– Не меня, – всхлипнула девочка громче и кивнула в сторону стоящей у ног картонной коробки то ли из-под микроволновки, то ли из-под электромясорубки. – Его!
Геля заглянула внутрь. На самом дне, теряясь в картонных просторах, неподвижно лежал котенок. Маленький, не старше месяца, средней пушистости, белый с большими серыми пятнами на спине, боках и лапах. С обрубком вместо хвоста. Геля не взялась бы даже гадать, когда его отрезали, но крови в коробке было немного. Потом перевела взгляд в другой угол и подавила подступивший к горлу спазм. Там, прячась за дополнительным куском картона, лежал маленький пушистый хвостик.
– И мама, как назло, на смене, – провыла Маша, видимо, присутствие знакомого взрослого разрешило ей проявить эмоции. – А они его еще и с третьего этажа скинули.
– Господи…– прошептала Геля. – Кто?
– К Леньке из соседнего подъезда какие-то приятели пришли. Ему четырнадцать, считает себя взрослым! Думает, все можно! Гад!
Маша разразилась рыданиями. Геля только вздохнула. Леньку она не знала, жила в этом доме с одиннадцатого класса, но знакомилась не со всеми. Хватало ближайших соседей и Вики.
Посмотрела на часы узнать сколько времени и потянулась за коробкой.
– Пошли! – позвала Машу. – Покажем малявку ветеринару. Насколько помню, там за углом что-то вроде дежурного пункта. Мама когда придет?
– Утром, как обычно, – девочка вытерла слезы и поднялась на ноги. – Я ей позвоню, скажу, где мы.
– Отлично! А после можно зайти ко мне выпить чаю с печеньем. Ты ужинала?
– Нет, но я могу сначала чай, а потом ужин. Уж очень печенья хочется… Знаешь же, мама мне много шоколадного запрещает.
– Уговорила, – улыбнулась Геля, радуясь, что ребенок переключился. Мысли о печенье лучше переживаний и горьких слез из-за котенка.
Маша всегда была сама непосредственность, а светлые кудри и чистые голубые глаза только подливали масла в огонь. Что бы ни творил этот ребенок, ругать ее не хотелось. Родители девочки развелись, когда той едва исполнился год, мама работала врачом в больнице, и обычно за ребенком присматривала бабушка. Этим летом ее не стало, и Маша потихоньку осваивалась с самостоятельной жизнью. Иногда забегала в гости, если требовалась помощь или просто становилось тоскливо одной.
Идти было недолго, дежурная ветклиника располагалась через три дома. Геля вдыхала запах прелых листьев и никак не могла отделаться от мысли, что сейчас догуляет ту дистанцию, которую не дал выходить кавалер. С приемом тоже повезло: перед ними зашла женщина с перебинтованной кошкой, а следом позвали их с Пятнышком. Маша дала котенку имя, пока искала коробку и уносила его подальше от подростков. Ленька с приятелями нашли зверька где-то на улице – то ли отобрали у бездомной кошки, то ли прикормили потеряшку – и решили немного поиграть, пока родителей не было дома. Бантика с ниткой или бумажки, видимо, не нашлось, развлеклись иначе. Собирались продолжить измывательства, но Маша пригрозила им жалобой маме, соврала, что та ждет у подъезда, и забрала котенка и коробку.
В светлом просторном пахнущем химией кабинете пожилой врач выслушал визитеров, осмотрел Пятнышко, отвесил дежурную улыбку Маше и поймал взгляд Гели.
– У кошки девять жизней! – ободряюще начал он.–Падение, скорее всего, никак не сказалось. Не вижу признаков повреждений. Хвост тоже оттяпали на редкость удачно. Рану следует обработать и наложить пару швов. После, чтобы не разлизал, надо будет поносить защитный воротник. Какое-то время будет штормить при ходьбе, но потом кот привыкнет. Не мешало бы еще обработать его от паразитов. Делаем?
– Да, – согласилась Геля. Не видела смысла отказываться, все равно уже ввязалась.
– Хорошо, – мужчина кивнул. – Подождите немного снаружи.
– Спасибо, – почти прошептала Маша и потащила спутницу к выходу.
Геля оставила девочку ждать около кабинета, а сама отправилась улаживать формальности. Подписала нужные документы, заплатила за манипуляции. Когда вернулась, Маша снова ревела горькими слезами.
– Что на этот раз? – поинтересовалась строго. Очевидных причин для расстройства не проглядывалось, а плача без причины Геля никогда не понимала.
– Мама, – девочка шмыгнула носом, – запретила брать Пятнышко домой!
– Ерунда, – отмахнулась Геля. – Дадим объявление и найдем коту хозяев, а пока побудет у меня. Хватит рыдать!
– Прости, – совсем по-взрослому отозвалась Маша и принялась вытирать слезы. – Больше не буду.
Геля кивнула и устроилась на стуле рядом. Перед глазами замаячила кружка обжигающе горячего чая. Поскорее бы забрать Пятнышко и добраться домой…
Звякнул смартфон. Она достала гаджет из кармана и прочла очередное сообщение от Дмитрия: «Даже двух. Ты будешь такой безнадежной старой девой, что одного не хватит». Вздохнула и покачала головой. Зря он утруждается, по части котов судьба, похоже, взяла дело в свои руки.