Ближе к центру типовой застройки стало меньше, зато появились особняки и когда-то бывшие доходными дома. Улицы замелькали яркими навязчивыми витринами. Геля достала Пятнышко из переноски и спрятала его во внутренний карман пальто, ближе к телу, решила, что так котенку будет теплее. Время от времени зверек рвался на свободу и они мерзли вдвоем. Он – из-за того, что высовывался наружу, она из-за распахнутого пальто.
Повинуясь навигатору, обошла небольшой парк и, почти как странствующий рыцарь на дракона, натолкнулась на группу высоких помпезных многоэтажек. Сверилась с адресом и ухмыльнулась. Похоже, добралась. Опоздала всего на десять минут.
Нужный подъезд нашла без труда, позвонила в домофон, помахала в камеру и вошла внутрь. Вздохнула с облегчением: здесь не было ветра и не мерзли руки и уши. Вызвала лифт, чтобы подняться на нужный этаж.
Кавалер ждал во всеоружии. Из квартиры выглядывал свежий, будто только что из ванной мужчина в тонких джинсах и узкой, подчеркивающей все достоинства фигуры футболке без надписей. Геля посмотрела вниз и сдержала смешок. На ногах у хозяина дома красовались потрепанные жизнью плюшевые единороги. Возможно, когда-то они и производили впечатление гордых животных, но сейчас смотрелись скорее жертвами жадных циркачей.
– Девушкам нравятся, – пояснил он, поймав ее взгляд. – Проходи.
– Высоко же ты забрался, – поделилась Геля, когда они переступили порог.
– Люблю смотреть вдаль, – Ян протянул руки в ожидании, когда она отдаст ему пальто. – От тебя прямо веет холодом. Ничего. Сейчас согреешься, я глинтвейн сварил. Будешь?
– Не откажусь, – гостья поставила переноску около двери, расстегнулась и потянулась достать из кармана котенка. Ян нахмурился.
– Что это у тебя там?
Геля виновато улыбнулась. Отчего-то показалось, что Ян непременно рассердится.
– Котенок. Маленький совсем, –забормотала смущенно. От волнения кровь прилила к щекам, и Геля почувствовала, что краснеет. – Побоялась оставить его дома в одиночестве. Не волнуйся, я посажу его в переноску и все. Он не помешает.
Ян удивленно приподнял идеально очерченную густую черную бровь. Геля прикусила губу: никак не могла разобрать, что он подумал. Наконец-то добралась до Пятнышка и вынула его на свет. Котенок, похоже, умудрился заснуть, а сейчас обиделся на внезапное вторжение и недовольно зашипел.
– С характером, – констатировал Ян. – Можешь выпустить погулять. Приватная часть у меня закрыта, а в гостевой ни ковров, ни проводов, ни мелкого мусора, – протянул руку забрать животное: – Дай погладить. Рано вы его от кошки забрали, и правда совсем маленький.
– Соседка с улицы принесла, мальчишки его обижали, – сообщила Геля и усмехнулась. С котенком в руках Ян выглядел настоящим великаном, почти идеальным античным красавцем. Вероятно, так же смотрелись атланты, когда натягивали одежду и прогуливались, отдыхая от небосвода на плечах.
– Дети не всегда понимают, что творят.
Ян принялся чесать Пятнышко за ухом. Котенок сменил гнев на милость, спрятал когти и притих, наслаждаясь процессом.
– Мы его проглистовали и обработали от паразитов, – неясно зачем добавила Геля. – Он теперь вполне домашний обитатель.
– Даже если и нет, – покачал головой Ян, – это всего лишь кот. Большого урона от него не будет. Раздевайся, мой руки и топай в комнату, а я отпущу пушистика…
– Его Пятнышко зовут.
– Хорошо. Отпущу погулять Пятнышко и похлопочу с глинтвейном, у меня уже все готово.
– Он может нагадить где-нибудь в углу, – выдала Геля последнее предупреждение. Казалось, Ян не очень понимает, что происходит, и рассердится на котенка, если что-нибудь случится.
– Уберем, – заверил мужчина. – У меня была кошка в детстве, я в курсе, что ничто человеческое им не чуждо.
Поставил котенка на пол и прошил гостью взглядом.
– Сама разденешься или помочь?
Геля покраснела еще больше. Помощи с одеждой от питерского мачо ей точно не требовалось.
– Сама, – пообещала она и неохотно скинула пальто. В теле еще хватало холода и расставаться с лишней одеждой не хотелось.
Ян кивнул и, прихватив котенка, исчез за поворотом прихожей. Геля занялась ботинками, мысленно прикидывая, как сориентируется между комнатами без хозяина дома.
В почти квадратном коридоре все оказалось проще некуда. Проход обратно в прихожую спрятался за спиной, напротив, примерно в десяти шагах, распахнутая двустворчатая дверь приглашала в гостиную, по левую руку расположился вход в ванную комнату, а чуть поодаль в кухню. Оттуда доносился слабый аромат гвоздики и красного вина, звон посуды и нечленораздельное мурлыканье. Ян пытался петь веселую песенку. Справа, обозначая границы дозволенного, красовалась закрытая дверь, вероятно, вход в ту самую приватную часть.