— Я так и знал, что вы предложите это, — фыркнул Робин, — возможно, мне стоит благодарить богов, что вы не поспели раньше и не вступили в переговоры с братом — тогда бы он ушел не с половиной, а со всем своим войском. Платите свои долги, как настоящий Ланнистер? В уплату за то, что Цареубийца встал за вас поединком в этом замке?
Глаза Тириона изумленно расширились, потом в них мелькнуло понимание — и «Робин», похоже, уловил это. Надо признать, он быстро сообразил, как загладить свою оплошку.
— Если Цареубийце хоть немного дорога ваша жизнь, — сказал Аррен, — он будет покладистей, когда узнает, что вы наслаждаетесь свежим воздухом в небесной камере. Если же он не проникнется вашими страданиями… что же вам придется тут задержаться. Впрочем, вы в любой момент можете сами прервать срок своего заключения.
Он кивнул стражам и те с готовностью подхватив Тирона под руки, вывели его из Чертога. Тот почти не сопротивлялся, ошеломленный внезапной догадкой — в чертоге с ним говорил не Робин! Может лорды Долины и не разгадали тайну хозяина Орлиного Гнезда, но Тирион, немало общавшийся с Арьей, во время ее визитов на Север, быстро сопоставил вторжение Браавоса с этой странной забывчивостью. До него доходили слухи, что Железный Банк предоставил Арренам большой кредит, на условиях полного подчинения Долины финансовому диктату Банка. Теперь все части головоломки становились на свои места — вот только пользы от этого знания Тириону не было ни на грош. Если он начнет болтать о своих догадках с тюремщиком или кем еще, его сначала изобьют, а потом доложат «Робину», кем бы он не был на самом деле. Тирион жив лишь потому, что Безликий не рассчитывает, что кто-нибудь ему поверит, но стоит ему в этом усомниться — и «человечек» наконец-то полетит.
Набравшись отваги, Тирион лег на живот и подполз к краю, чтобы поглядеть вниз. Перед ним простерлась ужасающая своей необьятностью синева. Внизу проплывали облака, а под ними виднелись далекая земля. Не там ли нашел свой конец настоящий лорд Робин — Тирион почти не сомневался, что его уже нет в живых. Династия Арренов, если не считать боковых ветвей, прервалась — и Тирион был один из немногих, кто знал тайну, способную повергнуть Долину в пучину междоусобной войны.
— Эта тайна уйдет со мной в небеса, — проворчал карлик, отползая от края.
— Может и нет, — раздался позади негромкий голос.
Тирион едва не рухнул вниз, откатываясь в сторону, — тюремщик, чье имя он так и не запомнил, как-то сумел бесшумно войти в камеру. Сейчас он с откровенной насмешкой рассматривал прижавшегося к стене Тириона, но, как не странно, сейчас в его глазах не было обычной злобы. В руках он держал миску с бобами — и, против, обыкновения, он поставил ее на пол, рядом с Тирионом. Не обращая больше на узника внимания, он подошел к краю и уселся, свесив вниз короткие ноги.
— А тут высоко, — негромко сказал он.
Тириону некогда было раздумывать над странностями в поведении мерзавца: торопливо черпая из миски отборные бобы, он жадно давился ими. Украдкой он бросил взгляд на дверь — тюремщик оставил ее раскрытой и, похоже, совсем забыл, увлеченный созерцанием простершейся внизу пропасти. На мгновение у Тириона мелькнула мысль столкнуть тюремщика, но он тут же отмел ее — даже если мерзавец внезапно сошел с ума, у него хватит сил утащить карлика с собой. Вместо этого Тирион метнулся к распахнутой двери, выскакивая в коридор… и тут же вернулся обратно, белый как полотно.
Прямо перед дверью лежал тюремщик: посреди лужи крови, с отгрызенной головой и вспоротым брюхом из которого вывалились жирные кишки. А над трупом, оскалив зубы, стояла собака — обычная, на первый взгляд, дворняга, но что-то в ее рычании и лихорадочно поблескивающих глазах было такое, от чего волосы на голове Тириона встали дыбом. Пятясь задом, он вернулся в камеру и чуть не обгадился, когда ему наплечо легла рука. Подпрыгнув на месте, Тирион заорал, но узкая ладонь закрыла ему рот.
— Дурак! — раздался над ухом знакомый голос, — хочешь чтобы сбежалось все Гнездо!
Не веря своим ушам, Тирион обернулся — и увидел хорошо знакомую ему по Северу, сероглазую девушку с короткими темными волосами и круглым лицом.
— Арья!?
— А ты ждал Императрицу, — ухмыльнулась девушка, — или Сансу?
— А… это, — он кивнул на дверь, в которую уже просунулась оскаленная собачья морда. Тириону показалось, что она ухмылялась.
— Это мой друг, — бросила Арья, — а теперь и твой тоже. Ну, а теперь, сваливаем отсюда, пока этот лже-лорд не хватился важного пленника.