Пока мы с Кейт быстрым шагом возвращались в здание на Федерал-Плаза, я читал вслух данные, полученные от Кэла.
– Боб Каллум, Колорадо-Спрингс, академия ВВС. Стивен Кокс, пометка «погиб в бою», Персидский залив, январь, тысяча девятьсот девяносто первый год. Пол Грей, Дейтона-Бич, Спрус-Крик, Флорида. Уильям Хамбрехт... про этого мы все знаем. Джим Маккой, Вудбери, Лонг-Айленд. Билл Сатеруэйт, Монкс-Корнер, Южная Каролина. Черт, где это? И последний... Чип Уиггинз, Бербанк, Калифорния, но Кэл сообщает, что этот адрес и номер телефона зачеркнуты в записной книжке Уэйклиффа.
– Я пытаюсь проследить маршрут Халила, – сказала Кейт. – Он уезжает из аэропорта Кеннеди на такси, за рулем, предположительно, Гамаль Джаббар. Может, Джаббар отвез его к дому Джима Маккоя?
– Не знаю. Но узнаем после звонка Маккою. – Я на ходу набрал номер домашнего телефона Маккоя, но мне ответил автоответчик. Не желая оставлять слишком тревожное сообщение, я сказал: – Мистер Маккой, говорит Джон Кори из ФБР. У нас есть основание считать, что вы можете стать объектом нападения со стороны человека, который хочет отомстить вам за участие в авианалете на Ливию в тысяча девятьсот восемьдесят шестом году. Пожалуйста, предупредите местный полицейский участок и позвоните в отделение ФБР на Лонг-Айленде. Мой прямой номер телефона... – Я продиктовал номер и добавил: – Пожалуйста, будьте очень осторожны. Советую вам с семьей немедленно куда-нибудь переехать. – Я выключил телефон и сказал Кейт: – Он может принять этот звонок за розыгрыш, но, возможно, слово «Ливия» убедит его. Запомни время звонка.
Кейт уже достала блокнот и делала в нем какие-то пометки.
– Но он может не получить твое сообщение.
– Давай не думать об этом. Будем надеяться на лучшее. – Затем я набрал номер домашнего телефона Билла Сатеруэйта, а Кейт пояснил: – Я первым делом звоню домой потенциальным жертвам, а потом уже будем звонить в местную полицию.
Снова мне ответил автоответчик:
– Билл Сатеруэйт. Оставьте сообщение.
Я продиктовал сообщение, аналогичное тому, что оставил для Маккоя, а закончил его советом уехать из города.
Далее я набрал номер домашнего телефона Пола Грея во Флориде, отметив про себя, что домашний адрес и адрес работы одинаковы.
И снова автоответчик предложил мне оставить сообщение. Что я и сделал. Мы с Кейт продолжали идти, я набрал рабочий номер Грея.
– Имитационное программное обеспечение Грея. В данный момент никто не может подойти к телефону... – И так далее. Мне не понравилось, что я никого не застал дома, а Грея не было и на работе. Я оставил стандартное сообщение.
Набрав номер рабочего телефона Сатеруэйта, я опять услышал проклятый автоответчик и возмутился:
– Черт побери, да куда они все подевались?
Кейт промолчала.
Уже не надеясь на удачу, я набрал номер Музея авиации на Лонг-Айленде, и тут мне ответил женский голос:
– Музей.
– Мадам, меня зовут Джон Кори, Федеральное бюро расследований. Мне нужно поговорить с директором, мистером Джеймсом Маккоем, по очень срочному делу.
Моя собеседница молчала, пауза слишком затянулась, и я уже понял, что она означает. Наконец женщина промолвила:
– Мистер Маккой... – я услышал всхлипывания, – мистер Маккой мертв.
Я посмотрел на Кейт и покачал головой.
– Когда он умер, мадам?
– Его убили.
– Когда?
– В понедельник вечером. Там в музее полно полиции... в здание никого не пускают.
– А вы где находитесь, мадам?
– В Детском художественном музее, это рядом. Я секретарь мистера Маккоя, его телефонную линию переключили сюда, и поэтому...
– Понятно. Как его убили?
– Ох... его застрелили... в самолете... с ним был еще один человек... может, хотите поговорить с полицией?
– Пока нет. Вы знаете, кто был тот другой человек?
– Нет... то есть да. Миссис Маккой сказала, что это старый друг ее мужа, но я не могу вспомнить...
– Грей?
– Нет.
– Сатеруэйт?
– Да, точно, Сатеруэйт. Простите, но я должна сообщить о нашем разговоре в полицию.
– Сделаете это через минуту. Вы сказали, его застрелили в самолете?
– Да. Мистер Маккой и его друг сидели в кабине штурмовика... «F-111»... их обоих... и еще убили охранника, мистера Бауэра.
– Понятно. Я перезвоню.
Я отключил телефон, и пока мы с Кейт входили в здание на Федерал-Плаза, я вкратце рассказал ей о том, что произошло. Уже в ожидании лифта я набрал номер домашнего телефона Боба Каллума в Колорадо-Спрингс.
– Резиденция Каллумов, – ответил мне женский голос.
– Это миссис Каллум?
– Да. А с кем я говорю?
– Мистер Каллум дома?
– Полковник Каллум. Кто его спрашивает?
– Меня зовут Джон Кори, мадам, я из ФБР. Мне нужно поговорить с вашим мужем по срочному делу.
– Он сегодня плохо себя чувствует и сейчас отдыхает.
– Но он дома?
– Да. А в чем дело?
В этот момент подошел лифт, но поскольку в кабине лифта связь могла пропасть, мы остались на первом этаже. Я сказал миссис Каллум:
– Мадам, я соединю вас со своей напарницей, ее зовут Кейт Мэйфилд. Она вам все объяснит. – Я прижал телефон к груди и пояснил Кейт: – У женщины лучше получится поговорить с женщиной. А я поеду наверх.
Я передал Кейт телефон и, пока ждал лифт, услышал, как Кейт представилась и сказала:
– Миссис Каллум, у нас имеются основания считать, что вашему мужу грозит опасность. Выслушайте меня, а после того, как я закончу, позвоните в полицию и в местное отделение ФБР. А еще предупредите службу безопасности базы. Вы живете на территории базы?
Подошел лифт, и я уехал наверх, не сомневаясь, что Кейт со всем прекрасно справится. Выйдя на двадцать шестом этаже, я быстро направился в оперативный штаб и уселся за свой стол. Затем набрал номер телефона Чипа Уиггинза в Бербанке в надежде, что мне дадут его новый номер. Однако механический голос магнитофона сообщил, что данный номер отключен и никакой информации не имеется.
Я положил перед собой две странички со списком и отметил, что Уэйклифф, Маккой и Сатеруэйт уже убиты. Пол Грей не отвечал на телефонные звонки, а Уиггинз куда-то пропал. Хамбрехта убили в январе, так почему же тогда никто не задумался об истинных мотивах убийства? Только Стивен Кокс умер естественной смертью, если можно считать гибель в бою естественной смертью для пилота истребителя. Миссис Хамбрехт упоминала, что один из восьмерки очень серьезно болен, и я догадался, что речь шла о Каллуме. Так что воссоединение всей восьмерки на небесах могло произойти очень скоро.
Я принялся рыться в файлах компьютера, помня по прошлому опыту, что отделы по расследованию убийств в некоторых сельских местностях Флориды находятся в ведении Департамента шерифов округов. Я выяснил, что местечко Спрус-Крик находится в Волусии, потом отыскал номер телефона шерифа. Я набрал этот номер, понимая, что надо бы обо всем предупредить Вашингтон. Но пришлось бы долго объясняться и потом срочно составлять письменный отчет. А интуиция подсказывала мне, что первым делом следует предупредить потенциальных жертв.
– Департамент шерифа, помощник шерифа Фоули слушает.
– Шериф, говорит Джон Кори, нью-йоркское отделение ФБР. Я звоню, чтобы предупредить об опасности, которая угрожает жителю Спрус-Крик по имени Пол Грей...
– Слишком поздно.
– Понятно... когда и где?
– Вы могли бы дать свой номер телефона?
– Я дам вам номер общего коммутатора ФБР, попросите соединить вас с Джоном Кори. – Я продиктовал номер и положил трубку.
Секунд через пятнадцать раздался звонок, это был помощник шерифа Фоули.
– Мне сказали, что соединят со штабом Особого антитеррористического соединения.
– Совершенно верно.
– А в чем дело?
– Ничего не могу сказать, пока не услышу ваш рассказ. Дело касается национальной безопасности.
– Да? А что это значит?
По разговору я почувствовал, что этот парень из Нью-Йорка, поэтому решил сыграть на этом.
– Вы ведь из Нью-Йорка, да?
– Да, а откуда вы знаете?