Странный сосуд вдруг дрогнул под руками Хармена, а в следующий миг нечто со страшной силой сорвало крышку, со звоном упавшую на пол. Лорд Уллер отскочил, с руганью хватаясь за меч, когда из чаши вдруг взвилось нечто длинное, поблескивающее черной чешуей в свете закрепленных на стенах факелов.
Пораженный лорд Уллер рассматривал существо, медленно выползающее из своего чана. Эта тварь напоминала змею, нет, она и БЫЛА змеей — не менее пятнадцати футов в длину. Но вместо уродливой змеиной морды перед лордом Уллером зависло лицо, потрясающее нечеловеческой красотой. Ни единого человеческого чувства не скрадывало безупречную правильность этих черт, подобавших лишь бессмертному богу или мраморной статуе, высеченной талантливейшим скульптором. Красота этого лика настолько заворожила Хармена, что он словно забыл о том, что за тело венчает эта холодная красота. Всего на миг он ослабил руку с мечом, но и этого хватило неведомой твари. Меж полных губ мелькнул раздвоенный язык, змеиная шея вдруг вздулась огромным капюшоном и гадина метнулась вперед. Острая боль пронзила шею Хармена Уллера, его лицо залилось смертельной бледностью и он замертво рухнул на пол.
Когда на предсмертный крик лорда в чертог ворвались стражники, они нашли лишь холодеющее тело хозяина Адова Холма рядом с черным сосудом со сбитой крышкой.
Огромный змей бесшумно скользил по узким коридорам, отделанным черным камнем. Непроглядная кромешная тьма окружала его со всех сторон: давно остались позади верхние помещения, где горели факелы и все еще металась стража, ищущая убийцу своего лорда. В этих же узких, словно крысиные норы, ходах вот уже несколько веков не ступала нога человека. Сами хозяева замка уже начали забывать сколь велики и глубоки их подземные владения — и что за темные тайны хранятся в самых потаенных их закоулках. Но змей с человеческой головой был привычен к подобным катакомбам: холодные зеленые глаза прекрасно видели даже в кромешной тьме, а магическое чутье безошибочно вело его к своей цели.
Но вот коридор кончился — перед ползучей тварью предстала небольшая пещера, наполненная сернистыми испарениями. В середине пещеры виднелось небольшое озеро, наполненное темной водой. Водоем был неглубок — не более, чем по колено взрослому человеку, к тому же к середине дно озера поднималось кверху, образуя небольшую отмель. И на этой отмели лежал некто, чьи руки и ноги пронзали острые ножи, вырезанные из черной кости, намертво вбитые в каменистую землю.
Змей беззвучно соскользнул в воды отравленного озера и, извиваясь всем телом, подплыл к недвижному телу. Сейчас он видел, что некогда это была женщина — молодая и, возможно, красивая, хотя сейчас о том напоминала лишь прядь длинных серебристых волос, чудом уцелевшая на обезображенной голове. Она, как и остальное тело, казалось, состояло из сплошных шрамов, бугров красного и черного мяса, сочащегося не то желтым гноем, не то серой, пропитавшей изувеченное существо, как и все вокруг. Местами средь шрамов проглядывали осколки костей, одна рука, судя по неестественному изгибу, была сломана и потом неправильно срослась. Вместо носа зияла черная дыра, уходящая вглубь плоти зияющей впадиной, зубы, — крепкие, сияющие белизной, — почти не прикрыты губами, превратившимися в уродливые ошметки. На обезображенной плоти по живому вырезаны некие буквы, складывавшиеся в уродливые письмена. Такие же странные знаки покрывали и костяные ножи, пронзавшие конечности пленницы.
Злая насмешка мелькнула в зеленых глазах, раскачивающегося над телом человекозмея, полные губы дрогнули, исторгнув звуки нечеловеческой речи.
— Рейнисссс, — прошипела тварь, зависнув над обезображенным лицом, — просниссссс.
Обезображенные веки шевельнулись и на змея взглянули дивной красоты фиалковые глаза, искаженные вечной мукой.
Нетопырь
Ночь легла на Харенхолл, величайшую твердыню Речных Земель. Более трехсот лет минуло с тех пор, как Эйгон-Завоеватель обрушил на стены замка пламя Балериона Ужасного, уничтожив надменного Харрена Черного и весь его род. С тех пор замок стоял полуразрушенным и не один из сменявших друг друга скоротечных властителей, так и не смог восстановить его в полной мере. «Проклятое место» — такие слухи ходили вокруг замка, все более обрастая нелепыми байками и жуткими легендами. Однако воистину проклятым замок стал лишь когда в Вестерос явился Ловец Душ.