– Ты так уверенно рассуждаешь об этом.
Еще бы! Я хорошо знал эту политическую кухню. Как знал и то, что мне есть, о чем побеседовать с соседями.
– А что мне остается? – улыбнулся Рине. – Только верить в благополучный исход.
В то время, как мой собственный трещал по швам. Я вдруг почувствовал, как изнутри опалило жаром. Демон? Только не сейчас! Рина слишком близко, он может…
Это была последняя связная мысль. Сознание ухнуло во тьму – иногда припадок начинался так, что я ничего не замечал и позднее не мог вспомнить. А сейчас четко осознавал – я неведомо где, а демон там, с Риной.
– Слушай, ты! – прорычал в темноту. – Если ты хоть пальцем её коснешься…
– То что? – поинтересовалась темнота, и в ней вспыхнули алые глаза. Где-то так с десяток. Они изучали меня, как занятную букашку, которую хотят нанизать на булавку. И чувствовал я себя не лучше той самой букашки, потому что казалось, будто горю изнутри.
– Пусти! – требовал у демона.
– Еще чего.
– Пусти, тварь! Я все равно найду на тебя управу.
– Силенок маловато, – загрохотал чужой смех. – Пищи-пищи, твоя история закончена, Венден, король Виардани.
И вдруг будто что-то выдернуло меня из кошмара. Щеку обожгла боль. Реальная, не иллюзорная. Во все глаза уставился на раскрасневшуюся, пылающую праведным гневом Рину.
– Что? – только и сумел спросить.
– Еще раз… Хоть раз ты позволишь себе подобное, и я в жизни с тобой не заговорю! – заявила она.
– Позволю… что?
– Это! – Глаза леди Лауэр метали молнии. – Если я живу с тобой в одной комнате, это еще не значит, что я – падшая женщина, и можно распускать руки.
– Рина, я не…
– Это был не ты.
Кажется, она поняла. Потому что вдруг шагнула ко мне и крепко обняла. Что за странная реакция? Зато сейчас я чувствовал, как колотится её сердечко. Как дрожат плечи. Хотелось укрыть, защитить от всего мира, а надо было защищать от себя.
– Послушай, – сказал тихо, – если снова заметишь, что веду себя как-то… не так, просто беги от меня! Беги так быстро, как только сможешь. Потому что иначе демон…
– Я этого демона не боюсь. – Рина качнула головой. – Пусть он меня боится. Просто я не поняла, что это не ты. Если бы поняла, все было бы иначе.
– Глупенькая. – Провел рукой по волосам, а Рина вдруг встала на цыпочки и меня поцеловала. Поначалу я сам себе не поверил. Как? Почему? А потом в груди разлилось тепло. Привлек её к себе, покрывая поцелуями лицо, шею. Не хотелось отпускать. Внутри было такое ощущение, как когда долго-долго едешь домой, добираешься до цели и вдруг понимаешь – всё, ты дома. Вот и Рина была моим домом, моим убежищем. Зачем отрицать очевидное? Я привязался к ней. Сильнее, чем мне бы хотелось, а привязанности делают человека слабым и беспомощным. Это я усвоил хорошо. Поэтому в моей жизни их почти не было.
– Давай остановимся. – Рина неожиданно вырвалась из моих объятий, и я понял, что действительно зашел слишком далеко. Это было бы просто – воспользоваться её симпатией ко мне, провести вместе ночь или две. Но я желал чего-то большего. Того, чему и сам не мог подобрать имени – уж слишком страшно оно звучало.
– Ты права. Прости, если обидел.
Сделал шаг назад. Как же мне уберечь тебя, Рина, если ты сама не желаешь поберечься?
Рина
Я не могла уснуть. Все вертелась с боку на бок, будто кто-то поджаривал меня на большой сковороде. Замирала, прислушиваясь к дыханию Дена. Он, кажется, спал, а я раз за разом прокручивала в уме события этой ночи. Те, о которых не собиралась ему говорить.
Я и правда не заметила, когда все изменилось. Мы разговаривали о магии, о нашем плане.
– А что мне остается? Только верить в благополучный исход, – как раз говорил Ден.
– Иногда мало верить, – отвечала я. – Но что делать, если больше нечего?
– Да, ты права. – Он вдруг взглянул на меня как-то иначе. – Веры мало. Надо действовать. Вот только иногда… иногда мне страшно, Рина. Я ведь трус. Страшно понимать, что неизвестно, к чему иду. Что впереди – только ужас и смерть.
– Нет! Мы найдем выход, обещаю.
– Выхода не существует.
Я шагнула к нему. Хотелось успокоить, утешить. Дать понять, что он не один, что я рядом и никогда его не оставлю. Вот только как? Когда Ден меня обнял, в первую минуту не почувствовала подвоха. Лишь подумала, что объятия куда крепче просто дружеских. Губ коснулся поцелуй – жесткий, даже жестокий. Попыталась отстраниться и поняла, что не могу, потому что Ден вцепился в меня, как коршун в добычу. Он резко дернул шнуровку на платье.