Торги? Я закусил губу. Никогда не смогу привыкнуть!
– Ден? – Рина осторожно сжала мою ладонь.
– Том, отведи экипаж на соседнюю улицу, я скоро вернусь.
И спрыгнул на снег. Рина тут же помчалась за мной.
– Не надо! Не ходи. – Обернулся к ней.
– Я тебя одного не оставлю.
И повисла у меня на локте. Некогда было пререкаться. Тем более что я собирался лишь взглянуть и вернуться назад.
Мы пробирались сквозь толпу. Конечно, пропускать нас не хотели – приходилось орудовать ногами, локтями и другими частями тела. Была бы у меня Тьма, вот бы все шарахнулись в разные стороны! А вот демон тут бесполезен. Он по-прежнему подозрительно молчал. И я не знал, чего от него ожидать. Эдакая позиция невмешательства в личное пространство друг друга. Зачем мне было нужно взглянуть на торги? Кто его знает? Наверное, хотел напомнить себе, с какой целью вообще ввязался в эти глупые игры с престолом соседнего государства.
– Ты в порядке? – спросила Рина.
– Да. А что? – Обернулся к ней.
– Ничего. Просто ты странно себя ведешь, и глаза все время блестят зеленым.
Демон? Тогда почему я ничего не чувствую? Будем ждать, пока начну выпадать из реальности? Закусил губу. Скверно! С демоном надо было разобраться, но я пока не знал как, да и способы были ограничены. Дома, в Виардани, давно уже перерыл все источники – ничего. А что, если тот сплав, о котором говорит Том, сможет блокировать и демона? Это было бы занятно и полезно. Ради такого я не только помогу Тому занять престол, но и сам стану королем Альзеана. Более того, пришедшая в голову мысль казалась реальным выходом.
Я остановился – и толпа чуть нас не поглотила. Зато отсюда было видно страшный помост – пока еще пустой, но публика терпеливо ждала. Ценных рабов, говорите? В чем же такая ценность?
– Мне жутко, – прошептала Рина.
Я больше прочитал по губам, чем услышал её слова.
– Говорил, оставайся в экипаже. – Щелкнул её по носу. Девушка тут же нахохлилась, как птичка, а я увлек её еще немного вглубь. Мысленно напомнил себе не делать глупостей. Мы только посмотрим – и уйдем.
– Нет, я с тобой.
Упрямица! Обнял Рину за плечи, чтобы никто не толкнул. Мы выбрали местечко, с которого было видно происходящее – и как раз вовремя. Заревели трубы, заложило уши от поднявшегося гомона.
– Неужели людям и правда это нравится? – спрашивала Рина.
– Видишь, как они довольны? Конечно нравится. И дело не только в том, что такие торги – развлечение для толпы. Готов поспорить, они радуются, что на помосте стоят другие, а они здесь, внизу. Сразу чувствуешь себя королем жизни, не правда ли?
– Нет, – вздохнула Рина. – Я чувствую себя жалкой и беспомощной.
– Потому что ты – человек.
Я себя жалким не ощущал, но внутри будто разгорался вулкан ненависти. Я не был святым – нет, ни в коем случае. Подставлял других под удар, и такое случалось. Но рабство было для меня надругательством над самой жизнью. Однако я терпел. Терпел и молчал, когда на помост поднялся высокий и худой, будто высушенный, продавец.
– Жители славного города Ландарина! – заговорил он. – Сегодня вам представляется уникальный шанс купить ценных, необычных рабов.
– Ага, – буркнул мужчина рядом. – Которых не допродали на столичной ярмарке. Точно с дефектом.
Даже так?
– Уверяю, каждый из них стоит целого состояния! Но зима – время праздников, и мы готовы порадовать вас внушительными скидками. Десять лотов. Десять особо ценных экземпляров, которых вы никогда и нигде не купите. Итак, первый лот – девушка с кровью фейри.
В центр помоста вытолкнули обнаженную девчонку лет семнадцати. Впрочем, фейри часто выглядят моложе своих лет, но не в этом дело! Старше она или младше – какая разница? Тоненькая, светлая, она тряслась от зимнего холода. Я сжал кулаки.
– Напоминаю вам, что кровь фейри – особо ценный ингредиент для омоложения, – вещал торговец. – Всего три капли на чашку отвара три раза в день – и эффект поразителен. Не менее ценны молоко фейри и прочие их… части.
Части? Закусил губу. Нельзя вмешиваться. Нельзя вмешиваться. Нельзя!
Девчонка дрожала. С белых ресниц капали слезы. Рина вцепилась в меня так, что стало больно, но я не торопился высвобождаться из хватки.
– Покажи всех! – крикнул кто-то в толпе.
– Да, покажи всех!
Толпа слилась в едином порыве. А я наблюдал, как торговец продолжает нахваливать товар. Еще одна девушка – если верить ему, королевских кровей. Конечно же, не альзеанских. Сразу уточнил, что не невинна – чтобы потом претензий не было. Затем – парень, чуть старше Тома, скованный цепью по рукам и ногам. Кто-то из лидеров сопротивления. Впрочем, здесь я не верил. Будь парнишка приближен к верхушке, его бы казнили, а не продавали. Мужчина и женщина – уверен, муж и жена, потому что слишком уж отчаянно глядели друг на друга. Оказалось, оба – известные артисты, которые влезли в долги.