Так уж случилось, что Елена Владимировна постоянно сажала только те семена, что ей достались ещё от её милой мамы. То есть, от старенькой бабушки её младшего сына.
Мало того, дама использовала лишь те удобрения, что зовут натуральными: коровий навоз, куриный и голубиный помёт, а так же, золу от деревьев, сожженных на дачном костре. Благодаря этим хитростям, у всех огородных растений имелся тот замечательный запах и вкус, что был в них заложен природой.
Вкусный обед завершился прекрасным компотом из свежей красной смородины и ремонтантной малины. Очень крупные ягоды всё ещё украшали большие кусты полисадника. Плюс ко всему, на столе появилось блюдо красными яблоками, со спелыми грушами и тёмно-синими сливами.
Роман так соскучился по стряпне милой мамы, что ел очень много и быстро. Со стороны могло показаться, что он недавно приехал из голодного бедного края. Сразу всем стало понятно, сидит молодой человек на одних фабричных пельменях. А там, как всем известно, внутри серого теста, лежит всё, что угодно, кроме хорошего фарша из нормального мяса.
Елена Владимировна смотрела на голодного сына со слезою в прекрасных глазах. Она всё старалась подложить рослому «мальчику» кусок пожирнее. Ведь никому неизвестно, когда он ещё сможет приехать на дачу? Пусть хоть сегодня поест по-домашнему. Вон, как селовек исхудал!
Поблагодарив за отличный обед, Роман помог маме убрать со стола. Вместе с отцом, сыщик вышел из кухни и присел отдохнуть на веранде. Минут десять они поболтали о том и о сём.
После чего, отец взглянул на часы, которые постоянно носил на левой руке. Молча поднялся. Вернулся к своему верстаку и занялся делом, отложенным при появлении сына.
От обильной еды сыщика потянуло ко сну. Детектив посмотрел гамак, что был прикреплён в тени очень старых, толстых деревьев. Потом, неожиданно вспомнил, что, в это самое время, нужно копать землю «под осень», и весьма устыдился собственной лени.
Парень направился в дом и поинтересовался у мамы, мывшей посуду на кухне: – А где лежат мои старые вещи?
– Там же, где и всегда. – улыбнувшись, ответила Елена Владимировна: – Висят в ближней кладовке, на вешалке.
Роман натянул потёртые джинсы и линялую майку. Ногами он влез в очень древние, но всё ещё прочные туфли, в которых обычно работал на даче. Этим простым башмакам было лет восемь не меньше. Они давно потеряли свой презентабельный вид, но были крепки так же, как раньше.
Умели же делать хорошие вещи в прежние годы, не то что, сейчас. К сожалению простых покупателей, теперь новая обувь совершенно разваливалась через пару сезонов. И это, если тебе повезёт.
Роман вышел из уютного домика, сооружённого из кругляка российской сосны. Его, лет тридцать назад, построили дед и любимый отец. За столь долгий срок, дом тоже ничуть не состарился. Разве, что брёвна слегка посерели.
Парень сбежал со ступенек крыльца и двинулся к небольшому сарайчику, где находился весь инструмент. Он взял самую острую штыковую лопату, какую сумел отыскать. Вышел наружи и хозяйственным взглядом окинул весь небольшой дачный участок.
Лето в этом году выдалось неожиданно долгим и удивительно тёплым. Там, где мама развела огород, всё ещё густо торчали кусты помидоров, украшенные красными ягодами. Каждый плод оказался размером с кулак детектива.
Рядом виднелась ботва медленно увядавшей картошки и начавшие понемногу желтеть длинные плети кабачков с патиссонами. Возле забора стояли шпалеры, увитые стеблями небольших огурцов, покрытых зелёной пупырчатой шкуркой. Все эти растения ещё продолжали расти. Они могли простоять до начала холодных дождей.
Как и в прежние годы, сыщик начал копать голую почву под теми деревьями, с которых родители сняли плоды. Работа была ему очень привычной. Насколько помнил Роман, раньше на неё уходило, где-то восемь часов на сто метров квадратных. Это с учётом обеда и короткого отдыха, через каждые тридцать минут.
Около сотки занимали дорожки, площадки под машину и компостную яму, и, конечно, небольшие постройки: старенький домик, скромная банька, сарайчик со всем инструментом и туалет из досок, типа сортир. Оставалось ровно пять соток земли.
Роман и его старший брат, перекапывали дачный участок за три воскресенья. Причём, оба работали не очень усердно. Самое многое, четыре с чем-то часа за весь долгий день. В тёплое время, они больше купались и загорали на маленькой речке, протекавшей в километре от домика.
Лет пять назад, Вячеслав внезапно собрал чемодан и уехал на Север, зарабатывать деньги. С тех пор, все земляные работы пришлось выполнять одному детективу. Не станешь же сваливать такой тяжкий труд на двух старых людей. Они и так, почти что полгода здесь пропадали.