— Принести фруктов?
— Нет.
Я чувствовала, что несмотря на то, что ничего не ела с утра, вряд ли смогу что-нибудь проглотить.
Пока я пила, Класо принесла белую тунику с красными кожаными ремешками. Спереди красными нитками у неё была вышита бабочка с большими крыльями, расшитыми мелкими рубинами. Туника была моей любимой, и Класо, очевидно, хотела меня поддержать.
— Это подойдёт, Мелания?
— Конечно.
С её помощью я облачилась в белый наряд и уселась перед зеркалом, глядя как Класо колдует над моими волосами, собирая их в низкий пучок и украшая красной лентой. Я сделала ещё большой глоток огаспуса, чувствуя, как в меня вливаются силы. Как раз то, что необходимо.
Главная площадь уже была заполнены людьми, гомонящими в предвкушении зрелища. Все наказания в Макроситании осуществлялись прилюдно. Кириллос говорил, что не хочет ничего скрывать от мавросов. Любил повторять, что сильным людям надо учиться на чужом примере. В основном наказаниями были удары плетьми. Иногда, если подчинённый сильно провинился, маврос сражался на арене с диким животным. Как правило, в тот момент, когда зверь побеждал, на него натягивали сетку, и правитель устраивал голосование, решающее судьбу провинившегося. Решающий голос принадлежал правителю. Мавроса не отдавали на растерзание зверю, а сбрасывали со скалы Танат. Перед этим ему разрешали проститься с родными.
Я считала эти законы незыблемыми и не собиралась их менять, руководствовалась правилом, что, принимая власть, нельзя сразу вносить изменения, поскольку это может ослабить силу королевства. Сначала нужно взять функционирующую систему управления в свои руки.
Когда я появилась, отец в белой шёлковой тунике, подпоясанной кожаным ремнём, уже сидел на своём троне, держа в руке резной скипетр, украшенный камнями. Его чёрные с проседью кудрявые волосы были зачёсаны назад и перехвачены лентой.
По правую руку от него располагался совет из пяти мужчин, облачённых в чёрные одежды. Через ближайшего к нему советника, у которого на голове была красная шапочка, отец высказывал свои замечания.
Наказания делились на три части. Самое лёгкое состояло в ударах плетьми, количество их определялось отдельно. Средней тяжести заключалось в сопротивлении зверю. При этом мавросу полагался кинжал. При особо тяжких прегрешениях маврос приговаривался к смерти через сбрасывание со скалы.
Я поклонилась Николосу, он чуть нахмурился и указал мне на стул с высокой спинкой рядом с ним.
Я села, стараясь казаться спокойной. Привели пьёни. Обнажённый до пояса, маврос еле стоял на ногах, охранникам из башни пришлось поддерживать его под руки. Я с облегчением заметила, что это не Алиан. Это был старый и худой пьёни. Глашатай объявил, что подсудимый обвиняется советом Мавроситании в потере бдительности во время ночного дежурства. А именно — заснул на посту.
Маврос уже отсидел в башне, не в той, в которой находился Алиан. И теперь из-за отсутствия света и еды — узникам подавали только воду — еле ворочал языком, принося свои извинения и обещая, что больше такого не повторится.
Отец повернулся ко мне.
— Какое наказание придумаешь ты, будущая правительница Мавроситании, для этого пьёни?
Как правило, я редко присутствовала на таких мероприятиях, а когда всё же приходилось, изо всех сил старалась не давать волю чувствам, принимая сторону отца и, напоминая себе, что мы обязаны быть сильными и держать наших людей в повиновении.
— Думаю, будет достаточно наказания плетьми, — сказала я. — Только не очень много, он еле держится на ногах после башни.
Отец нахмурился и произнёс спокойным голосом:
— Ты считаешь, что пьёни, который заснул на посту, должен понести такое лёгкое наказание? Что будет с государством, стражи которого спят на посту?
— Но этот пьёни не был не единственным, кто был на охране, — пыталась защитить его я. — И он не вынесет нападения зверя и совершенно точно не заслужил Танат.
— Отлично, Мелания. Спросим у народа.
Сегодня я смотрела на мавросов другими глазами. Мне вдруг стало интересно, что придумал бы Вэзил, окажись он на моём месте. Какие наказания — а они должны быть! — существовали в Аспроситании? Я знала одно — у них абсолютно точно отсутствовал смертельный приговор.
— Наказания плетьми вполне достаточно, — повторила я. — Отмени прилюдное наказание. Прошу тебя.
— Если я окажусь слаб, ты думаешь эти сильные люди станут поддерживать меня? У нас два происшествия за такой короткий срок. Один заснул на посту, а другой позволил тебе обойти охрану главной башни. Я уже не говорю о посягательстве на королевскую особу. Одно это заслуживает Танат.