Лео не ответил, он продолжал выжидающе смотреть на своего друга. И это молчание выводило пирата из себя даже больше, чем то непонятное состояние, с которым он никак не мог справиться. Но кое в чём учёный был прав, он, действительно не может причинить никакого вреда Лео и вовсе не потому, что не хочет этого делать — не в состоянии. Кто-то или что-то гораздо более сильное, чем он, блокировало его волю и держало на коротком поводке, как собаку. Он должен сам найти ответ. Только знать бы ещё, где его искать? Стараясь изо всех сил сохранять самообладание, он поинтересовался:
— Ты, ведь, не Лео, верно?
— Верно, — усмехнулся учёный. — Вот видишь, ты уже начинаешь думать в правильном направлении.
— Ничего я не начинаю, — грустно признался Джок, — куда двигаться дальше? Кто ты и что тебе от меня надо?
— Подумай ещё немного, тебе некуда торопиться, — посоветовал Лео.
— Есть куда, — мотнул головой пират, — скоро сюда приземлиться флайер с моим раненым двойником.
Он решил признаться во всём, потому что интуитивно почувствовал, что Карраччи и так всё знает. Вопрос лишь в том, откуда он это знает. Внезапно его осенило — а не явился ли Лео из лаборатории анунаков, как и он сам? Ведь в этом здании, если можно его так назвать, заключено множество самых разнообразных миров и времён. Почему бы не допустить, что каким-то чудом Лео смог попасть туда? Ведь прорываются иногда же все эти твари на Нибиру. Хорошо, пусть не Лео, пусть кто-то другой, но точно оттуда, потому что ни в Вольном братстве, ни в Федерации нет ни одного человека, который бы мог знать то, что знает он, хотя…
А, что, если Кортес не погиб? Такие фокусы в его духе. Он ведь никогда не церемонился со своими воспитанниками, постоянно проверяя их на прочность.
— До этого момента всё шло хорошо, но ты опять свернул не туда, — грустно сказал Лео.
— Ты читаешь мои мысли?! — Возмутился Джок. — Не знаю, когда ты этому научился, но не ожидал от тебя такой подлости.
— Я их не читаю, я их знаю, Феликс, а это, согласись, не одно и то же.
Стало легче. Теперь уже мысли вновь обрели привычную лёгкость, в отличие от тела, оно по-прежнему отказывалось подчиняться своему хозяину. А вслед за этим пришло понимание, что кое в чём Лео прав. Здесь нужен иррациональный подход, если не сказать проще — бред. Чем бредовее, тем вернее. Он пытался все подогнать под привычные стереотипы, но когда дело касается Нибиру и лаборатории, все его умопостроения рушатся, как карточные домики.
Учёный довольно улыбнулся и потянулся в кресле, как только проснувшийся кот. 'Нет, — подумал Джокер, — это точно не Кортес. Это кто-то другой'. Его размышления прервал осторожный стук в дверь. И тут же, не дожидаясь приглашения, в комнату вошла Рита.
Она бросила взгляд сначала на Лео, потом на Джокера и сразу поняла, что здесь происходит что-то странное.
— Я вас жду, жду, а вы здесь застряли, — обиженным голосом сказала она. — Понимаю, что вам нет нужды переживать по поводу того, что я скоро возвращаюсь домой, но могли бы хотя бы видимость создать. Я чувствую себя полной идиоткой.
— Я тоже, усмехнулся Джок, — и даже в большей степени, чем ты.
Девушка решила, что пират вновь над ней издевается. Ему-то, как будто, удивляться особо нечему, всё ясно и понятно. Она всё ещё надеялась на то, что вот сейчас Джок попросит её остаться. Нет, Тортуга, как и всё Вольное братство, не казалось ей идеальным местом для жизни, но с некоторых пор она готова была согласиться с тем, что и сама Федерация далека от идеала. А, если хорошо постараться, то выжить можно везде. Вот только Джокеру вряд ли удастся внушить эту здравую мысль. Он твёрдо решил отправить её на Землю, к дяде и его абсолютно не волнует, чего хочет она. Рита обиженно шмыгнула носом, но до слёз дело не дошло — не хватало ещё, чтобы она так опозорилась перед этими двумя, взрослыми и много чего повидавшими на своём веку, мужчинами.
— Марго, нам надо с Лео кое-что обсудить и ты нам мешаешь, — пират старался, чтобы голос его звучал как можно мягче. — Подожди нас внизу.
И тут в девушке проснулась наследница рода Вершининых — капризная и хорошо знающая себе цену! Она одарила мужчин презрительны взглядом и тоном оскорблённой императрицы процедила сквозь зубы:
— А, может быть, мне вообще самой убраться отсюда? Ага, прямиком через лес и не важно в каком направлении — это уже роли не играет, ведь главное, чтобы я поскорее оставила вас в покое и перестала мельтешить перед глазами.
Хозяин дома и его друг переглянулись и рассмеялись. Рита казалась забавной в этом своём 'благородном' негодовании.