- Какого дня? Чтобы ударить меня? – спросила, и в горле сразу пересохло.
- Если бы ты знала! – И Фернанда замахнулась снова, и снова Мия схватила ее руку, сопротивляясь удару. – Так не пойдёт! Я должна!..
- Господи, зачем? – закричала Мия.
- Господи, зачем? – передразнила ее подруга. – А каком боге ты говоришь? О своем?
- О нашем, - взмолилась Мия.
Испуганно девушка посмотрела на дверь. В нее до сих пор так никто и не вошел, и это вызывало подозрение. Она не в первый раз в этом клубе. В уборной всегда было большое скопление девчонок, как и в каждом общественном женском туалете в любом клубе и в любой стране. Но только почему-то не здесь и не сейчас! Позвать бы на помощь, но кричать нет смысла. Из-за двери доносилась громкая музыка, и столько шума - маловероятно, что кто-то услышит. И если помощи ждать неоткуда, то Мия решила атаковать. Собрав внутри всю внутреннюю силу, она налетела на Фернанду, и сбила ее с ног. Фернанда упала, и разбила себе лоб. Мия хотела быстро отойти, но мулатка задержала ее, схватив за ногу. Мия упала. И снова борьба. По холодному белому полу катались две молодые девушки.
Агрессивная Мия в планы Фернанды не входила. Напротив, она думала, что Мия - глупая овца, а поэтому справится с ней быстро. Фернанда хотела вырубить ее одним ударом руки. Тем более по размеру Мия была мелкой - она же сама говорила, что ее вес «сорок пять кэгэ». Мия должна была отлететь от ее удара на несколько метров, и удариться о стену, разбить себе голову, а потом бы Джек зашел и сделал бы свое дело. Но она вместо плебейской покорности принялась защищать себя, как разъярённая львица… это все не по плану… и Джек задерживается не по плану…
Фернанда завыла, вытянувшись на полу, ее тело дернулось судорогой. Левой рукой Мия держала подругу за черные волосы, а ногти правой руки острой бритвой скользнули по лицу Фернанды. Открыв рот, мулатка закатила глаза, и застыла, глядя в потолок. Изучая ее оцепеневший и исступленный взгляд, Мия испугалась и, разжимая пальцы, выпустила из рук волосы подруги. Пряди черными волнами упали на белую плитку пола. Фернанда перевела на Мию взгляд и выпучила глаза, потрогала трясущимися руками лицо. На лице три царапины медленно наполнялись кровью. Мия отползла от подруги и забилась в крайний угол. Губы дрожали. На лице – страх и непонимание того, что же все-таки происходит. Фернанда повернулась к зеркальной стене и посмотрела на себя – ее лицо разбито и расцарапано, в глазах - ужас.
- Я не хотела, - хриплым, но твердым голосом сказала Мия, - сама виновата.
Застывшая перед зеркалом Фернанда не ответила. В этот момент открылась дверь и, тяжело ступая пыльными ботинками на белоснежный пол, зашли трое мужчин. По одежде и выражению лица Мия поняла, что они - жители фавел. А значит, бандиты… и значит, это конец. Подруга оказалась ее злейшим врагом. Смог бы ее спасти Эйтор, оказавшись в дверях? Наверное, нет, но он бы попытался, и Дави бы тоже попытался. Трое мужчин равнодушно посмотрели на Фернанду и прошли мимо, направляясь к Мии.
- Господи! – прошептала Мия.
Бандиты наклонились над ней и Мия увидела прямо перед собой их ужасные обветренные и спаленные солнцем лица, заглянула в их бесчувственные и безумные глаза, вдохнула их запах, который смешал пот, алкоголь и табак в какую-то удушливую вонь.
- Хорошее личико, - сказал один.
- Да, милое, и зачем ты придумала такое наказание, Фернанда? – спросил второй. – Жестокая ты, девочка.
Фернанда медленно и неуклюже поднялась с пола. Она подошла к самой двери и встала позади бандитов, дав им возможность и территорию, чтобы разобраться с подругой. А Мия стояла у дальней стены, и желала слиться с ней воедино, потому что лица бандитов находились слишком близко к ее лицу, и вызывая страх, почти прикасались к ее чуть загоревшей коже.
- Да не бойся, мы не убийцы, и не насильники. Хотя, если ты не против... – третий улыбнулся Мии в лицо.
- Не надо, - сказала Фернанда, - делайте то, зачем пришли.
То, что сказала Фернанда, прозвучало, как приказ. Фернанда сказала твердо и уверенно. Так говорит только главарь или тот, кто платит. И один бандит, с татуировкой на шее в форме трехлиственного клевера, послушался Фернанду. Он вынул шприц и стеклянную ампулу из кармана, вскрыл ее двумя пальцами, и наполнив шприц желтой жидкостью, три раза пальцем по нему постучал, убрав воздух.