После заживления раны, нервы, как раньше, передавали двигательные сигналы от мозга. Их принимал крохотный датчик, установленный в чаше культеприёмника, и передавал их микрокомпьютеру.
Затем, сыщик напомнил о том, что те движения, которые мы совершаем в течение дня, называются автоматическими. Подъём, ходьба, одевание – все это, как нам, лично кажется, не вызывает у нас каких-то осознанных мыслей. Тело делает всё, что нам нужно, как бы само по себе.
На самом же деле, любое движение начинается с нервного импульса, который исходит от мозга. То есть, вначале мы думаем: нужно подняться со стула, сделать шаг влево, поднять руку и прочее.
Мозг посылает сигналы в те мышцы, которые должны быть задействованы в каждом конкретном движении. Мышца должна сократиться или расслабится лишь по сигналу, пришедшему к ней из головы. К нашему счастью, процесс протекает так быстро и слаженно, что мы не успеваем понять, как это всё происходит.
В случае с биопротезом всё обстоит намного сложнее. Вначале мозг человека посылает сигнал о нужном движении. Электроды, расположенные у, выведенных к поверхности нервами, считывают эти сигналы.
Электронная усилительная система, встроенная в те электроды, позволяет включать-выключать крохотные электродвигатели. Они перемещают различные части устройства.
Кроме того, все сигналы передаются в микропроцессор, стоящий в протезе. Компьютер следит за работой всего механизма. Он не даёт сервомоторам совершать неверные действия, способные повредить данной конструкции. Так что, устройство исполняет лишь несколько обычных движений, которые подробно прописаны в общей программе.
– Все эти детали весьма интересны, – прервала сыщика девушка: – но как они объясняют те действия, что совершил бедный Владик во время обеда с отцом?
Детектив секунду подумал и начал издалека: – Когда я беседовал с друзьями вашего брата, то с удивленьем узнал, что он никогда не занимался ушу, карате или прочими боевыми искусствами. Он всегда избегал потасовок и был не силён в рукопашных боях.
Зато, во время встречи с отцом, он действовал так быстро и ловко, словно долго учился у мифических ниндзя. То есть, у наёмных убийц средневековой Японии. После выполненья приказа, синоби-но-моно могли убить себя на глазах у всех окружающих. У них это считалось за высшую доблесть.
Подобные действия вашего брата весьма заинтересовали меня. Прямо из морга, я поехал в тот ресторан, в котором случилась трагедия. Поговорил там с системным администратором. Нашёл с человеком общий язык и заплатил ему сколько положено.
После чего, скачал все прочие видеозаписи, сделанные в том помещении, где находились ваши родные. Если хотите, могу их вам показать. Повернитесь к экрану того телевизора, что висит у двери.
Услышав предложение сыщика, девушка слегка побледнела и отрицательно покачала прекрасной головкой. Было понятно, что она не может смотреть на жуткую кровавую сцену.
Роман всё это заметил и продолжил рассказ: – На одной из тех многих записей, что я получил в ресторане, всё видно очень отчётливо. В том числе то, что сделал ваш младший брат, после того, как ударил ножом вашего дорогого отца. Должен вам сообщить, что всё не так просто, как нам показалось вначале.
Во-первых, на лице вашего брата проявился целый букет разных чувств. Из них можно понять, что удар ножом в глаз отца оказался для сына весьма неожиданным. Владик выглядел таким изумлённым, словно он был тут совсем не причём.
Во-вторых, когда острый нож полетел прямо в шею вашего брата, Владик пытался остановить его левой рукой. Он подставил второе предплечье, немного ослабил скорость движения, а потом, постарался отвести остриё от себя. К сожалению Владика, он не успел всё это проделать.
Нож пробил большую артерию и немедленно вышел назад. Ваш брат не хотел умирать, как японские диверсанты-разведчики, после убийства намеченной жертвы. Владик закрыл свою рану левой ладонью. Тем самым, он чуть замедлил истечение крови из пробитой артерии.
Однако, правая рука вашего брата вновь повела себя так, словно она выполняла сторонний приказ. Она бросила нож, схватила другое запястье хозяина и отвела его в сторону.
Если вы помните, то Владислав так и умер, сложив две ладони у себя на груди. Причём, на левой руке остались серьёзные ссадины. Их там оставили крепко сжатые железные пальцы.
– Вы хотите сказать, – воскликнула изумлённая девушка: – что брата убил немецкий биопротез?
– К сожалению, да. – печально вздохнул детектив: – Вернее сказать, не сам биопротез, а тот человек, который им, в тот момент, управлял. Киллер сидел за столом, установленном в небольшом минивэне. Рядом, на стуле был манекен, изображавший вашего дорого отца. Машина была припаркована по соседству с тем рестораном, где находились ваши родные.