– Я с радостью тебе покажу.
– Очень жаль, у меня другие планы. – легко огорчился я, а следом нахально улыбнулся.
В лучшем случае люди решат, что она наркоманка или ненормальная, если она хоть рот раскроет в мою сторону на суде.
– Мне тоже жаль, но, когда тебя обвинят в изнасиловании, у тебя уже не будет никаких планов. – объявила Грейс, глядя на меня одновременно тревожно и радостно.
Я превратился в жалкого и затравленного человека, но я не сдавался. Я знал, что Грейс не позволит этому случиться.
– Прости, Мика. Мне очень захотелось увидеть его лицо. Микаэла собирается обвинить тебя в сексуальном насилии Дилан. – ещё раз повторила бабушка с откровенным вызовом.
Я поднял на её голову и увидел, что она одарила меня лучезарной улыбкой, которой одаривала меня всякий раз, когда считала, что я слишком перестарался, улыбкой, говорящей, что её забавляет мой пыл, но что она ни на секунду не воспринимает его всерьез.
– Почему ты это делаешь? – обращаюсь я к ней, но Грейс, не оборачиваясь, смотрит на Микаэлу.
– Уверена полиция мне уже сочувствует. Образцы семени, отпечатки пальцев, следы на запястьях, порванные колготки, разорванные трусики. Кровь, удары по голове. Ты же помнишь, да? – уверенно заявила Мика, подходя как можно ближе ко мне.
Уж поверьте, я помню всё в мельчайших деталях. Но в тюрьму меня сажать не за что. Я был в состоянии по-настоящему чудовищного стресса. И оба раза стресс был затяжной, он набирал обороты в течение целой недели, чтобы однажды затопить меня целиком, по уши.
– Я уже приготовила вступительную речь, Дилан. Хочешь послушать? В тот злосчастный день, Дилан Ричард Дэй зашел в клуб поговорить со мной... но, вероятно, он был под каким-то энергетиком. Потому что его дергало во все стороны и вел он себя взвинчено. А потом, я ушла, почуяв всю щекотливость ситуации, но он схватил меня на полпути до машины... и отодрал в машине моей сестры. Я пыталась бороться, но вес его тела был таким... сильным. А потом... он изнасиловал меня около двух раз. Если бы только охранник не опоздал, он мог бы мне помочь. – ледяным голосом отчеканила она.
И всё это время, Мика не переставала ходить на своих толстых огромных каблуках вокруг меня. Крепко сжав зубы, я немного прикусил губу, пытаясь вывести себя из огорошенного состояния болевым шоком.
– Видишь, что бывает, когда недооцениваешь других? Ты вел себя так мягко на следующий день. Гулял со своей липовой подружкой, актрисой Тессой Томпсон, которую наняла... Кто угадай? Элисон! Я вижу ты расстроен, друг мой. Возможно, я смогу тебя взбодрить. – говорит она и замолкает в ожидании моей реакции.
– А сможешь ли? – сомневаюсь я.
– Смогу, не сомневайся. Полиция постучит в твою дверь в любую секунду. И тебе придется жить с тем, что даже родная бабушка не хочет тебя оградить от наказания, а наоборот хочет упечь тебя туда, где ты и света не увидишь. – остановившись, она улыбнулась и захихикала.
Зарычав от злости, я начал нервно бегать по гостиной, сжимая и разжимая кулаки, стараясь не сделать ещё одну судьбоносную ошибку в своей жизни. Был период, когда я пытался превратить её жизнь в ад, но чем можно вывести из себя существо, живущее лишь страданиями других.
– Я жалею, что был таким несносным сорванцом. Я жалею о том, что натворил когда-то. Но я не заслужил публичного позора, и теперь точно знаю, что всегда буду идти на риск.
– Вам не удастся взять надо мной вверх уж поверьте. Я требую адвоката! Я хочу сделать телефонный звонок! – воскликнул я, глядя на эти молчаливые лица.
– Адвоката тебе вскоре предоставят, – немедленно отреагировала Грейс, – думаю, уже завтра он с тобой встретится.
– Вы, наверное, поставили себе цель вывести меня из себя? Вывести человека из себя, заморочить мне голову, запутать... Я всё понимаю. – поинтересовался я, усаживаясь на диван.
– Знаешь, у меня и в мыслях такого не было, – призналась моя бабушка. – Нет, я, конечно, подразумевала, что в конце нужно будет отблагодарить врачей в признании тебя недееспособным...
– Стойте может, нам записать его сумасшедшим и отдать прямиком в психушку? – Микаэла улыбнулась, пытаясь меня напугать, но я не поддался на её уловку, лишь сделал тоже самое в ответ.
– Выходит, ты соучастница другого преступления...
– Совсем обнаглел?! – она на мгновение прищурилась, потом широко открыла глаза.
Что-то узрела. Что-то, верно, знала о судебном заседании. Мика была похожа на человека, которого застали врасплох лишь одной фразой.