Трижды протрубил рог.
Джон спустился в крипту. Сеть подземелий, из которых она состояла, невидимой паутиной опутывала весь Винтрефелл и продолжалась далеко за его стенами. Старые короли Севера позаботились о том, чтобы иметь возможность выбраться из своей твердыни даже при самой плотной осаде. Подземные ходы выходили на поверхность за несколько лиг от крепостных стен. Здесь же была и усыпальница рода Старков. Джон огляделся. Абсолютное беззвучие в подземелье оглушало. Только статуи лордов и королей пристально смотрели на него.
Джон невольно остановился у гробницы Эддарда Старка. “Я считал его образцом чести, а он всю жизнь врал. Семье, всем окружающим, своему другу, Роберту Баратеону. Мне врал. Ради моей жизни…”
— Зачем ты пришел? — услышал он голос Брана.
Джон вздрогнул. Здесь, в крипте, еще легче было представить, что с ним разговаривает один из похороненных рядом мертвецов.
Бран поднял факел и Джон поспешил к нему.
— Бран, я хотел…
— Попрощаться? — оборвал его мальчик в кресле. — Ты попрощался. Здесь все готово. Иди наверх, они уже пришли.
Джон помедлил еще мгновение, потом все же обнял брата. Вернее того, кого он считал братом.
Бран неожиданно обнял Джона в ответ.
— Запомни одно, Джон. В игре престолов побеждают или погибают. Твоя игра только началась. Прощай, Молодой Дракон, — сказал Бран и отстранился.
Джон поднял руку, как будто пытаясь закрыться от порыва ледяного ветра, повернулся и быстро ушел.
Дейнерис ждала Джона у ворот. Ее переполняли страх и ненависть. И желание отомстить. Ледяной колдун надругался над ее сыном. Чудовище должно быть уничтожено. Во чтобы то ни стало.
Суета в крепости закончилась так же внезапно, как и началась. Люди заняли свои посты и вглядывались в темноту. Только скрипели вороты требушетов.
— Готова? — Джон взял королеву за руки.
— Вдохнови своих людей, — зло сказала Дейнерис.
— И что сказать? — буркнул Джон. Он еще пытался осознать слова Брана.
— Скажи, что род людей не прекратится сегодня… что сегодня мы будем сражаться за все, что нам дорого и что мы любим… Давай, у тебя хорошо получается…
Джон бегом поднялся на крыльцо Старого замка.
— Люди Севера! — крикнул он и почувствовал тяжесть от тысячи взглядов, направленных на него.
— Братья и сестры! — Он всей грудью втянул морозный воздух и продолжил. — Я вижу в ваших глазах тот же страх, который сжимает мое сердце! Возможно, когда-нибудь настанет день, когда мужество оставит род людей и мы предадим все, что нам дорого. Но только не сегодня! Может быть, придет час, когда настанет закат эпохи людей. Но только не сегодня! Сегодня мы сразимся! За все, что вы любите на этой славной земле! Зову вас на бой, люди Севера!
Дружный и яростный крик воинов был ему ответом. Джон понял, что он нашел нужные слова.
Теперь нужно было найти слова для Дени.
Они шли к драконам, а Джон говорил вполголоса:
— Чтобы не происходило, всегда будь рядом. Король Ночи на одном драконе не сможет победить двоих. Мы должны все время прикрывать друг друга. Не вылетай за пределы огненных кругов вокруг крепости. И еще… Если я вдруг сделаю что-то… непонятное, просто повторяй за мной. Понимаешь?
Дейнерис остановилась.
— Чего ещё ты мне не сказал? — спросила она.
Джон поцеловал ее в губы.
— Просто делай как я. Всегда. И да помогут нам все боги этого мира… Пора, моя королева!
Драконы зависли над замком, освещенным множеством костров. Вдали, откуда надвигался гул, производимый тысячами тысяч ног, все еще нельзя было ничего разглядеть. Но вот разом упали и потухли сигнальные вешки первой линии. В тот же момент десятки ярко-красных линий разрезали темноту: большие требушеты выбросили зажигательные снаряды. Их разрывы потонули в темной массе, надвигавшейся на Винтерфелл.
Рухнули вешки второй линии. В ответ полетели тысячи горящих стрел и зарядов катапульт. На минуту они осветили поле перед замком.
Крик ужаса раздался со стен. На людей катилось море обезображенных тел.
— Вперед! — крикнул Джон и два дракона полетели, чтобы поджечь заполненный нефтью ров.
Дрогон исторг пламя. Джон надеялся, что его дракон просто повторит за собратом. Но Рейгаль только летел вслед за Дрогоном. Джон не знал, как заставить дракона дышать огнем.
— Дракарис! — сказал Джон. Такую команду Дени давала дракону, кажется. Ничего не произошло. Рейгаль просто висел в воздухе позади Дрогона, который палил нежить.
Джон увидел, как загорелся ров, как тысячи и тысячи вихтов повалились в огонь под напором идущих следом. Как зажигательные заряды из требушетов падали им на головы и оставляли после себя целые поляны горевших трупов. Как стрелы выкашивали целые просеки среди мертвяков. Джон подумал, что они могли бы победить. Если бы вместо крестьян с рогатинами на стенах стояли совершенные бойцы-безупречные. Если бы в нужный момент орда дотракийцев обрушила на мертвяков тучи стрел. Если бы рыцари Долины стальным тараном прошлись по нежити. Если бы из башен стреляли “дикообразы”, как на кораблях Эурона. Если бы…
Ненависть и ярость захватили его. “Дракарис!” прорычал он. Джон больше не управлял драконом. Он сам стал драконом.
Рейгаль выдохнул пламя.
С крепостных стен раздались радостные вопли защитников.
Упоение. Вот что переполняло Джона, когда очередная струя огня выжигала десятки вихтов. Что-то подобное Джон чувствовал лишь однажды: когда бил Рамси Болтона и его лицо на глазах превращалось в кровавое месиво. Но тот восторг не мог сравниться с ощущением всемогущества и превосходства над любым смертным, которым упивался теперь Джон. Он был повелителем мира.
Мертвые стали расступаться. Белые Ходоки с разных сторон шли к огненному рубежу. В свете от пожаров их ледяные доспехи мерцали миллионами холодных звезд. Джон направил дракона на одного из них. Струя огня сбила его с ног. Но Иной быстро поднялся, сверкая в огне, как огромный бриллиант под солнечным лучом.
Ходоки подходили к горящему рву и пламя вокруг них тухло. В узкие проходы бросились вихты.
Со стен начали пускать стрелы с драконьим стеклом. Трое ходоков поочередно рассыпались на тысячи кристаллов. Остальные поспешили укрыться в толпе мертвецов.
Драконы быстро восстановили огненную преграду. Прорвавшиеся мертвецы поползли на стены, как огромные пауки. Но их сбивали бревнами и заливали горящей смолой. На стенах вновь раздались победные крики.
“Пусть мы их остановим!” Джону захотелось поверить, что план Брана не понадобится. В Винтерфелле Джон сделал все, чтобы к последнему средству не пришлось прибегнуть. Он надеялся и теперь, надеялся вопреки беспощадной логике Брана.
Джон заметил Эдда Толлетта. Дозорный вышагивал по стене, деловито раздавал указания. Рядом с ним суетился неуклюжий толстяк.
“Не может быть”, ужаснулся Джон. В этот момент сильнейший порыв ветра со снегом заставил его закрыть глаза. Джон понял, что пришел Великий Иной.
Рейгаль вернулся внутрь периметра стены. Дрогон со своей всадницей повторили за ним.
Джон развернул дракона в сторону, откуда пришла вьюга. Он прятался за шипами на спине Рейгаля, старался углядеть мертвого дракона как можно раньше. Но тот все равно возник внезапно и словно из ниоткуда.
Ярко-белая вспышка ослепила Джона. Полоса белого пламени сделала ледяной проход через полыхающий ров, ударила в стену замка. Стоявшие на стене защитники обратились в снежную пыль. Каменная кладка в несколько футов толщиной осела и развалилась.
— Сдохни, тварь! — заорал Джон и Рейгаль рванул вперед.
Два чудовища врезались друг в друга. Если бы не ремни, которыми был опутан Джон, он немедленно оказался бы на земле. Так его лишь отбросило назад и припечатало потом к спине Рейгаля. Монстры разлетелись в разные стороны, но на мертвого дракона сверху обрушился Дрогон.