— Еще два дня назад, — передернула плечами императрица, — Браксы, похоже, совсем разучились воевать, коль не могут справиться с шайкой разбойников или дикими зверьми.
— О чем речь? — вмешалась в разговор Арья.
— Кто-то убивает крестьян в Западных Землях, — пояснил Квиберн, — опустошено три деревни, не менее сотни людей погибло — хотя от тел мало что осталось, чтобы сказать наверняка. И ни одного выжившего, кто мог бы рассказать в чем дело. Возможно, это и впрямь серьезно.
— Думаешь, это как-то связано с тем, что происходит в Просторе? — спросила Арья.
— Не знаю, — покачал головой Джейме, — но не думаю. Тут что-то иное. Бракс присылал не только письмо, но и некоторые останки, подобранные в тех деревнях.
— Вы осмотрели их? — обратилась Серсея к Квиберну. Тот кивнул.
— Честно говоря, я затрудняюсь сказать в чем дело, — сказал он, доставая из-под полы небольшой мешок и выкладывая на стол несколько костей, — это нашли среди кучи нечистот, загадивших те деревни. Без сомнения это хищник и очень большой — даже не представляю, кто это мог быть.
— У нас завелся дракон? — Серсея произнесла это почти спокойно.
— Тогда кости бы обгорели, — сказал Квиберн, — да и вряд ли дракону удалось появиться в Западных Землях незамеченным. Люди заметили бы тварь в небе.
— А эта нечисть, кем бы она не была, похоже, приходит из-под земли, — заметил Джейме, — никто толком не знает всех пещер Запада.
— Потому что от них никогда не было проблем, — парировала Серсея.
— Обратите внимание на эти каверны, — продолжал Квиберн, вертя в руках ребро, — их оставило что-то едкое, похожее на кислоту. А еще вот, — он достал из мешка нечто похожее на клубок бечевки, очень прочной и липкой, — это висело в тех деревнях почти везде.
Смутные догадки зароились в голове Брана, но прежде чем он успел облечь их в слова, его сестра пустила мысли собравшихся по иному руслу.
— Я бы посмотрела на это, — Арья указала на обрубок плечевой кости, — она не сломана, а перерублена. И очень чисто — обычная сталь не оставила бы такой аккуратный разрез.
— И это значит…
… что эта тварь лишь прикрытие, — закончила Арья, — кем бы она не была, убивать ей помогает кто-то с оружием в руках. Возможно, именно поэтому никто так и не выжил…
— Ты все-таки рассказал ей все, — упрекнула брата Арья после заседания Малого Совета.
— Не все, — сказал Бран, — кой о чем Душелов советует пока помолчать.
— И о чем же?
— Она и вправду сильно занята, — пояснил Бран, — но пообещала, что как только разберется с делами, пришлет нам кой-кого на помощь.
— Кого именно? — Арья вспомнила беса с лягушачьей мордой.
— Она сказала, что мы сами поймем, когда это произойдет.
Тем временем, Джейме, Серсея и Квиберн собрались в покоях императрицы.
— Я не хотел говорить там, — сказал Квиберн, расстилая карту, — не посоветовавшись сначала с вами. Я много думал об этих всех нападениях и, похоже, уловил в них кой-какую закономерность.
Худой палец заскользил по карте, указывая на точки обозначающие замки и города.
— Первые нападения, — здесь, здесь и здесь, — явно никак не связаны между собой, если не считать того, что все они происходили в горах. Зато потом — палец коснулся некоей точки на карте, — большинство нападений явно сконцентрированы вокруг этого места. Возможно, и исходят оттуда.
Брат и сестра склонились над картой и из их уст почти одновременно вырвался изумленный вздох, сопроводивший название замка, хорошо знакомого им с детства.
— Похоже, вы были правы насчет серьезности этих нападений, — сказала помрачневшая Серсея, — и правы, что не поделились своими замечаниями с этими… Взятыми. Тут чисто семейное дело.
Новые порядки
— Будь ты проклято, отродье Пекла! Когда же ты прекратишь мучить меня!
Удар хлыста и злобный хохот стали ответом на этот крик ярости и отчаяния.
— Я только начала, моя дорогая принцесса! Поверь, у меня есть еще немало задумок, как поступить с твоим прекрасным телом… и душой тоже.
Снова щелкнул хлыст, заставив бессильно повисшую в цепях девушку выгнуться дугой. Густые черные волосы закрыли ее лицо и окутали тело, но даже сквозь них было видно, что истязаемая очень красива, несмотря на чрезмерную худобу и кровавые шрамы, покрывавшие смуглую кожу. Ее мучительница носила наряд, сочетавший одновременно роскошь царицы и бесстыдство блудницы: драгоценные камни сверкали на ее обуви, золотом нагруднике с глубоким вырезом, золотых кольцах и браслетах, украшавших голые руки и ноги. Украшенный геммами пояс поддерживал платье из прозрачного шелка, скорей подчеркивающее, чем скрывавшее округлые груди с аккуратными алыми сосками, округлые бедра и длинные стройные ноги. Аристократические черты лица искривила похотливая гримаса, темные глаза полыхали кровожадной похотью.