Сибилла рассмеялась.
— Погоди, Вэзил. Дай я посмотрю на тебя, — она взяла его за руки и некоторое время смотрела на него своими немигающим бледно голубыми глазами. — Ты становишься всё красивее и мужественнее с каждым днём. А твой старший брат, как всегда, перевернул твою душу.
Она встряхнула своими длинными белыми волосами, которые носила распущенными, отмахиваясь от тех кто считал, что ей это не по возрасту. Каждый волос священен, каждый волос — связь с высшим миром, говорила она. Чем длиннее волосы, тем больше посланий можно получить оттуда.
— От тебя ничего не скроешь, — усмехнулся Вэзил, пытаясь освободиться из её крепких пальцев и, обращая внимание, что, несмотря на то, что за время своего отшельничества Сибилла похудела, из её глаз так и лились мудрость и доброта.
— Мой милый. Тебе не нужно злиться на меня. Я всегда молилась о тебе.
Вэзил вдохнул.
— Тогда зачем ты убедила его, чтобы я... Нет, это настолько ужасно, что я не могу это произнести. Зачем, Сибилла? Что, может быть хуже для человека, как не возможность строить свою жизнь по собственному выбору? Почему я должен делать то, что против моего сердца?
— Я шла к нашему королю, но думаю, больше нужна тебе. Где мы можем уединиться, чтобы нам никто не мешал?
— Я не стану об этом говорить, — Вэзил сжал губы так сильно, что они превратились в одну линию. — Всё, что я хочу сейчас, это остаться один.
Старуха смерила его взглядом.
— О, Вэз, впервые в этом мире всё против тебя и тебе кажется, что нет выхода. Идём же. Что-то подсказывает мне, не оставлять тебя одного в таком состоянии.
Отпустив его руки, Сибилла взяла его за локоть. Вэзилу ничего не оставалось, как покориться. К тому же ему действительно будет полезно кое-что узнать.
Они шли молча. Вэзил приноровился к медленным шагам Сивиллы, чувствуя, как странным образом успокаивается. По опыту он знал, что стоит Сивилле прикоснуться к кому-нибудь, как она знала всё, что таил в себе этот человек. А ещё он знал, что уж кто-то, а Сибилла не могла случайно оказаться на его пути в такой переломный для него момент. Она специально шла, чтобы перехватить его.
Пока они шли через анфиладу светлых комнат, Вэзил впервые задумался, что их дворцу не хватает красок. Слишком много золота и мягких линий. Слишком много солнца льётся из окон, доходящих до пола.
В одной из комнат им попалась Ксантия. Ярким пятном на фоне пастельных тонов, выглядело её красное платье. Увидев Вэзила с Сибиллой, её лицо приняло недовольное выражение.
— Змея, — хохотнула Сибилла. — Надеялась тебя перехватить, но мои старые ноги пришли раньше, чем она. Разоделась. Красный цвет увеличивает энергию.
Одна из комнат, отведённых Вэзилу во дворце, куда он привёл Сивиллу, служила его гостиной. Здесь он принимал гостей и посетителей. В центре стоял овальный стол, окружённый уютными мягкими, обтянутыми зелёной яркой тканью кресла. У левой стены стояли два дивана, обтянутых тёмно-серой тканью. Над ними на стене висела коллекция кинжалов и шпаг с резными рукоятями. Вэзил, как и всякий мужчина, любил оружие, но относился к нему, как к произведению искусства, не более. В основном это были подарки от друзей. Сам он ничего не покупал.
По другим стенам висели картины лучших художников Аспроситании, изображавших горы в разном освещении, отчего они выглядели, то чёрными, то фиолетовыми, то нежно розовыми в лучах занимающегося дня. Вэзил любил горы, уходил в них иногда на несколько дней и возвращался обновлённым.
Однажды он встретил в горах заблудившегося детеро, который путешествовал в одиночку и сломал руку. Вэзил помог ему, а тот, обозлённый на Мавроситанию за то, что его изгнали, показал, как можно зайти в тыл Мавроситании.
Заросшая тропка была сложной. В некоторых местах можно было спуститься только на верёвке, а где-то приходилось пробиваться с помощью топора, но этот путь манил Вэзила. Когда позволяла погода, он пробирался сюда, чтобы посмотреть на чёрные башни Мавроситании, удивляясь тому, как изгнанный его предок Маврос построил точно такой же дворец, которым владел его брат. Неприступные башни чёрного и белого королевства позволяли королям отсиживаться в безопасности, пока вокруг них шло сражение. Единственное их отличие заключалось в том, что белую королеву с поля боя убрали, а чёрная по-прежнему сражалась. Ходила легенда о том, что чёрная королева — это та самая Дайана, которая хоть и стала женой Мавроса, но скучает по родному белому королевству.
На одной из картин еле заметно из тумана выступали башни Мавроситании. Задержав взгляд на картине, Вэзил подумал, что в Мелании течёт кровь той самой Дайоны, которая отважно отправилась на пустое место, чтобы показать всем пример смелости и справедливости.