Мика нервно пытается проглотить вставшую поперек горла желчь.
– Так ты сам стоял и смотрел, как я унижаю эту шкуру! Я разве сделала что-то не так, мой дорогой брат? Я лишь поставила её на место, чтобы не выкаблучивалась здесь. Пусть теперь знает своё место, когда находиться в этом доме. – издевательски-равнодушным тоном сообщила Элисон.
– Так ты знала, что твой брат в тебя влюблен? – произнес Марк с удивлением.
– Да каждый третий кажется знает. Дилан это не скрывает. У него всё всегда на виду. Он доверяет тем, кому не следует. И это его ошибка.
– Думаю, нам сегодня лучше разойтись и закрыть эту тему. – подала голос я, разрядив парящий вокруг нас четверых бедлам.
– Верно подмечено, а мы пока соберём осколки посуды. – ответил Марк, взглянув на Элис та кивнула, состроив улыбку ему и мне.
Я увела Дилана из кухни.
– Трудно признать, но этот чертинка в ней выглядела просто потрясающе! – миролюбиво заметил он.
– Послушай мальчик из богатенькой семьи, мне надоело быть твоей игрушкой! Ты сильно обидел меня и не думай, что я.. прощу это тебе и твоей сестре. – мягко попыталась осадить я его, но меня занесло.
– И что ты сделаешь? – с напором спросил Дилан, взглянув мне в глаза.
– Я расскажу твоей бабушке обо всем что твориться в этом доме и о том, что меня неизвестно на каких основаниях определили в шлюхи. Я признаю, что я девушка легкого поведения, но я никогда не занималась подобными услугами. Моя мама работает адвокатом, сестра стоматологом. Мы вполне приличная семья.
– Ну ты же знала, что мы не в серьез болтали на эту тему, а лишь развлекались, чтобы раскрепоститься. – признался он, невольно улыбаясь мне.
– Потом да, но сначала было не похоже. Ты хоть знаешь, что и за моей беременности меня выгнали из дома и лишили наследства?
– Мне нет дела до тебя. – повернувшись ко мне, сказал парень, при этом сделав крайне безразличное лицо.
– И слушать ты меня не желаешь. – сделав паузу, добавила я.
– Не желаю. Разговор окончен.
С этими словами Дилан указал мне в сторону двери, и в его глазах мелькнуло презрение.
Меня втоптали в дерьмо. Противно.
Но я ушла не оглядываясь, высоко подняв голову, пытаясь показать, что меня это не чуть не задело. Ещё как задело…
Вот почему я села на автобус и поехала к сестре, а не отправилась пешком прямиком домой к матери.
– Кто к нам пожаловал... – говорит она. – Ты где пропадала?
– Я была у Дилана в гостях, и он снова вручил мне всеобщее пищевое расстройство. Я была ужасна растроганна. – не выдержав, я звонко рассмеялась, от чего Бруклин стало стыдно.
Я вытащила из пакета продукты, которые купила по дороге, и положила в холодильник, включила чайник и сбросила с ног свои каблуки. Вытащила из сумки кошелек и пересчитала оставшиеся деньги.
– Ты что снова украла у них что-то? – она полезла в мою карманную сумочку.
– Да я постоянно у них что-нибудь беру, но в основном выпивку, еду, которую они готовят. Сегодня я ничего не тырила.
Бруклин подошла ближе и всмотрелась в мою сумку. Не поверила.
– А это, по-твоему, что? – она вытащила маленькую коробку тампонов.
– Это не для меня. – начала я оправдываться перед сестрой.
– И для кого же ты взяла? У тебя что менструации вдруг пошли?
– Для тебя Брук.
Она, к несчастью, понимала мой тон и пользовалась этим.
– А что я сама купить не могу? Мне кажется уже не получится удачно соврать.
– Ладно. Я все равно устала держать это в себе. В общем я больше не беременна. – честно призналась я.
– Обалдеть! И давно? В смысле, когда ты успела? – её рот был открыт, в таком она была шоке.
Вскоре сестра отошла от радостного шока, но ее щеки все еще горели. Бруклин была приятно взволнованна.
– Я жду объяснений. – она серьезно посмотрела на меня.
– Пара дней может больше. Использовала голодовку при беременности, как и раньше, когда была не в форме. Булимия мой любимый диагноз. – легко я выложила свои козыри.
– Это вдвойне ужасно. И что делать будешь? – заботливо спросила та.
– Буду продолжать носить накладной живот из силикона, чтобы дальше тянуть деньги из его семьи. И это и теперь наш общий секрет Брук.
– Микаэла ты огромная умница! – она радостно обняла меня за плечи.
– У меня их сделано два: один из поролона, второй силиконовый, под цвет кожи. – добавляю я.
– И кто это тебя надоумил? – интересуется она, отстраняясь.
– Одна хорошая знакомая. Да я была беременна, а потом произошло то, что у меня просто перестала усваиваться пища. Срок был уже не маленький, но я все равно рискнула. Мы обе знаем, что я никому не была нужна с этим ребёнком.