Разведчики вернулись скоро.
— Битвы не было, Лорд-Командующий, хотя ворота закрыты, а на стенах видны часовые, — доложил Джорах Мормонт. — Но это единственная хорошая новость.
Мормонт огляделся по сторонам, словно опасаясь, что его услышит кто-то, кому не нужно его слышать.
— Говорите, — велел Джон Сноу. — Скоро все увидят то, что видели вы.
— Шатров очень мало. По нашим прикидкам, здесь едва ли пятая часть орды, которая выступила на север. Простите, моя королева, — Мормонт поспешил извиниться, что расстроил её.
— Боги… — выдохнула Дейнерис.
Джон Сноу посмотрел на Квиберна. Тот чуть заметно пожал плечами в ответ.
— Если бы на дотракийцев сейчас напали, их бы перебили как младенцев, — заговорил Давос Сиворт. — Мы подошли к самому лагерю, и не увидели ни караулов, ни охранения.
Отряд двинулся вперед. Дейнерис теперь ехала верхом вместе с Лордом-Командующим.
— Сначала я потеряла одного дракона. Теперь я потеряла весь флот и почти всю армию, — говорила Дейнерис вполголоса. — А Железный Трон стал еще дальше от меня, чем был в Миэрине.
— Ты еще думаешь о троне? — удивился Джон. — Мертвые прорвались через Стену. Ни у кого нет никаких идей, как их остановить… А ты думаешь о куске железа, обладание которым скоро может потерять всякий смысл?
— Джон, я думаю не о троне, а о судьбе страны, которую создали мои предки, — разозлилась Дейнерис. — Ты слышал, что я говорила в замке Андервуда? Я должна сломать кровавое колесо, которое катится по моей стране!
Джон посмотрел на нее и грустно вздохнул.
— Как бы его не сломал некто другой… — сказал он.
«Мой Лорд-Командующий начисто лишен воображения. Печально… Хотя… Может, оно и к лучшему? Чтоб не сочинял себе ничего лишнего…» заключила Дени.
Отряд дошел до самого лагеря дотракийцев, никого не встретив. Наполовину занесенные снегом бунчуки сиротливо торчали около шатров. Лишь в самом лагере немногие воины, гревшиеся у редких кострищ, поднимались на ноги при виде появившихся из темноты всадников. Увидев кхалиси, дотракийцы вскидывали приветственно руки, но лица их оставались суровы.
Дейнерис и Джон со свитой проследовали к большому шатру кхалов.
Королева первая вошла внутрь и остановилась, пораженная. Вместо совсем еще недавно могучих воинов она увидела изможденных людей, закутанных в тряпки и шкуры.
— Кхалиси, твои кровные всадники ждали тебя, — сказал Коварро, вернейший из верных, тот кто прошел с ней весь путь от погребального костра Дрого до стен Королевской Гавани.
— Кровь моей крови, почему так мало шатров? — резко спросила его Дейнерис.
— Многие умерли, — вперед вышел статный кхал с длиннющей косой. Он держался как старший.
— Многие, Того? Но не все? — Дейнерис подошла к нему вплотную.
Того опустил голову, пряча от нее глаза.
— Воины стали умирать от холода. Подлый Квого-полукровка начал кричать, что кхалиси бросила своих кровников. Послала умирать в край вечной зимы. Мы хотели разорвать трусливого шакала, но другие встали за него. Много дотракийцев погибло в тот день. Много крови пролилось на белую землю. Много всадников ушли с полукровкой обратно.
«Еще один привет от Вариса», подумал Тирион. Дотракиец Квого не раз появлялся рядом с Варисом. Паук однажды демонстративно побеседовал с молодым степняком при Тирионе. «Хотел показать, что у него есть свои люди даже среди кровников Дейнерис? Странное бахвальство для человека его рода занятий. Однако, в тот момент я не заподозрил ничего дурного. Значит, Варис все правильно рассчитал.»
Дейнерис развернулась к Джону, бледная, как снег.
— Они бежали… Я верила в их преданность больше всего на свете…
Казалось, что она бросится Джону на грудь и зайдется в рыданиях. Но королева справилась с собой, только сжала кулачки изо всех сил.
— Ваша милость, спросите, почему они не прошли в крепость, — попросил ее Джон Сноу.
Дейнерис задала вопрос на дотракийском.
Того, Коварро и остальные разом зашумели, на их лицах появилась обида и злость.
— Они говорят, что их отказались пропустить. Что из крепости начали пускать стрелы, когда они подошли к воротам. Говорят, что еще день-два, и они пошли бы на приступ, потому что им уже нечего есть.
Дейнерис подошла к жаровне, в которой горел огонь. Сняла перчатки и стала греть руки, полностью опуская их в пламя.
— Спросите, что с драконьим стеклом? — обратился Джон к Джораху Мормонту.
Мормонт перевел.
— Говорят, что привезли камни, как приказала великая кхалиси, — Мормонт не удержался, чтобы не поклониться Дейнерис.
Дотракийцы в своем обозе везли часть драконьего стекла, которую не отправили на Север на корабле вместе со свитой Джона и Сандором Клиганом.
— Брат Джорах, возьмите мессира Квиберна и осмотрите лагерь. Мне нужно точно знать, сколько боеспособных людей у нас есть, — распорядился Джон.
Джорах скорчил недовольную физиономию, но подчинился. Джон поехал к воротам старой крепости.
Ему понадобилось немало времени и немало крепких северных словечек, чтобы убедить стражу открыть ворота перед правителем Севера. Дозорные не верили, послали за командиром. В конце концов заскрипели цепи, и подъемный мост медленно встал надо рвом.
В воротах стояли воины в полном вооружении и с пиками наизготовку. На стенах были видны стрелки, державшие всадника у ворот на прицеле.
Джон подъехал к копейщикам. Навстречу ему вышел командир с факелом в руках.
— Теперь видите, кто перед вами? — прикрикнул на него Джон.
— Простите, Ваше Величество… Но мы ждали вас со стороны Белой Гавани… — командир стушевался. — Освободить проход перед Королем Севера! — приказал он срывающимся голосом.
— Выйдите на мост и махните факелом. Все, кто пришли со мной, голодны и замерзли. Разожгите везде очаги. Сейчас внутрь пройдет очень много людей, — распорядился Джон. Посмотрел на герб на груди рыцаря. — Вы Берен Толхардт?
— Вы не помните меня, Ваша милость? Вы сами приказали мне занять Ров Кайлин.
— Я ценю преданность вашего дома. Исполняйте, лорд Толхардт!
Спустя каких-то полчаса колонны Ночного Дозора в полном порядке и под развевающимся черным стягом вошли в Ров Кайлин. Джейме Ланнистер и Бронн были хорошими командирами. За несколько дней ледяного похода им удалось превратить сборище самых разных бойцов в дисциплинированную и организованную военную силу. Изумленный гарнизон Рва Кайлин наблюдал, как в одном строю шагали люди со львами Ланнистеров, кракенами Грейджоев, гербами Белморов и Андервудов на одежде. Даже дикарей-обгорелых, и тех удалось приструнить и заставить подчиняться приказам.
Дейнерис пока оставалась со своими кровниками.
Джон Сноу встречал колонны во дворе крепости. Берен Толхардт не отходил от сюзерена ни на шаг. Он стоял за его спиной вместе с другими командирами гарнизона, когда подъехал Джейме Ланнистер.
Несмотря на меховой плащ и шапку, не узнать человека с золотой рукой было нельзя. Толхардт невольно схватился за рукоять меча и выставил вперед ногу, приготовившись к бою. Но слова Джона Сноу заставили его оцепенеть.
— Брат Джейме! Разместите людей и начинайте заводить сюда дотракийцев! — приказал Джон Сноу. — А также соберите все драконье стекло, которое довезли дотракийцы и начинайте делать из него наконечники для стрел и болтов! Гарнизон Рва Кайлин поступает в ваше распоряжение!
— Ваша милость, я не ослышался? Вы велите нам выполнять приказы… — лицо молодого северянина налилось кровью. — проклятого Джейме Ланнистера? Врага Севера? Мы сражались с Ланнистерами…
— Здесь нет Ланнистеров или Старков! И не будет Толхардтов. А я - не Король Севера. До тех пор, пока мертвые не будут уничтожены, я принял на себя обязанности Лорда-Командующего Ночного Дозора. Я объявляю каждого воина братом Ночного Дозора. Постройте своих людей перед крепостью. Вы все должны принять присягу, — Джон остановился, обвел взглядом лица северян, дрожавших от гнева. Сделал шаг к молодому Толхардту и сказал, глядя ему прямо в глаза. — Неповиновение приказу Лорда-Командующего карается смертью.