Я задыхаюсь от грубого, жесткого секса. Зная, что завтра всё будет ныть и болеть.
Марк начинает толкаться с какой-то дикостью. Наше совокупление становится каким-то безумным на грани жестокости. Я кусаю губы, чтобы заглушать свои крики.
И он снова резким толчком вбивается в меня, ещё больше приподняв мою задницу и разведя руками две мои половинки, чтобы входить как можно глубже. Его член такой горячий, словно раскаленный. У меня уже все болит от его неистовых толчков, входящих в меня, тело начинает дрожать, но мне кажется, что я смогу продержаться ещё, чувствую, что он почти уже готов кончить.
Я знаю его слишком хорошо, понимая, что сейчас его тело начнет содрогаться. Я сильнее толкаюсь к нему навстречу и сжимаю его член, он стонет мое имя, изливаясь рывками и толчками в меня.
На вечеринках у меня всегда ноет низ живота. Но это приятное ощущение: как будто может случиться все, что угодно. Так и сексом.
Глава 40
ДИЛАН
Все было хорошо. Настолько хорошо, насколько это было возможно.
На улице выглянуло солнышко. Черт возьми, как назло выглянуло солнышко, и мрачная погода сменилась на ясную и солнечную! Мне показалось, словно небо смеется надо мной. Мне так плохо на душе, а на улице вдруг стало хорошо. Боже, научи меня прощать!
Как на зло на крыльце ворковали Марк и Элисон. С балкона нашего дома все это было видно, как на ладони.
Я осторожно наклонился и обнял ее. Тесса меня не оттолкнула.
– Они родственные души. Повезло им. Согласен? – эффектно сообщила она мне.
– Да. Безумно рад за них. – прошептал я, пытаясь состроить блаженное лицо.
– Да, что ты говоришь? – фальшиво удивилась Тесса, убирая мои руки с талии.
– Быть может я просто скуп на эмоции. – я сделал шаг в её сторону, а она прикрыла глаза и покачала головой подставляя своё лицо солнышку.
– Нет, ты им завидуешь. Разве тебе хочется быть на его месте? Со мной? С Микаэлой? – с улыбкой ответила она, открывая глаза.
– Хочется, но я не умею. Я не знаю, как правильно. – на долю секунды сознался я.
– Я тебя научу, Дилан.
Когда Тесса взглянула мне в глаза, она должна была увидеть в них ответ. Я выразительно посмотрел на неё и закусил губу. Потом ее губы прижались к моим. Её поцелуй был быстрым и коротким.
– Ммм, начало вечера мне уже нравится. Интересно, а дальше все будет также хорошо?
– Зависит от тебя... – уклончиво ответила она, хихикая.
Я потянулся к ней, обхватил рукой за талию и прижался губами к ее рту.
Поцелуй был глубоким, настоящим, но она прервала его словами:
– Думаю, часика тебе хватит.
– Вполне.
А потом она начала целовать меня, покрывая поцелуями мое лицо, ее губы были жаркими и немного напоминали крепкий кофе. Целуя меня и издавая эти мягкие, постанывающие звуки, она покусывала меня за ухо и обнимала, а мои руки не спеша блуждали по ее упругой заднице.
Она была такой страстной. Все эти жаркие поцелуи и шепот моего имени на ушко. Это льстит.
Спускаюсь ниже под платье, зацепляю ее колготки, трусики и стягиваю их. Раздвигаю ее ноги и прижимаюсь своим телом между ними, натягиваю презерватив и мой твердый член напротив ее теплой киски. Тесса приподнимает бедра, отчего кончик скользит внутрь нее, она приподнимается еще, и я полностью вхожу в нее.
Я нажимаю своей рукой на матрас, чтобы обернуть руку вокруг ее спины. Я настолько глубоко, насколько это возможно. Я начинаю медленно двигаться. Наши пальцы сплетены вместе, как и наши тела. Расцепив их, я провожу ладонью по ее телу. Ее ноги согнуты по обе стороны от моих бедер.
Ее дыхание учащается в то время, как она хватается за мою спину и вплотную притягивает меня к себе. Она поднимает бедра вверх, так что я знаю, где мне нужно быть. Ее ноги сжимаются, и я знаю, что будет дальше. Ее внутренние стенки напряжены вокруг меня, ритмично сжимая мой член. Один. Два. А потом снова и снова, пока я не теряю счет. Мой мир разваливается. Взрывается. Я в последний раз толкаюсь и изливаю свое семя в внутрь презерватива.
После теплого комфортного ужина дома с Грейс и моей сочной Тессой. Она и я отправились на вечеринку, организованную моими парнями в очередном съемном доме.
Внутри было темно, орала музыка. Парадокс в том, что веселья я не ощущал. Всё было как-то скомкано.
Все делились забавными историями и выпивкой, а в остальное время фотографировались друг с другом. Само присутствие всех этих людей было для меня утомительно: мне даже пришлось уйти с Тессой в тихое местечко.
Многие из них непременно желали со мной сфотографироваться, хотя, как я уже сказал, нас нельзя было назвать всех друзьями в полном смысле слова. Помню, как сразу с двух сторон подбежали Пенни Долорес и Челси Купер и, обняв меня, как близкие подруги с школьных времен, заулыбались в камеру. Когда щелкнул затвор, они разжали руки, повернулись и ушли. Затем были Люк, Чейз, Крис, Вероника, Лайла, Кэтрин и другие.