, они не остановятся на Севере или где-то еще! Никакая армия не сможет их остановить. У меня нет выбора, Несторис! Я должен попытаться приручить летающих монстров! Иначе в скором времени мне нечем будет править… — заключил Грейджой.
Джон и Дейнерис ушли в отдельную комнату, которую приготовила для них Миссандея. Взрыв стал высшей точкой, он будто уничтожил все горести прошедших суток, осталась лишь неимоверная усталость и опустошенность.
— Джон… Я не чувствую их больше! Я не чувствую больше своих детей! — Дейнерис расплакалась.
— Как это случилось?
— Когда раздался тот ужасный звук… Мне показалось, что меня словно хлестнули кнутом по голове… И им тоже было больно, невероятно больно, я почувствовала их боль… Это было похоже на то, что я ощутила, когда погибал Визерион… А потом — ничего! Они пропали, Джон! Они больше не со мной, Джон!
— Может быть, они просто слишком далеко улетели?
— Нет… Раньше я чувствовала их, где бы они не были. Это сложно объяснить, но я знала, что с ними происходит. А теперь нет… Джон, они моя кровь, мои единственные дети! У меня не будет других… Хотя какое это имеет значение теперь?
Дени рыдала. Джон гладил ее серебристые волосы, которые он так любил.
— Джон, я боюсь! — проговорила она сквозь слезы. — Я никогда раньше не боялась, а теперь не знаю, что будет…
— По Королевскому тракту идут дотракийцы. Мы догоним их…
— Как люди смогут остановить чудовищ, которые идут на нас? Мы не победим в этой войне, Джон!
— Мы должны. Иначе погибнет все, что нам дорого. Ты понимаешь, Дени? — тихо сказал Джон.
— Но как?
— Стена сдержит армию мертвых. А сверху мы обрушим на них Дикий Огонь.
Джон обнял ее. Дейнерис прижалась к нему, плакала еще какое-то время. Потом они уснули.
Дейнерис снился сон, который она видела уже не в первый раз. Страшная битва, ее дракон (на которого она почему-то смотрит со стороны) топчет и рвет мертвецов вокруг. Потом картина меняется, она видит, что это не дракон, а рыцарь в черных блестящих доспехах. На нем шлем с рогами, как на голове у ее драконов. Рыцарь поворачивается к ней; она узнает в нем воина, сражавшегося в битве на Трезубце. Она видела его в доме Бессмертных, в Кварте. Она понимает, что это ее старший брат, Рейгар, принц-дракон. Меч в его руке вдруг загорается неестественно ярким огнем, и он крушит им врагов.
В этот момент Джон ее разбудил. Он просунул руку под шубу, в которую завернулась Дени. Долго путался в бесчисленных юбках, пока не добрался до ее тела, гладил живот, опускаясь все ниже и ниже. Другой рукой принялся расшнуровывать завязки на своих штанах.
— Прошу тебя… Не сейчас. Я не могу… Просто обними меня, — прошептала Дени.
Они лежали, не шевелясь. Джон прижимал ее к себе, надеясь, что она почувствует его желание и передумает. Но громкие голоса и ругань за окном заставили их отпустить друг друга.
Джон спустился во двор таверны. Солдаты окружали нескольких обезоруженных воинов. Очевидно, их только что привели в лагерь караульные, которые держали под уздцы оседланных лошадей. Джейме Ланнистер разговаривал с рыцарем, толстым лордом почтенного возраста.
— Какого рожна Ланнистеры делают на моих землях? — толстый лорд вовсе не чувствовал себя пленником.
— Мы сбились с пути из-за метели, лорд Белмор. Мы нарушили границы ваших владений по ошибке, мы ничего не имеем против вас… Верните оружие лорду Белмору и его людям! — распорядился Джейме.
Толстяк удовлетворенно посмотрел на него и засунул меч в ножны.
— И разворотили половину моего леса, чтобы найти дорогу? Что за хреновина здесь громыхнула, от которой стены моего замка тряслись, как листья на ветру?
— Я и мои люди идем к Стене, чтобы сражаться с армией мертвых… Мы везем нечто, что поможет справиться с ними. Произошел несчастный случай…
— К Стене? Вы опоздали! Нет больше никакой стены, — недобро засмеялся лорд Белмор.
— О чем вы говорите? — спросил Джейме.
— О том! Вчера прилетел ворон из Ночного Дозора. Стены больше нет! Мертвяки каким-то хреном разрушили ее и идут убивать северян!
Джон вышел из-за спин Джейме и его воинов, встал перед Белмором.
— Повторите, что Вы сказали, милорд, — замогильным голосом переспросил он.
— А ты еще кто такой, сопляк, чтобы я с тобой разговаривал?
— Я Джон Сноу, хранитель Севера волей королевы Дейнерис Таргариен.