Наша близость явно смущала ее меньше, чем меня. А я на самом деле растерялся, возможно, был даже немного напуган. Ладно, завтра утром во всем разберусь.
– Теперь поговорим о делах, – решила Кейт. – Расскажи мне про того информатора.
Я еще раз рассказал ей про допрос Фади Асвада, это помогло мне почти избавиться от чувства вины перед Бет Пенроуз.
Выслушав, Кейт спросила:
– А ты не думаешь, что это часть хитроумного плана?
– Нет, ведь убили его шурина.
– И все же нельзя полностью доверять его словам, мы просто не представляем себе, насколько безжалостными могут быть эти люди.
– А зачем им надо пытаться убедить нас в том, что Асад Халил приехал в Перт-Амбой на такси?
– Чтобы мы перестали искать его в Нью-Йорке.
– Ты преувеличиваешь. Если бы ты видела Фади Асвада, то поняла бы, что он говорит правду. И Габриель так считает, а я доверяю его интуиции.
– Фади говорит правду о том, что знает. Но это вовсе не доказывает, что в такси находился именно Халил. Но если это действительно был Халил, то убийцу во Франкфурте нам подсунули для отвода глаз.
– Вот именно. – Мне редко приходилось устраивать мозговые атаки в голом виде в обществе коллеги противоположного пола, и не так уж это приятно, как может казаться. Но в любом случае лучше, чем долгое совещание за столом. – Я спас тебя от нескольких недель в Европе в обществе Теда Нэша.
– Вот я и думаю, что ты специально все подстроил, чтобы не пустить меня в Европу.
Я улыбнулся.
Помолчав немного, Кейт спросила:
– Ты веришь в судьбу?
Я задумался. Мою стычку с двумя испанскими джентльменами на Западной Сто второй улице предопределила цепочка событий, после этого я по здоровью ушел из полиции и попал в Особое антитеррористическое соединение. Я не верю в предопределение, в судьбу, шанс или удачу. Я считаю, что нашими поступками управляет сочетание свободного выбора и случайного хаоса и что весь наш мир похож на распродажу женской одежды в шикарном универмаге. В любом случае, надо постоянно не дремать и быть настороже, чтобы иметь возможность сделать свободный выбор в хаотичной и опасной обстановке.
– Джон?
– Нет, я не верю в судьбу. Не считаю, что нам суждено было встретиться и заняться любовью в твоей квартире. Наша встреча оказалась случайностью, а что касается занятия любовью, так это была твоя идея. Прекрасная идея, между прочим.
– Спасибо. Теперь твоя очередь соблазнить меня.
– Я знаю правила. Я всегда присылаю цветы.
– Не надо цветов. Просто будь ласков со мной на публике.
У меня есть хороший знакомый, он писатель и многое знает о женщинах. Так вот, он как-то сказал мне: «Мужчины разговаривают с женщинами, чтобы затащить их в постель, а женщины затаскивают мужчин в постель, чтобы поговорить с ними».
По-моему, вполне мудро. Вот и мне не очень хотелось разговаривать с Кейт Мэйфилд после занятий любовью.
– Джон?
– Ох... ну, если я буду ласков с тобой на публике, то пойдут разговоры.
– Вот и хорошо. А другие мужчины отстанут от меня.
– Какие другие? Есть еще кто-то, кроме Нэша?
– Не имеет значения. – Кейт откинулась на спинку дивана, положила ноги на кофейный столик, потянулась и зевнула.
– Господи, как же хорошо, – промолвила она.
– Я старался изо всех сил.
– Я имею в виду ужин.
– Ох! – Я взглянул на часы. – Мне нужно идти.
– Ни в коем случае. Я так давно не проводила ночь с мужчиной, что уже забыла, как это бывает.
Я усмехнулся. Мне нравилось в Кейт то, что на людях она выглядела и вела себя скромно, но здесь... ну, вы и сами знаете. Это заводит многих мужчин, и я один из таких.
– Но у меня нет зубной щетки, – попытался возразить я.
– У меня есть туалетный набор для мужчин, такие выдают в салонах бизнес-класса. Найдешь там все, что тебе нужно.
– А какой авиакомпании? Я предпочитаю «Бритиш эйруэйз».
– По-моему, «Эр Франс». Там даже есть презерватив.
– Кстати, что касается предохранения...
– Положись на меня. Я работаю на федеральное правительство.
Пожалуй, это была лучшая шутка из тех, что мне пришлось услышать за последние несколько месяцев.
Кейт включила телевизор и легла на диван, положив голову мне на колени. Мой член, зашевелившись, уперся ей в шею, и Кейт со смехом попросила:
– Пусть поднимет мне голову на несколько дюймов повыше.
Мы смотрели все подряд: новости, специальные репортажи и прочую муру, поэтому только в три часа ночи удалились в спальню, прихватив с собой наши пистолеты.
– Дома я сплю голый, но надеваю кобуру с пистолетом, – признался я.
Кейт улыбнулась и, зевнув, надела на голое тело кобуру с пистолетом. Если вы понимаете толк в таких вещах, то согласились бы, что это выглядит очень сексуально. Кейт посмотрела на себя в зеркало.
– Они хорошо смотрятся вместе, я имею в виду груди и пистолет, – сказала она.
– Полностью согласен с тобой.
– Это кобура моего отца. Я не хотела говорить ему, что агенты уже не пользуются плечевыми кобурами. Так что я надеваю эту сбрую очень редко, но каждый раз, когда еду к родителям.
Я кивнул. Оказывается, Кейт Мэйфилд уважала родителей.
Она сняла кобуру, подошла к телефону, стоявшему на ночном столике, и нажала кнопку автоответчика. Раздался голос, который я не мог спутать ни с каким другим, говорил Тед Нэш.
– Кейт, это Тед, звоню из Франкфурта. Мне сообщили, что вы с Кори не прилетите сюда. Зря, думаю, вы оба упускаете прекрасную возможность. По моему мнению, убийство таксиста просто уловка. В любом случае позвони мне. Сейчас в Нью-Йорке уже за полночь, и я подумал, что ты дома. В конторе мне сказали, что вы уехали домой... Кори тоже нет дома. Ладно, можешь звонить мне сюда до четырех утра по вашему времени. – Тед продиктовал номер телефона. – Я тоже буду пытаться поймать тебя в конторе, надо поговорить.
Мы с Кейт молчали, но меня как-то расстроил голос Теда, звучавший в спальне Кейт. Наверное, и она почувствовала то же самое, поскольку сказала:
– Еще успеем наговориться.
– А то можешь позвонить, – предложил я. – Наверное, он сейчас любуется собой в зеркало перед сном.
Кейт улыбнулась.
Наверное, у Теда, как обычно, имелась какая-то своя версия, отличная от моей. А я считал, что убийство во Франкфурте совершено для отвода глаз. Возможно, старина Тед уже понял это, но я зачем-то понадобился ему в Германии. Интересно. Что ж, если Тед просит меня прибыть в пункт Б, то я остаюсь в пункте А. Все просто.
Кейт уже лежала в постели и жестами приглашала меня присоединиться к ней. Я забрался в постель, и мы обнялись. Простыни были прохладными и накрахмаленными, подушки и матрас упругими, как и тело Кейт Мэйфилд. Конечно, лучше лежать с ней в постели, чем отключиться у себя дома в кресле перед телевизором.
Весь мой организм уже практически спал, и только член бодрствовал. Такое иногда случалось. Кейт взгромоздилась на меня, в какой-то момент я полностью отключился, и мне приснился вполне реалистичный сон о том, как я занимаюсь любовью с Кейт Мэйфилд.
Глава 41
Асад Халил разглядывал сельские пейзажи, а «апач» тем временем летел в чистом небе на высоте семь с половиной тысяч футов, держа курс на северо-восток, в направлении Лонг-Айленда.
Билл Сатеруэйт проинформировал своего пассажира:
– Хороший попутный ветер, прилетим даже немного раньше.
– Отлично. – «Попутный ветер сокращает твою жизнь», – подумал Халил.
– Так вот, как я уже говорил, это была самая продолжительная из всех операций. А кабина F-111 не очень удобная.
Халил сидел молча и слушал.
– Эти чертовы французы не разрешили нам лететь над их территорией. А итальянцы молодцы, сказали, что в случае необходимости можно садиться на Сицилии. Так что с вами можно иметь дело.
– Спасибо.
Сейчас самолет пролетал над Норфолком, штат Виргиния, и Сатеруэйт воспользовался этой возможностью, чтобы продемонстрировать военно-морскую мощь Соединенных Штатов.