Джокер пожал плечами. Он не собирался открещиваться от своего прошлого. Да, он был Исполнителем. Да, он убивал людей, убивал жестоко. Но это были преступники и получили они то, что заслужили. Вот только никогда за всю свою жизнь ему и в голову не приходило, что людей можно было использовать, как корм и не важно для кого. Ему попадалось несколько людоедов, но даже их он казнил, не прибегая к таким экстремальным методам… Хотя… Джокер усмехнулся, вспоминая, как он заставлял одного из этих извращенцев пожирать самого себя. Он аккуратно отрезал от тела мерзавца ровные порционные куски и запихивал ему в рот…
Дверь распахнулась и перед глазами пирата возник большой холодный зал, облитый синим светом. Джокер немного замешкался, но потом, всё же вошёл. И эта дверь тоже захлопнулась сама собой, казалось бы, какая ерунда, но почему-то мужчине показалось, что это кто-то невидимый закрыл за ним клетку, в которую он сам добровольно вошёл.
— Смотри, — сказал мальчик, — вот они — корм. Здесь они хранятся до тех пор, пока в них не возникнет необходимость. Видишь ли, корм долго не живёт. Почему-то они убивают сами себя и друг друга. Смешные создания, чего им не живётся?
Джок мог бы ответить ему на этот вопрос, но понимал, что никому этот ответ не нужен. Он всматривался в длинные ряды ледяных призм, внутри которых неподвижно застыли человеческие тела, слишком бледные, чтобы быть живыми людьми. Это напоминало какую-то сюрреалистическую картину. В помещении было слишком холодно, но пират не спешил уходить. Он поймал себя на мысли, что его завораживает это необычное зрелище, была в нём какая-то противоестественная красота и величие. Он шёл по залу, всматриваясь в лица людей, такие безмятежные и неподвижные, что не верилось, что когда-нибудь эти создания смогут ожить. Необычное состояние охватило его, как будто время замедлилось и стало настолько тягучим, что казалось, будто его можно даже потрогать. Джокер усмехнулся. 'Забавно, — подумал он, — а можно дотронуться до времени, если сильно изменить его свойства?'. Он вспомнил свои эксперименты с временем и то, насколько ему после этого было плохо.
— Чёрт! — Вырвалось у него. — Зачем ты это делаешь?
Он обернулся, но Абсо исчез, лишь полуотрыкрытая тяжёлая дверь говорила о том, что мальчишка здесь действительно был. Пират выругался и рванул к двери. Почему-то ему казалось, что стоит немного помешкать, как она вновь захлопнется и тогда он никогда не сможет отсюда выбраться.
Он стоял в пустом коридоре и смотрел по сторонам. Мальчишка, как сквозь землю провалился. Джокер стал долбиться то в одну, то в другую дверь, но все они оказались надёжно запертыми. Тогда он направился к выходу. Джок и сам не мог понять, почему ему так тревожно, такое с ним бывало крайне редко, можно сказать, что ничего подобного в его жизни вообще не было. Тревога нарастала с каждым шагом, становилась почти материальной. Когда он, наконец, добрался до входной двери, сердце его непривычно гулко забилось. Он изо всех сил пнул её ногой, будучи абсолютно уверен, что и она надёжно закрыта. Какова же была его радость, когда дверь с тихим шуршанием распахнулась! Но… Выхода не было. Перед глазами Джокера возник ещё один тёмный коридор с множеством запертых дверей. Ему даже показалось, что это всего лишь зеркало, которое отражает то, что находится у него за спиной. Пират сделал шаг и услышал, как массивная дверь за ним автоматически закрылась.
— Вот малолетняя сволочь! — Выругался Джок, идя по коридору и толкая одну дверь за другой. Все они оказались заперты, впрочем, ничего другого он и не ожидал. Но надо было искать выход. Пират уже понял, что это будет нелегко. Он вспомнил своё новое жилище, находящееся одновременно сразу в двух разных местах.
— Что вам от меня надо? — Крикнул он, не очень-то рассчитывая на ответ. — Какого чёрта?! Выпустите меня отсюда!
За его спиной раздалось тихое покашливание. Джокер резко обернулся и замер. Метрах в десяти от него стояло странное существо. Оно было большим, серым и отдалённо напоминало, стоящего на четвереньках человека, очень отдалённо.
— Твою мать, — выругался пират. — Что за тварь?!
Серая кожа существа бугрилась многочисленными наростами, четырёхпалые конечности мерно скребли холодный пол, изо рта капала вязкая слюна. Но больше всего Джока поразили глаза чудовища, человеческие глаза, полные страдания и боли. Он был Исполнителем, он привык видеть это выражение на лицах своих жертв, но тот момент перед ним стоял не человек. Странное создание больше походило на животное или на жертву каких-то чудовищных экспериментов. Скорее всего, так всё и было, ведь это лаборатория. Для себя Джокер сделал вывод, что анунаков никак нельзя упрекнуть в излишнем гуманизме.