- Очень красиво. - Аня приняла из его рук бокал вина и повернулась к Максу, мягко улыбаясь ему. – Спасибо.
И он сам не знал, за что она благодарит его – то ли за напиток, то ли за то, что показал ей.
- Всегда пожалуйста, - Макс галантно поклонился, отпивая глоток вина. – Ты спать ещё не хочешь?
Она отрицательно помотала головой и вопросительно взглянула на него, но тут же поспешно отвела глаза.
- Не хочу.
А после отставила бокал в сторону и вновь посмотрела на Макса. Он сделал шаг к ней. Всего один, почти незаметный и повторил жест Ани, отставляя напиток. Похоже, он ни черта не разбирался в женщинах, потому что совершенно не представлял себе, что делать дальше. А вдруг она испугается, как тогда, и Макс всё испортит? Наконец, решившись, он притянул её к себе, наклоняясь и нежно целуя в губы. Аня сделала судорожный вдох, и Макс замер, не торопясь продолжать, но и не спеша оканчивать свою ласку. Она была напряжена, но постепенно расслабилась и вот уже руки Ани прижимают его к себе, слишком сильно, слишком поспешно. Словно она хочет удержаться на плаву, а сама идёт ко дну.
- Это всего лишь я, - Макс с трудом разорвал поцелуй и отстранился. – Всего лишь я, - повторил хриплым шёпотом, снова обхватывая её губы в поцелуе.
Как они оказались возле постели, он не помнил. Потому что Аня теперь целовала его неспешно и медленно, и это сводило с ума. Постепенно избавляясь от одежды, не торопясь и не желая напугать её, Макс подводил Аню к тому, что неминуемо должно было произойти между ними сегодняшней ночью. Но хотел оставить право выбора за ней.
Она лежала под ним, а он навис сверху, опираясь на вытянутые руки и вглядываясь в её глаза, мерцающие в полумраке.
- Это всего лишь я, - произнёс еле слышно, желая вложить в эти слова тот смысл, которого и сам ещё толком не понимал. Он просто чувствовал, что должен успокоить Аню, но причину того, почему она так судорожно хватается за него, словно он является единственной спасительной соломинкой, не понимал.
Макс подался вперёд, входя в тело Ани и замирая, нежно прикоснулся губами к закушенным губам, двинулся поцелуями по влажным щекам, к прикрытым глазам, из которых безостановочно текли слёзы.
- Маленькая моя, - он отстранился, и Аня распахнула глаза. – Если ты не хочешь, давай не будем.
Вместо ответа, она обхватила его ногами, прижимая к себе настолько близко, насколько это вообще было возможно. Провела ладонями по спине, царапая кожу ногтями, заставляя Макса вздрогнуть от сладкой боли. От того ощущения, которое дарило понимание, что он в ней. Не только в физическом смысле. Макса накрыло ощущением, будто он растворяется в Ане и в том, что было у них сейчас.
После его движения стали более резкими и быстрыми, и ему показалось, что мир вокруг словно бы завихряется, вбирая их с Аней и эту самую ночь внутрь какого-то маленького и совершенно нового мира. В котором были только они и их время. Время странного горько-сладкого счастья.
- Мам, ты кофе со сливками будешь или чёрный? – Аня распахнула дверцу холодильника и вынула оттуда упаковку порционных сливок, а также коробку с тортом.
- Давай со сливками. Гулять так гулять, - махнула рукой энергичная брюнетка, входя в кухню и на ходу вытирая руки о захваченное из ванной полотенце.
- Окей, значит, будем гулять. - Аня положила сливки на стол и принялась развязывать тоненькие ленточки, которыми была перевязана коробка. Её взгляд машинально нашёл лежащий на диване телефон, и это не укрылось от бдительного ока матери. Аня ждала смс от Макса, с которым они договорились сходить куда-нибудь вечером. Макс был предупреждён, что сегодня она обедает со своей мамой, потому звонить вроде как был не должен.
- Ждёшь звонка? – Светлана Максимовна постаралась, чтобы её вопрос прозвучал как можно более легко и просто, но в нём всё равно послышалась нотка беспокойства.
- Не совсем, - Аня мягко улыбнулась матери и принялась выкладывать на тарелки куски торта. – Смс-ку.
- Понятно, - Светлана кивнула и устроилась на диване, покосившись на сотовый дочери и нахмурившись.
- Мам, даже в голову не бери. - Аня налила себе чай, а маме - чёрный кофе. – Макс…
Она запнулась, усаживаясь напротив и задумчиво вертя в руках ложку. А какой он – Макс? То непонятный, то настолько близкий и родной, что порой понимание этого факта вводит в ступор. Но неизменно Макс был тем, к кому так сильно тянуло, что Аня и сама не понимала, что с ней происходит. Иногда чувство, что она с ума сойдёт, если вдруг Максим исчезнет, накрывало её с головой. Она поспешно прогоняла его прочь, но оно неизменно возвращалось.